Эдельвейс (СИ)

— Кому?.. — он откашлялся, пытаясь сохранить остатки здравого смысла. — Кому ты хочешь его подарить?
Прежний он никогда бы не задал этот вопрос. Но и прежний Малфой в ответ должен был лишь усмехнуться. Просто обязан. Этот же, новый, с тревожной надеждой смотрел Гарри в лицо.
— А кому ты хочешь, чтобы я его подарил? — ответил он почти шепотом, и у Гарри неожиданно стиснуло горло. Стиснуло, чтобы не вылетел единственно верный ответ.
  
“Мне. Ты должен подарить его мне”.
— Я… не знаю, — испугавшись себя самого, Гарри резко отстранился и присел над цветком, трогая пальцем крошечные лепестки, склоняя голову вниз, пряча лицо. Но, не удержавшись, добавил: — Тебе лучше знать, кого ты действительно любишь.
Казалось, он адресуется только к цветку.
От своих же собственных слов снова дернуло сердце. Ведь Малфой и правда кого-то любил. Но теперь Гарри не хотел этого знать. Раньше он никогда об этом не думал. Но именно здесь, на вершине скалы, только это и стало нужным и важным. Кого же он?.. Какую-нибудь девчонку со Слизерина. Перед глазами возникло привлекательное лицо с томным девичьим взглядом, и Гарри понял, что, кто бы она ни была, он ее уже ненавидит.
Какого же черта это так больно? Он прикоснулся к цветку, словно пытаясь найти в нем покой.
— А ты?.. Хочешь подарить его мелкой Уизли? — Малфой присел рядом с ним и тоже тронул нежные лепестки, словно невзначай задевая пальцы Гарри своими.
Раз. И еще раз.
Говорят, в горах сильно разреженный воздух. Видимо, поэтому Гарри стало нечем дышать. В глазах потемнело, и снова подпрыгнуло сердце.
— Нет. Не ей, — Гарри сам не узнал свой отчаянный голос.
— А кому? — длинные пальцы снова прошлись по его руке, на этот раз дальше, сильнее, и осторожно скользнули в ладонь… — Гарри… кому?..
Гарри показалось, что скала наклонилась и качнулась под ним, а в голове поплыли пушистые облака.
“Я уже совсем ничего не понимаю… Наверное, я просто спятил… Но теперь я хочу подарить его только тебе”.
— Драко, ну ты даешь! Почему ты его до сих пор не сорвал? Ты же должен быть первым!
Лохматый Забини требовательно возвышался над ними, дыша тяжело и надсадно.
— Я…
— Мы…
Они стремительно отдернули руки, и Гарри почувствовал, как густая краска заливает ему щеки и шею.
— Вы придурки! — красные пятна, челка, прилипшая ко лбу, и гневный взгляд голубых пронзительных глаз. — Если вам ничего не надо, то я не такой идиот! Драко, и ты давай рви! Мы же договорились!
Нагнувшись, Блейз резко переломил стебелек, и один из цветков оказался у него в ладони.
— Или ты передумал, а, детка? — Блейз бросил на Малфоя выразительный взгляд, улыбнулся ему чуть похабной улыбкой, и у Гарри потемнело в глазах. В который раз за сегодняшний день. Нет. Быть не может. Значит, это не он, не она… Это… Забини?
В ушах горячо бился пульс, заглушая шум ветра. Гарри ничего не хотел больше знать, ничего не хотел видеть. Сейчас он сорвет свой цветок, а обо всем остальном подумает после.
Отвернувшись от слизеринцев, он низко склонился над белесой травой, примеряясь к белым цветам.
— Давай вместе.
Гарри бы никогда не поверил, что это ему в самое ухо прошептали губы Малфоя. Тот снова присел рядом с ним, касаясь Гарри плечом.
Чувствуя, что снова краснеет, Гарри молча кивнул. Почему-то он теперь совсем не мог ему отказать.
Опустив руку, он прикоснулся пальцами к тонкому стеблю, и когда его руку сверху накрыла уже знакомая кисть, ему показалось, что он сходит с ума.
Стебель хрустнул и надломился.
— Вот… возьми… — Гарри, не глядя, неловко протянул Малфою ладонь, на которой лежали два сорванных эдельвейса.
Малфой, бросив на него быстрый, ничего не выражающий взгляд, осторожно взял один из цветков, снова мазнув пальцами по ладони:
— Этот мне, — он крепко зажал цветок в кулаке. — Или нет… Лучше я выберу этот… Да, точно этот, — взяв второй цветок у Гарри с руки, он придирчиво покрутил его перед носом, затем пренебрежительно хмыкнул и снова ткнул его Гарри в ладонь. — Нет, этот пусть будет твой, — решил он и отвернулся, резко вставая, снова становясь привычным собой.
Ничего не понимающий Гарри, держа руку с цветком на весу, растерянно смотрел, как он подходит к Забини, и как они оба снова склоняются друг к другу и начинают шептаться, показывая друг другу цветы. Малфой улыбнулся приятелю, и Гарри яростно стиснул свой цветок в кулаке. Не было ничего. Ему все показалось. Никаких серых глаз и робких, отчаянных прикосновений. Чем он только думал, когда на что-то надеялся? Да пусть эти придурки делают все, что хотят. А свой цветок он подарит… подарит… Его глаза снова невольно уставились на Малфоя, на чье острое плечо уверенно легла наглая лапа Забини, притягивая к себе.
Гарри молча сжал зубы и отвернулся, бездумно разглядывая огромное небо и далекую землю. Как же он ненавидит всех слизеринцев. Особенно этих двоих.
— Может быть, мне сорвать сразу два? А там и решу? — Невилл задумчиво склонился над цветком. А Гарри и не заметил, как он здесь появился.
Остальные участники тоже начали по очереди забираться наверх, отвлекая Гарри от тягостных дум.
— А ты уже решил, кому будешь дарить? — Невилл озабоченно перекручивал второй стебелек.
Гарри молча пожал плечами. Теперь ему было вообще все равно. Джинни так Джинни. А разве есть хоть какая-то разница? Только что здесь, на вершине мира, он прикоснулся к чему-то прекрасному, драгоценному, но все это у него отобрали мгновенно и грубо. Как и всегда. Не стоило верить.
***
Шоу с вручением цветов решили устроить вечером в Большом зале. Весь день Гарри не знал, куда ему деться от настороженных ореховых глаз. Ему казалось, что Джинни словно курирует его цепким взглядом, не смея задать откровенный вопрос, но и не давая сорваться с крючка, и если раньше Гарри это бесило, то сейчас вызывало лишь тупую усталость.
За весь оставшийся день Малфой, казалось, потерял к нему всяческий интерес, поочередно болтая то с Забини, то с Ноттом, и Гарри теперь готов был назло ему подарить Джинни этот цветок. Просто назло.
— Признаться, я удивлен, что вы справились, — профессор Снейп, которого в этот раз, видимо, обязали награждать победителя, сердито прохаживался мимо участников, выстроившихся перед столами в центре зала в шеренгу. — Но как ни странно, почти все из вас добрались до конца.
В зале раздались жидкие аплодисменты, и Снейп наградил хлопающих гневным взглядом.
— Я еще не закончил, — желчно заметил он и, подойдя к слизеринцам, негромко сказал: — В этом соревновании на ловкость и смелость первым был мистер Малфой. Мистер Малфой, могу я попросить вас выйти ко мне?
Ухмыляясь, Драко сделал шаг вперед, и над залом радостно развернулись зеленые флаги.
Слизеринский стол оживленно зааплодировал, но Снейп не торопился поощрять их веселье.
— Однако… — профессор сделал демонстративную паузу, и расшумевшийся зал тут же притих. — Мистер Малфой применил запрещенную участникам магию, — Малфой невольно поежился под его осуждающим взглядом. — Поэтому его победа попросту аннулируется. И поскольку на втором месте после него был мистер Поттер, — профессор скривился при этом имени, словно проглотил ложку горького зелья, — то победа переходит к нему. Мистер Поттер, подойдите сюда.
Ничуть не огорчаясь, Малфой вернулся обратно, бросив на Гарри быстрый изучающий взгляд, а над залом зардели бордовые флаги. Гриффиндор радостно зашумел.
  
Нехотя Гарри вышел вперед и оказался возле профессора.
— Мистер Поттер, национальный герой, наша школьная знаменитость, — Снейп словно заново представлял его залу, как будто Гарри здесь мог кто-то не знать. Профессор сейчас вообще почему-то выглядел непривычно довольным, и следующая фраза расставила все по местам: — Разумеется, мистер Поттер снова бы стал чемпионом… Если бы… — он сделал театральную паузу, и Гарри невольно подумалось, что в профессоре пропадает великий актер, — …если бы в середине пути не попытался упасть со скалы. К счастью, он был спасен руками отважного слизеринца, — Снейп сделал скупой жест в сторону Драко, который холодно усмехнулся зрителям этого действа и чуть поклонился. — Поэтому победа от мистера Поттера так же переходит к другому участнику. А для мистера Поттера достаточной наградой должно послужить уже то, что он снова остался жив, — небрежным движением задвинув Гарри обратно в шеренгу, Снейп величественно взмахнул рукой и объявил: — Итак, в этом турнире заслуженную победу одержал третий участник — мистер Забини! И именно ему присуждается эта победа! Двести очков Слизерину! Поприветствуем нового героя Хогвартса.