Г.Р.О.М. 4 (СИ)

Надо и с ним поговорить, объяснить, какую игру я вёл, чтобы он и дальше оставался на моей стороне и помогал отбиваться от своих коллег. Но объяснить ему мог только то, что можно без риска для нас самих и его самого.
  
Глава 18
 
— Впервые в жизни в вашей столовке, — сказал я, оглядываясь по сторонам.
— Это не наша, наша закрылась, — мрачно сказал Иванов. — Открылся частник на её месте.
  
— А вы после такого дела на него не заводите? — я достал спичку из тарелочки. — Она тут не одна. Опасно, кто-нибудь подавиться.
— Когда-нибудь заведём, — он произнёс это ещё мрачнее.
Столовка располагалась с обратной стороны управы, во внутреннем дворике в небольшой пристройке, из которой пахло перегретым маслом и чем-то жареным. Чекисты ходили на обед именно сюда, так как другая забегаловка поблизости была слишком дорогой.
Сегодня я отдал за обед двадцатку и получил за неё пиалу со щами, в которых нашёлся одинокий кусочек жёсткого мяса, варёную гречку с котлетой, в которой риса и хлеба было больше, чем мяса, и компот, который, кстати, оказался действительно неплохим. В качестве салата принесли чашку морковки по-корейски, правда, в ней почему-то было очень много ломаных спичек.
— Давай начистоту, Алексей, — сказал Иванов, когда мы уселись в углу. — Хорошо, что ты не стал поднимать вонь, её нам всем не хватало, и все наши это понимают. С СОБР договорились, со всеми договорились, ты промолчал. Ценю. Сейчас вообще не до этого.
Я кивнул. Всяческие журналисты сейчас ещё влиятельная сила, могут жёстко проехаться по этой истории, особенно из-за связи с бандитами. Шумиха спасла бы меня в моменте, но в перспективе могло сыграть против — чекисты взялись бы за меня всерьёз.
Тут же ещё важно понимать, что это же не просто следаки из центра, тут же кто-то из местных подключался, изучал нас. И не просто изучал — они были в курсе конфликта Кости Левитана с теми быками из центровых.
Значит, у кого-то мы на виду. Ну и другой момент — кто расстрелял тех бандитов за один вечер, местные чекисты или всё же кто-то другой?
Вот и надо выяснять и подключать для решения полковника, который пока что ещё остаётся одним из главных союзников и готов мириться со многим.
Тактика привычная — показать, что я на его стороне, и предложить копнуть против кого-нибудь из бандитов или высокопоставленных коррупционеров области. Причём так, как не принято по закону, но Иванов правила нарушать может, если это даёт эффект.
— Наши местные следаки изучают контору Чернова, — наконец-то подсказал Иванов, — ну и тебя заодно, раз ты там не последний человек.
— И по какому поводу?
— Вербицкий и перевозки ископаемых в Китай, ну и что там ещё перевозят, — он пододвинул к себе тарелку с супом. — Думали, что ты тоже на этом зарабатываешь, раз тесно связан с Александровым и его сыном. Короче, — он задумался, разламывая вилкой котлету, — одно ведомство, но цели разные. Так что будем как-то приходить к одному знаменателю, чтобы заняться тем, кем нужно, а не кто попался в поле зрения.
Это я услышал. В целом, такой риск я ожидал, ведь и бандиты думают, что я мучу такие схемы, а в бандах наверняка есть информаторы, кто сливает всё ФСБ. Впрочем, когда на кону большие бабки, может быть и наоборот. Но где есть такой риск — там есть и возможность передать что нужно.
А вот без конкретики подтянуть ко мне что-то сложно, так что я плаваю в этом дальше, лавирую и хитрю.
— Ладно, ствол-то им отдашь? — вспомнил полковник.
— Куда он мне? Забирай. Отправлю тебе потом, а то опасно с ним ходить.
— Добро, — Иванов кивнул.
— А есть новости про боевиков Джабраилова? — спросил я. — Несколько же осталось.
— Тебя это ещё волнует? — он удивился. — На твоём месте я бы задумался, как из этой истории выпутаться. Сегодня разобрались, но вопросов всё больше становится.
— А каких? — я отложил вилку. — Я же весь у тебя на виду. Изучаю информацию по своему бизнесу и конкурентам, часто делюсь ей с правоохранительными органами, причём выходит успешно. Ну а то, что братва потом стреляется, так друг в друга, а не в посторонних.
— Угу, но с чьей-то подачи, — заметил полковник. — Направляют их, куда нужно. Вот это и вызывает вопросы.
— Как работает информация — ты лучше меня знать должен, как и последствия такого. А вот та история на днях, когда грохнули за вечер нескольких братков и одного подстрелили — явно работал профи, кто-то не из бандитов.
— И кто?
— Я думал, ты мне скажешь, — я откусил кусочек хлеба. — А неплохо, слушай. Вот хлеб здесь отличный.
— Угу. А почему я должен говорить? — Иванов напрягся, взгляд стал напряжённый.
— Да очень организованно всё вышло, а братва про «Белую стрелу» поёт.
— Они про них поют с той стрелки на стадионе пошло, — возразил тот. — А после складов в это верят конкретно. И в управе тоже про это слышали, если ты про это. Да толку-то от всех этих действий, что стреляются? Один ушёл — другой пришёл.
— Зато заметил, что в городе стали дурь продавать намного реже? А я новости смотрел, об этом говорили. Главный поток наркоты почти отрезан, только запасы продают и всякую ханку варят, но с этим уж никто ничего не сделает.
— Что есть, то есть, — нехотя согласился чекист.
— Тогда давай лучше китайцев напряжём, — предложил я. — А то они ждут, кто во всей это истории выживет, чтобы с ним ещё раз обо всём договориться и работать.
— Китайцев, — произнёс Иванов и вспомнил про обед. — Дались они тебе.
— Потому что они с майором Вербицким работали и будут искать новые контакты среди ваших, чтобы прикрывал. Потому что железнодорожные менты здесь не справятся. Вернее, те, кто мог справиться — давно сидит или их у тех складов покрошили. И вот твоим ребятам самое-то бы на китайцев и выйти, предложить.
— Сами посмотрим, — пробурчал он, но мысль явно отложил, чтобы проработать.
— Кстати, — я сделал вид, что только что об этом подумал. — А вот твои коллеги, с которыми мы только что говорили… ты их хорошо знаешь? Насколько надёжные?
— Ты много хочешь знать, Алексей, — Иванов недовольно зыркнул на меня. — Слишком много.
— Так-то это у меня людей похищают и в СИЗО садят, — я хмыкнул. — Не по закону, так по понятиям. Надо знать, чего ожидать. И от кого.
— Хм… методы у них своеобразные, — наконец сказал он, подумав секунд десять. — И не всегда такие, что по телевизору показать можно. Но Любимцев — старой закалки, многие старики так работают, кто КГБ застал. Идёт на таран, потом разбирается, что с этим делать.
Не удивлён, так и было понятно, что это старый кгбшник. Хотел спровоцировать, не вышло, получил проблем. Но зато мы ничего ему не показали, и у старого чекиста осталось два варианта: готовить новую провокацию или взяться за другие зацепки. А времени у него не вагон, результата требуют быстро. Можно переключить его на китайцев.
Хотя насчёт китайцев у меня была другая мысль, особая, связанная с тем, кто победит в схватке между Монголом и Дядей Ваней. Их, возможно, придёт мирить смотрящий, и надо вмешаться, чтобы вопрос закрылся.
И ещё — самый сложный вопрос. Кого же назначить той самой «Белой стрелой», которая убивает бандитов, чтобы про нас забыли окончательно? Мы-то точно знаем, что их нет, но нам желательно, чтобы боялись их, а про нас не знали.
Чтобы бандиты, менты и чекисты, местные и приезжие, приняли эту версию, но при этом чтобы братва и потом ходила оглядываясь, как сейчас. Я ведь в курсе, что все городские паханы давно покупают глухие чёрные шторы, которые в своих домах не открывают даже днём. Боятся снайпера до усрачки.
  
В китайцев не поверят, зато поверят в реальных ментов, но находить каких-то честных и подставлять не хотелось, на продажных никто не подумает, а какая-то доморощенная банда и не сможет такое осуществить.
У группы, которая этим занимается, должны быть подходящие ресурсы, должна быть подготовка, и в то же время — их не должно быть жалко, то есть мы должны выбрать тех ещё мразей.