Гимн шута 8 (СИ)

— Это да… — согласился молодой человек. — Но ведь до тех светлых времен еще и дожить как-то надобно, верно?
Хозяин дома чуть сощурил глаза, пытаясь понять, к чему именно клонит собеседник.
— Верно, — наконец подтвердил он, никак не объясняя своего ответа.
— Итак, действительно придумано неплохо, — даже вполне себе артистично изобразил беззвучные аплодисменты клановец. — Ваша фракция выдвигает на роль Главы Викторию…
— Что⁈ — пораженно прошептала девушка.
И вновь на нее никто не обратил внимания. Мужчины предпочли «играть» друг с другом.
— Кандидат не будет иметь возможности сняться с голосования. Остается только обеспечить нужное количество голосов и вернуть девушку безуспешному отцу взамен должности в Управлении, которая подарит иммунитет от преследования со стороны нового Главы.
— Но я не хочу!.. — вскинулась «принцесса».
— А ты и не будешь, — спокойно перебил девушку Волконский, не отводя взгляда от лица Николая Александровича. — Это не попытка отбить Трон, а «оттяпанные» голоса окажутся миной нестабильности на будущее. Так сказать, плацдарм для проведения своего человека во власть. Ничего не забыл? Ах да! И, прошу оценить красоту игры, практически никакого риска. Ведь даже если план проваливается, то молодому Главе и так хватит проблем на первое время. А смещение столь знаковой фигуры в клане станет той же «миной». В общем, легче забыть и оставить в покое, чем всерьез пытаться убрать.
Теперь беззвучными аплодисментами ответил сам хозяин дома.
— Браво! — подвел черту под своим рассказом Павел. — Прекрасный план.
Виктория стиснула кулачки. Ее такой вывод бесил до крайности.
— Благодарю, — коротко раскланялся Николай Александрович. — Рад, что ты оценил.
— Да-да, — вздохнул молодой человек. — И даже представляю, кто именно тебя надоумил.
Вот теперь мужчина нахмурился. О его «единомышленнике» не знал никто.
— Ой, да ладно! — махнул рукой клановец, вполне в стиле Кроля добавив. — Он же тебя кинет! И да, полагаю, вы договорились, что место содержания Виктории для него останется тайной. Вот только, как ты уже в курсе, секрет таковым быть перестала…
От такой смены тональности Юсупов нахмурился. Однако в рамках этикета удержался.
— Смелое заявление.
— Если я не ошибаюсь, то каналы связи твои сейчас контролирует… — молодой человек очень красноречиво недоговорил, предложив собеседнику подставить нужное имя, тем временем вытаскивая комм. — Так вот, задай себе вопрос, почему именно ты до сих пор не знаешь вот об этом? А теперь прошу рассмотреть следующий вариант: Виктория погибает, а виноватым за все назначаешься ты. В этом случае, если о смерти девушки станет известно после голосования, нестабильность остается, зло наказано, а ответственный за «успешное уничтожение предателя» еще больше упрочит свои позиции… А там и внук подрастет, верно?
Николай Александрович впился глазами в экран. Несколько секунд он бездумно изучал фотографии тела Никиты Ефремовича, главной особенностью которых была мертвецкая бледность последнего и перерезанное горло.
— Когда? — хмуро буркнул он.
— Две недели назад, — спокойно ответил Павел. — Сам догадаешься, откуда именно наш уважаемый Константин Ильич узнал о том, где именно ты «окопался». В общем, ситуация ясна. Выводы делай сам. Вот предложение Льва Демидовича.
С этими словами молодой человек небрежно вытащил из внутреннего кармана сброшенной на пол куртки водонепроницаемую папку.
— Прошу ознакомиться.
Безопасник аккуратно принял документ и взялся за чтение.
— Пятьдесят лет ссылки… Запрет занятия определенных должностей мной или моими прямыми наследниками… Вира… — перечислял он, пока, наконец, не подытожил. — Разумно. Но имеет смысл только в случае, если Константин Ильич действительно играет не на моей стороне.
Волконский чуть удивленно приподнял брови.
— Так, давай проверим, Николай Александрович!
* * *
— Костя, здравствуй! У меня нехорошее предчувствие. Дай «коридор» на взлет одного глайдера. Я перевезу Викторию на резервную точку… Да, сам повезу. Нет, не думаю… Хорошо, я тебя услышал. Старт через пятнадцать минут.
  
— Напомню, что после старта у вас останется менее получаса на принятие решения, — произнес Волконский негромко.
Ответа на свое замечание он не получил.
* * *
— Борт-восемь-пять-к, прошу предоставить безопасный курс и эшелон.
Павел покосился на небольшой глайдер, прогревающий движители во внутреннем дворике дома.
— Данные принял! — вновь разнесся по кабинету хозяина усадьбы голос пилота.
Через секунду «летун» переключился на другую волну.
— Безопасный маршрут получен, к взлету готов.
Николай Александрович взял с рабочего стола передатчик и негромко бросил в эфир.
— Орлан-3, взлет разрешаю.
В тот же миг дюзы машина начала грузно подниматься над стартовой площадкой, множа на ноль многолетние старания садовника, с любовью и тщанием ухаживающего за газоном. Выхлоп из дюз на вертикальном взлете легко проплавил снег и выжег часть все что было под ним.
Парень вздохнул, глядя за тем, как пилот подключает тягу маршевых двигателей. Ему было жалко достаточно молодого мальчишку, но… хозяина дома он предупредил. Тот решил рискнуть. Казалось бы, обвинить себя не в чем, но клановцу было очень… некомфортно.
— Высота семьсот, курс… РАКЕТНАЯ УГРОЗА!!!
Глайдер испуганным зверем дернулся в сторону со снижением высоты, выбрасывая навстречу зенитной ракете сноп тепловых ловушек. Пилот оказался асом. Он действительно пропустил мимо себя смертоносную «сигару», тут же самоликвидировавшуюся после промаха. Однако это ничего не значило. На очередной маневр ему не хватило ни тяги, ни высоты. Вторым выстрелом неизвестные таки повредили двигатели, и тяжелая машина, сопровождаемая чадным следом, рухнула в лес.
Некоторое время все молчали. Но совсем недолго. Над деревьями поднялись куда более крупные машины, едва различимые на фоне темного неба. Аж две штуки.
— У вас на решение три минуты, — коротко выдохнул Павел.
Он прекрасно осознавал, что на его объектах никто не смог бы уйти против его воли. Клановец был уверен, что и Николай Александрович позаботился о чем-то подобном. Лишь поэтому он до сих пор продолжал этот разговор.