Укрощение строптивых 2 (СИ)

— Я не шалунья.
— Да? — деланно удивился он. — Тогда не подскажешь, почему тебя адепт Кирон так называл, и для чего ты собралась с ним встречаться завтра? — я несмело подняла голову и попала в плен его чёрных, как сама бездна, глаз. От его взгляда меня прошиб озноб, и мне в очередной раз поплохело.
«Ну… спасибо, Зер, друг любезный, «помог», называется, что б вам с Кироном всегда так помогали!». - мысленно ругнулась я. Делать нечего, собрала всё своё оставшееся мужество для ответа:
— Да откуда я знаю, почему он меня так назвал? А встречаемся мы с ним завтра, чтобы он меня подтянул по Вашему предмету. — «Фуф, сказала!» — вздохнула я с облегчением.
— Очень интересно, — не по-доброму усмехнулся он, внимательно при этом посмотрев на меня, — не находишь, радость моя?
— Нет, а что, должна? — ответила я, дёргая в очередной раз рукой в надежде, что вдруг получится освободиться. Бесполезно, привязал намертво. «Что б тебе вечно на нашем полигоне зомби работать!»
— Не знаю, как для тебя, а по мне это выглядит очень странно: муж – преподаватель по предмету, как ты сама призналась, у тебя какие-то проблемы, а ты бежишь за помощью к другому. Ну, как, после моего объяснения тебе самой не интересно, почему так? — убийственно-спокойно спросил он. Тут я поняла, насколько всё плохо, так как мне доподлинно известно, что когда магистр говорит таким тоном – жди беды. Пришлось ещё раз собраться для «достойного» ответа.
— А что тут интересного? Мне кажется, тут как раз всё ясно.
— Ну, так просвети, радость моя, в чём же причина? — всё так же спокойно спросил он, и всё, я не выдержала:
— Боюсь я вас до ужаса! Что тут непонятного?! — истерично закричала я.
— То, что боишься, мне, конечно, известно, а вот что до ужаса – как-то не предполагал. — приподнимаясь с парты, направился он ко мне. — Ну что ж, придётся и от этого недуга избавляться. Хотя, признаться, после ночи, проведённой вместе, я думал, ты посмелее стала. — после его слов моё лицо обдало жаром от воспоминаний о вышеупомянутой ночи.
— Я была под влиянием зелья, — уточнила ему и тут же начала уводить его от щекотливой для меня темы. — А от какого недуга я уже избавилась?
— Ну надо же, ты даже о нём забыла? — покачал он головой, приближаясь вплотную ко мне. — Если бы я знал, как на тебя проведённая ночь со мной повлияет, то сразу же с этого бы и начал. А вот что ты была под влиянием зелья, это, конечно, плохо, так что и это упущение исправим. — сказав это, он взял мой подбородок одной рукой, зафиксировал лицо так, что я не могла от него отвернуться, медленно, не разрывая зрительного контакта, он приблизил свои губы к моим. От осознания, что сейчас должно произойти и кто это собирается сделать, моё тело стала сотрясать мелкая дрожь.
— Не надо, прошу, — чуть ли не плача, попросила его я.
— Я так хочу, — приглушённо-хрипло ответил он и накрыл своими губами мои. Я ожидала, что поцелуй будет подчиняюще-болезненным, но он оказался упоительно-нежным, я даже растерялась и упустила момент, когда нужно было сопротивляться. «А нужно ли это делать?» — мелькнула у меня мысль в голове перед тем, как реальность растворилась в чувственном поцелуе, и я не смогла сдержать стон удовольствия.
— Надеюсь, этот означает, что тебе нравится происходящее? Шалунья моя нежная. — тихо рассмеялся он, оторвавшись от моих губ.
Да что со мной творится? То я умираю от страха, то готова стонать только от одних его поцелуев!
— Это стон отчаянья! — ответила ему, заливаясь предательским румянцем.
— Как же всё запущенно, милая, да у нас с тобой работы не початый край, жаль, что времени сейчас мало, ну ничего, мы ночью продолжим избавляться от твоих проблем. — веселился магистр. Как только до меня дошло, что мне придётся с ним ещё и ночью дело иметь, то меня враз накрыла самая что ни на есть паника.
— Ка… Каких ещё проблем, и почему ночью? — растерялась я. — Мы что, на погост пойдём?
— Зачем нам с тобой туда идти? — удивился он. — Нет, ну если тебя это возбуждает, тогда, конечно, я готов пойти и туда, чтобы тебе доставить удовольствие. — при этом он так обворожительно улыбнулся, что у меня отвисла челюсть от удивления. — Только не кажется ли тебе, что это не совсем, кх… скажем так, подходящее место для любовных утех? — продолжал он глумиться надо мной.
 
— Каких ещё утех?! — возмутилась я, даже забыла, что вообще-то его боюсь. — Вы же собирались с моими фобиями разобраться?
— Ах, да, страхом, ужасом и стыдом, я ничего не забыл, солнышко?
— Забыли про панику! — подсказала ему.
— Боже! — схватился он за сердце, — ещё и паника? Это ж сколько у нас с тобой работы, придётся и днём над этим работать! — продолжал он и дальше издеваться в шутливой форме, ну а я, увидев его в таком амплуа, даже как-то растерялась.
— А к чему такая спешка, что ночью и днём заниматься нужно? — решила уточнить.
— А я тебе разве не сказал, что у нас с тобой обряд будет через две недели? — с нескрываемым весельем огорошил он меня новостью. Я от услышанного аж воздухом подавилась.
— Как через две? У Вас же откат от зелья должен быть гораздо позже? — этим себя уличила в шпионской деятельности. А как тут не засыпаться от таких-то ошеломляющих новостей! После моего неожиданного признания, что мне известна их маленькая тайна, он пристально на меня посмотрел и рассмеялся во весь голос.
— Вот теперь я понимаю, почему тебя адепт шалуньей назвал. Подслушивала, или кто-то информацией поделился? — продолжал веселиться он. Да ты посмотри на него, даже не смутился!
— И подглядывала тоже! — на эмоциях выпалила я, а потом, как осознала, что сказанула, мысленно взвыла.
— Я так и предполагал, — усмехнувшись, ответил он, — но знаешь, девочка моя, обстоятельства с подписанием вами договора изменились, так что действие зелья придётся отменить. Сама виновата, что обряд нужно в ближайшее время провести, за всё нужно платить, и за необдуманные поступки тоже.
— Может, ну его, этот обряд, а? — посмотрела на магистра умоляющим взглядом.
— Нет, шалунья моя, обряд мы проведём обязательно, сама понимаешь, мне нужно потомство, да и надоело мне воздерживаться, я же мужчина, и у меня есть кое-какие потребности. — одарил он меня обжигающим взглядом.
  
Глава 5
 
Я смотрела на него и не узнавала, к чему такие перемены? И тут я вспомнила, что хотела спросить его про своих родителей, решила воспользоваться моментом, пока он в хорошем настроении.
— Лорд Вериан, Вы не знаете, что с моими родителями?
— Не лорд, а просто Вериан, привыкай, радость моя. — сурово ответил он мне. Нет, ты посмотри на него, настроение меняется, как у барышни в положении! — А на твой вопрос отвечу: знаю, но ты об этом узнаешь только после обряда.
— Вам так сильно потомство нужно? Так это будет возможно только через шесть месяцев, так давайте тогда и проведём обряд. — нашла я выход из положения, чтобы отсрочить неизбежное.
— Даже через шесть месяцев ты будешь ещё мала для потомства, возможно, лет через так семь мы это сделаем, и то не уверен.
— Тогда я не вижу смысла проводить его! — воспряла я духом, что беременность переносится на такой большой срок.
— Ты меня, кажется, не услышала, Рэн? Я же только сейчас сказал, что у меня есть определённые потребности, которые ты обязана удовлетворять.
— Да, есть, не спорю, но, учитывая наши с Вами чувства друг к другу: Вы меня ненавидите, я Вас боюсь до дрожи, не проще ли Вам со своей любовницей, которая, кстати, скоро приезжает сюда, их и удовлетворить? Ну а мы только для потомства переспим, и всё? — предложила выгодный для нас обоих выход из положения. Но никак не ожидала от него такой реакции, я даже не поняла, как оказалась прижата его мощным телом к стене, а его рука сдавила мне горло.
— Да как ты смеешь меня оскорблять, девчонка! — пророкотал он, и его глаза загорелись ярко-голубым светом.
— Я и не думала Вас оскорблять, просто предложила выгодный для нас обоих выход из положения, — испуганно ответила ему.