Добытчик (СИ)
Когда сверху прибегать «на огонёк» перестали, я ещё некоторое время поорал, пошумел, а когда понял, что пока что это всё — присел на корточки, скинул набитый патронными пачками штурмовой ранец и, не сводя взгляда с «лесенок-чудесенок» эскалаторов, снова набил все магазины. Да, тварей уже не так много, как было изначально, но они наверху всё ещё есть. Я отлично слышу их приглушенные вопли: активные наушники глушат громкие звуки, а вот тихие, наоборот, усиливают. Похоже, крикуны застряли где-то за закрытыми дверями и не могут выбраться. Но «не могут вообще» и «не могут прямо сейчас» — это очень разные понятия. А мне ещё не просто назад возвращаться, мне вниз восьмерых гражданских сопровождать. И никакие сюрпризы на пути «конвоя» мне вообще никуда не впились. Поэтому к кинотеатру я пойду только тогда, когда буду уверен, что никто внезапно ниоткуда не выскочит и не выпрыгнет, и не пойдут клочки по закоулочкам.
Если до этого момента я считал происходящее вокруг — гадким и омерзительным, то на втором этаже понял, что раньше всё было ещё более-менее терпимо, а реально погано — именно тут. Чувствую, за произошедшее здесь ждёт меня теперь на том свете котел с кипящей смолой. Отдельный, именной. Потому что на втором, помимо всего прочего, был «Детский мир». И когда, увидев меня, прямо сквозь стекло витрины вперёд рванула небольшая толпа…Если коротко и без подробностей: в той толпе были не только взрослые…
Но всё там же, на втором этаже «Оазиса», во мне будто перегорело что-то. Думаю, что падающие на пол сломанными куклами детские тела, изрешеченные пулями — это теперь основной сюжет моих ночных кошмаров надолго, если не навсегда. Зато я успокоился и перестал бояться. Совсем. Пропала ватная слабость в ногах, прекратилось непонятное и раздражающее дрожание в животе, мысли пришли в порядок, а в голове стало как-то звонко и прохладно. Сумасшедшие каннибалы вокруг? Могут меня сожрать? Да я, млядь, только что в детей стрелял на поражение!!! Что более страшного со мной теперь случиться может?!!
Дальше зачистку вёл, словно какую-то рутинную работу выполнял: ровно, хладнокровно, без эмоций. Стрелял, переснаряжал магазины, вопил и грохотал, привлекая внимание ещё не вышедших на меня из здешних «лабиринтов Минотавра» тварей. Уже на третьем этаже, когда во время смены магазина на меня из-за стоек с джинсами, словно спринтер на стометровке, вылетел и прыгнул очередной упырь и схватил одной рукой за броник на груди, а второй — за ствол «Яровита», я даже не попытался вырвать оружие. Наоборот, отпустил карабин, «отдав» его твари, а сам выдернул из кобуры «Глок» и всадил повисшему на мне окровавленному молодому мужику с ранними залысинами и причёской «конский хвост» пулю снизу под подбородок. Его череп лопнул, забрызгав кровью и мозгами рекламную световую панель с идиотско-счастливыми лицами якобы обладателей какого-то «новейшего и лучшего» китайского смартфона с непроизносимым названием. На фудкорте ещё одна погань, бывшая раньше работницей какой-то точки фастфуда, красиво прыгнула прямо со стойки «Ориент кафе». Её я на лету сбил на пол прикладом. И когда что-то хрустнуло, словно яичная скорлупа, спокойно, даже отстраненно как-то подумал: «Лишь бы не шарнир приклада». Нет, к счастью для меня оказалось — височная кость прыгуньи. И снова — никаких эмоций, ни малейших переживаний, словно на тренировке.
Стоя перед закрытыми дверями в кинотеатр, я прекрасно понимал: полностью ТРЦ не зачищен. Время от времени было слышно, как где-то в глубине здания «одинокая бродит гармонь». Но визги и вопли эти были уже, мягко говоря, не особо убедительными: голоса были одиночные, да и звучали глухо, словно между нами было несколько дверей, скорее всего — закрытых. Иначе — давно бы прибежали. Да, всё равно оставался риск, что вырвется какой-нибудь особо удачливый любитель человечинки и на нас выйдет. Но задерживаться тут было ещё рискованнее — на улице ощутимо смеркалось, света из-под купола на крыше уже едва хватало на то, чтобы разглядеть собственные руки и обстановку на пару-тройку метров вокруг. Да, фонарь у меня мощный и яркий, но он всё же узконаправленный. Словом — не стоит испытывать судьбу.
Глава 8
В кинотеатре меня уже ждали. Стоило мне пару раз гулко пнуть дверь ботинком (сначала хотел прикладом карабина постучать, но вспомнив «акробатку» с фудкорта и свои переживания по поводу шарнира — передумал) и рявкнуть: «Хватай мешки, вокзал отходит!», как двери распахнулись.
Если честно, терзали меня смутные опасения, что сейчас придется всех в кучу собирать, истерики успокаивать и сопли вытирать, но — ничего подобного. Стоят передо мной, плечом к плечу, явно ждут команды. Смотрю, желание выжить здорово стимулирует к дисциплинированному поведению. Вид у всех — так себе, будем честными: осунувшиеся лица, если и не голодали, то точно досыта не ели. Да и запашок… Почти неделя без возможности помыться и переодеться в здании с отключенным водоснабжением шарма никому не добавляет. Восемь человек. Уже знакомые мне здоровяк-охранник в рваном пиджаке, девчушка с размазанным макияжем и женщина с младенцем, а кроме них пожилая тётка лет шестидесяти, полная, почему-то сходу вызывающая ассоциации со школьной учительницей, и трое парней-подростков примерно от тринадцати до восемнадцати. По крайней мере младший по виду совсем сопливый школьник, а старшего, опять же на вид — уже и в военкомат вести можно. Ладно, позже и в мелочах разберемся и познакомимся получше. Сейчас есть проблемы более важные.
— Сергей, — протягиваю я руку охраннику.
— Олег, — отвечает тот на пожатие.
— Скажи, Олег, я могу тебе доверять? — спросил и замер, глядя тому в глаза.
Я не ахти какой психолог, но служба в ОМОН кое-чему научила. Мне не так уж важно услышать, что именно он сейчас ответит, но я очень надеюсь, что смогу разглядеть настоящий ответ во взгляде. Потому что не ко всем людям можно поворачиваться в критической ситуации спиной. Помнится, я упоминал уже любимого мною в молодости фантаста с латиноамериканским псевдонимом… Так вот, был у него очень не типичный для его творчества в целом, злой и без обычного для жанра хэппи-энда, но очень хороший рассказ. В котором в схожей ситуации главный герой спас двух… эээ… барышень с низкой социальной ответственностью, рисковал ради них жизнью, выволок практически из безвыходной для тех ситуации. А в качестве благодарности получил три пули в спину. И сгинул крутой и продуманный дядька ни за грош. У меня сейчас схожая дилемма: держать контроль «на триста шестьдесят» вокруг группы в девять (если считать со мною) человек в полутёмном помещении сложной планировки — это из области сказок. А вручить оружие незнакомому человеку и поставить его себе за спину — это серьёзный и сложный выбор.
— Так что скажешь, Олег, могу? — я продолжаю пристально смотреть в глаза замершему в раздумьях здоровяку. — Я могу дать тебе оружие и не бояться выстрела в затылок?
— Пока ты не делаешь ничего, что может повредить этим людям, — он обводит рукой вокруг, — можешь смело и оружие давать, и спиной поворачиваться. Решишь их обидеть…
— Понял, — киваю я и протягиваю ему запасной «Глок» в пластиковой кобуре с креплением-«ложкой» и три магазина. — Сработаемся. Пользоваться умеешь?
— Восемь лет в полиции, участковым. И «срочка» в мотопехоте. Вот прям из такого — не доводилось, а в целом стреляю неплохо.
— Особой разницы нет, разве что сброс магазина — кнопка, почти как у ТТ, и предохранитель — прямо на спусковом крючке. Но тебе, надеюсь, особенно палить и не придется. За основную огневую мощь у нас — я. Ты просто прикрывай тылы, если будут проблемы — кричи, сам стреляй только если поймёшь, что я точно не успеваю.
— Стрелять — в голову?
— Не, с этим попроще. Они не зомби. Походу, на всю голову сумасшедшие и бешеные, но живые. Дохнут от пули в голову, в грудь, в живот… Три-четыре даже пистолетных пули по ЖВО* — и капут.
*ЖВО — жизненно важные органы.