Пышка для генерала драконов, или Слава кабачкам! (СИ)

— Нет проводов, — догадалась я. — Ни вышек вдали, ни самолётов в небе.
Оглядела комнату, в которой стояла старая деревянная кровать, покрытая грубой и грязной тканью, самодельный стол и такой же табурет. Единственной хорошей вещью было большое старинное зеркало. Осторожно подковыляла к нему и взглянула на своё отражение… Ну да, а как же иначе. Огорчённо вздохнула и снова посмотрела в зеркало.
Но факт оставался фактом — из большого мутного зеркала на меня смотрела растрёпанная, местами грязная, и испуганная Оделия двадцати четырёх лет от роду, то есть я.
При мне были все мои сто десять килограмм. И это не считая кабачков! А ещё центнер с гаком здорового оптимизма и тонна уверенности, что теперь всё совершенно точно будет хорошо. Потому что я выжила в ситуации, когда сделать это было совершенно нереально.
Ещё раз внимательно осмотрела помещение. Ни розеток, ни лампочек. Да что там! Даже гвоздей, и то не видно. И, самое странное — на полу, на запачканных сажей половицах, словно здесь костёр разводили, стояла странная круглая железная кастрюля без ручек, полная золы. А в воздухе витал лёгкий дымок и ощущался насыщенный аромат трав, как в эзотерических лавочках.
— Любопытно, — пробормотала я и снова ощутила головокружение. — Ох! Лучше прилечь.
Но стоило повернуться к кровати, как вздрогнула, заметив свечение.
Сиреневые искорки хаотично плавали по воздуху, меняясь между собой. Некоторые из них гасли, другие слабо тлели, а одна, наоборот, стала разгораться и поплыла в мою сторону. Я попятилась, бормоча:
— Может, я поторопилась с выводами? Мерещится то, чего нет… Или сплю? Ай!
Ударившись о ножку стола, поняла, что это не сон, и я точно жива. Такую сильную боль мертвецы не ощущают. Попыталась уйти от искры, обогнув стол, но и она изменила траекторию полёта, явно направляясь в мою сторону.
Да ещё и ускорилась!
— Уйди звезда невиданного несчастья!
Отпрянула, но искра всё же настигла меня и врезалась в лоб.
Машинально схватившись за голову, я застыла в изумлении. Никаких неприятных ощущений не было, но перед внутренним взором в вихре мрачных красок промчалась чужая жизнь. Когда экспресс-фильм закончился, я осела на пол и моргнула.
— Да чтоб мне рассаду выдернуть вместо травы! — Страшное ругательство садоводов вырвалось само собой. — Я что, в другом мире⁈
 Глава 5 
В голове, помимо памяти о современной жизни Оделии, появилась ещё печальная история всеми брошенной сиротки Одэллии Некрофф, дочери погибшего на охоте герцога. Отосланная мачехой из столицы «поправить здоровье», девушка умерла от голода…
Но у меня-то есть кабачки! А кабачки выращены для того, чтобы их есть!
Да плевать, что случилось! Пробила ли я землю, попала ли в прошлое или будущее. Главное, что жива. И по сравнению с тем, что мне пришлось испытать в краткие мгновения полёта, всё остальное казалось такой мелочью.
Изменил муж? К счастью! Значит, зря я этого гада полюбила и здоровье своё угробила, глотая таблетки и проходя крайне неприятные процедуры. Природа всё знает! Выходит, не нужно мне было от Саши детей иметь, вот и всё. Генетический отбор!
— Итак, подытожим, — вынимая овощи из рюкзака, я выложила их на кровати и пересчитала. — Ни один не пострадал при перемещении. Это хорошо. Мы с вами в другом мире, ребята… Да-да! И не спорьте, мне тут вложили память прежней хозяйки этой усадьбы.
Разговаривать с кабачками было проще, чем сама с собой, несмотря на то, что немного попахивало безумием. Казалось, звук собственного голоса помогает мне устаканить полученную странным и явно магическим образом информацию о чужом мире и порядках.
— Некоторые люди здесь практикуют волшебство так же легко, как у нас используют электричество и интернет. Например, для освещения используют особые кристаллы, наполняя их за счёт собственного магического резерва. Бедняжка Одэллия могла «включить свет», но кроме этого ничего не умела.
  
Я вздохнула, сожалея о трагической судьбе той, что подарила мне жизнь за счёт своей жертвы. А потом широко улыбнулась, мысленно обещая ей, что обязательно исполню последнюю просьбу. Отомщу жадной мачехе!
Как? Не знала. Зато понимала, с чего начать.
И сообщила кабачкам свой план:
— Давайте обживёмся здесь, друзья. Во-первых, другого выхода у нас нет. А во-вторых… Для всех окружающих я — дочь герцога Некрофф!
Как показала память девушки, никто её здесь не видел. Собственно, и видеть было некому, так как до ближайшей жилой усадьбы день пути верхом. Мачеха точно знала, как сжить со свету неугодную падчерицу, существование которой мешало добраться до сбережений, отложенных герцогом на свадьбу единственной дочери.
— Нам нужно создать впечатление, что нежная Одэллия прекрасно себя чувствует в заброшенном доме без средств к существованию.
Но так видела ситуацию лишь сама Одэллия. Я же, огородник в четвёртом поколении, искренне не понимала, как можно умереть от голода, если есть собственная земля. И, раз уж она у меня появилась, — и много! — собиралась провести ревизию собственности.
Поначалу увиденное лишь удручало. Дом был в чудовищном состоянии. Как только не развалился? Единственной более-менее жилой комнатой оказалась та, где я появилась. Дальше был… ужас-ужас! Не хотелось выходить за порог, честное слово.
Может, тростиночка Одэллия, больше похожая на привидение (судя по воспоминаниям), смело ходила здесь, то что делать мне со всеми ста десятью килограммами? По коридору шла осторожно, боясь провалиться, так как пол ходил ходуном.
Сердце заходилось в бешенном ритме, как на танцах, и даже мелькнула дикая мысль:
«Может, похудею от страха?»
Она так рассмешила, что я не сдержалась и расхохоталась в голос:
— Чего я боюсь? Я уже свалилась с высотки! Провалиться на первый этаж мне теперь как раз плюнуть.
И смело потопала по лестнице, ступеньки которой держались, казалось, на честном слове депутатов. К удивлению, ни одна не сломалась, хотя визжали и скрипели так, будто я ногой тем самым депутатам на горло наступала. Зато сразу стало ясно, как работает система власти в моём мире!
«В том мире, куда мне не вернуться», — посетила меня печальная, как Пьеро из детской сказки, мысль.
Остановившись у подножья лестницы, решила осмотреть, что скрыто за дверями на первом этаже, я хмыкнула и, прихватив с кухонного столика медный поднос, вытерла пыль и сообщила собственному отражению:
— А зачем мне возвращаться? Мужа простить не смогу, как бы он ни старался. Только бы раздражал сильнее. Его сослуживица, судя всему, от Саши не отстанет. Моя жизнь превратилась бы в ад! Так что спасибо, дорогая Одэллия. Ведь вместо того, чтобы страдать из-за разбитого сердца, я буду заниматься любимым делом.
Положила поднос, которым, судя по виду, не пользовались лет десять, как и всей кухней. А потом вышла через небольшую дверку на улицу и с наслаждением втянула аромат, какой бывает лишь в саду после сильного ливня. Запахи травы, цветов и сырой земли кружили голову и наполняли тело эйфорией.
Оглядевшись, я уже мысленно наметила место расположение будущих грядок и решительно добавила, обращаясь к девушке, которой не стало, но её воспоминания продолжали жить во мне:
— И не волнуйся. Я обязательно выживу! Скорее твоя жадная мачеха помрёт от тоски, дожидаясь денежек, которые ей никогда не достанутся.
Фронт работ немного напрягал, но трудности меня никогда не останавливали. Честно говоря, не терпелось взяться за дело, чтобы окончательно выбросить из головы мысли о предательстве мужа, а из сердца — боль от измены.
Дело было за малым — ручками я не справлюсь с этими джунглями. Нужен инвентарь!
Оглядевшись, заметила сарай и решительно направилась к нему, пробираясь через густую траву, высотой мне по грудь шестого размера. Дверца была приоткрыта, и я осторожно заглянула внутрь, да так и замерла от неожиданности.