На моих условиях (СИ)

- Моя дочь Владлена, - ощущаю на спине руку отца, который слегка подталкивает меня вперед.
- Влада, - поправляю на автомате. Наверное, с моей стороны это звучит не очень вежливо, но я настолько выбита из колеи, что с трудом соображаю. - Добро пожаловать.
Темная бровь молодого человека приподнимается, чувственные губы изгибаются в подобии улыбки. Краем глаза замечаю, как отец заговорщически переглядывается с Игорем Юрьевичем, но не придаю этому значения.
- Ну что ж мы в дверях стоим, - суетливо произносит папа. – Проходите.
Он провожает старшего Андреева в гостиную, пока я продолжаю топтаться у входа в компании младшего.
- Значит, Владлена, - лениво тянет он, позволяя взгляду скользнуть по моему телу и чуть дольше, чем того позволяют приличия, задержаться на груди.
- Значит, Максим, - огрызаюсь я, стараясь подавить охвативший меня трепет.
Он усмехается, обнажая ряд ровных белых зубов.
- Рад снова встретиться с тобой, Владлена.
Напускаю на себя как можно более безразличный вид и отхожу от Максима Андреева, благоразумно решая сохранять как физическую, так и эмоциональную дистанцию с этим человеком. По необъяснимой причине он нервирует меня, а я слишком взвинчена, чтобы вдаваться в природу этого чувства. Пока его не разгадаю – лучше нам находится друг от друга подальше.
- Не ожидала вновь встретить вас, - говорю спокойно.
- Тебя, - поправляет он, следуя за мной.
- Прошу прощения?
- Встретить тебя, - он делает ударение на местоимении. - Вряд ли обстановка располагает к столь формальному общению.
- Правда? Вы считаете, что она располагает к чему-то другому? – упрямо спрашиваю я.
Внезапно он берет меня за руку в районе локтя и слегка тянет на себя. От прикосновения крепких горячих пальцев по телу прокатывается волна необъяснимого тепла, а груди становится тесно под плотной тканью бюстгальтера. Подобная примитивная реакция застает меня врасплох - кажется, сгорю от стыда, но неожиданно на помощь приходит отец:
- Молодежь, проходите к столу.
Слегка покачнувшись на высоких каблуках, я делаю неловкую попытку освободить свою руку. Почему-то в присутствии этого человека я с самого начала все делаю неловко, а он замечает и будто наслаждается моим смущением и нервозностью.
- Не покажешь, где я могу вымыть руки? - спрашивает Максим.
- Гостевая ванная прямо по коридору и налево, - отвечаю сухо.
- Влада, проводи гостя, - вмешивается папа. 
Заставляю себя дочитать до пяти, чтобы не сказать, что Максим Андреев не маленький и справится сам, и натянуто улыбаюсь. Приходится напомнить себе, что этот обед крайне важен для отца. Ради него я, конечно, в состоянии потерпеть присутствие одного несносного человека. 
- Мне кажется, ты немного взвинчена, - насмешливо тянет Максим, открывая краны в ванной. 
- Я в порядке, - чеканю я, стараясь сохранить самообладание. - Просто не ожидала, что на этом обеде мне уготована роль няньки.
- А ты в этом хороша?
Я закатываю глаза и демонстративно отворачиваюсь от наглеца, стараясь не обращать внимания на будоражащую мягкость его ответного хрипловатого смешка.
Этот обед – самое странное событие моей жизни. Отец говорил, что он связан с бизнесом, но за все время, пока мы сидим за столом, никто не делает даже попытки поговорить о делах. Зато мне уделяется повышенное внимание. Влада умеет ездить верхом. Влада с четырех лет играет в теннис. Влада окончила школу с золотой медалью. Влада, Влада, Влада…
Когда официант подает горячее, я готова сгореть со стыда. Чтобы немного успокоиться, делаю несколько глотков вина, есть не могу – перекладываю аппетитные кусочки утки и спаржи по тарелке, не в состоянии донести до рта даже один из них. Господи, о чем только думает отец? Неужели такому серьезному бизнесмену как Юрий Андреев интересно, какая кличка была у моего пони?
Пока хозяин дома заливается соловьем, Андреев старший в основном молчит, время от времени бросая на меня изучающие взгляды. Младший же ведет себя так, словно меня не существует. Должно быть, он считает моего отца сумасшедшим, и я не могу его за это винить. Сейчас мне тоже так кажется.
 
Делаю еще один торопливый глоток вина, и впервые за полчаса ловлю на себе взгляд Максима. Подумает, что я алкоголичка. Впрочем, какая разница, что он подумает? Надеюсь, сегодня я вижу его в последний раз, и наши пути никогда больше не пересекутся.
После обеда отец приглашает Игоря Андреева в кабинет, где хранятся его любимые кубинские сигары. Рассчитываю, что с ними уйдет Максим, и тогда я смогу, наконец, расслабиться, но он продолжает сидеть на своем месте, неторопливо потягивая кофе.
- Какая у тебя насыщенная жизнь, Владлена, - лениво произносит он, когда мы остаемся наедине.
Так злюсь на папу за то, что поставил меня в такое идиотское положение.
- Прошу прощение за выступление отца, - отвечаю сдержанно.
- Отчего же? – он оценивающе изучает мое лицо. – Это было даже любопытно.
Под его взглядом я вновь чувствую себя до крайности неуверенно, а ведь он даже не прилагает для этого никаких усилий! Сейчас он весь – сплошное обаяние и любезность, но меня почему-то не покидает ощущение, что в этом есть скрытый для меня смысл.
- Не думаю, что такому как вы интересно… - я замолкаю, готовая откусить себе язык за эту неуместную фразу.
- И что же, по-твоему, интересно такому как я? - не упускает он возможность еще сильнее смутить меня. 
- Это не имеет значения, – говорю тихо, комкая салфетку. - Я не вправе судить вас.
Теперь он широко улыбается, откровенно наслаждаясь моей скованностью, а в выразительных зеленых глазах загораются насмешливые искорки.
- А ты судишь?
- Нет! Этот разговор не имеет смысла.
Андреев легко поднимается со стула, и неожиданно подходит ко мне. Протягивает руку и, отбросив правила приличия, проводит кончиком указательного пальца по моей щеке. От этой вольности у меня перехватывает дыхание, а кровь стремительно приливает к щекам.
- Такая отзывчивая, - говорит он низким шепотом. – Это будет даже интересно.
Глава 4
- Что ты думаешь о Максиме Андрееве? - интересуется отец, когда гости, наконец, покидают наш дом.
- Почему я должна о нем что-то думать? - настороженно отвечаю я, отставляя в сторону чашку с недопитым кофе.
- Он привлекательный молодой человек. Мне показалось, вы нашли общий язык.
Знал бы ты папа, насколько далек от истины, думаю про себя, но вслух произношу:
- Он наш гость. Разумеется, я должна была найти с ним общий язык. Это ведь важно для тебя.
Встаю со стула и, сократив расстояние между нами, обнимаю отца за плечи. Весь день он выглядел крайне напряженным и сосредоточенным, поэтому мне хочется поддержать его. Что бы там ни было, уверена, он справится – если подумать, я не знаю более сильного человека, чем папа.
- Такие парни как он нравятся девушкам, - продолжает он, будто не замечая моего порыва. - Максим умный, образованный и очень хорош собой, а ты ни с кем не встречаешься.
Слова отца вызывают у меня недоумение – даже не вспомню, когда он в последний раз так живо интересовался моей личной жизнью. Да и нервное напряжение, в котором я нахожусь весь день, берет свое. Я устала и хочу вернуться в свою квартиру, чтобы спокойно провести остаток дня перед завтрашней съемкой, а не обсуждать сомнительные достоинства Максима Андреева.
- Пап, - говорю мягко, делая вид, что не расслышала завуалированного смысла его слов. – Я поеду домой, ладно?
- Андреев - выгодная партия, - не унимается он.
- Партия? – я хмурюсь, сбитая с толку его настойчивостью. – Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Отец поднимается с кресла, в котором сидел все это время, и подходит к окну. Теперь он стоит ко мне вполоборота, но я вижу, насколько бледным и осунувшимся он выглядит.
- У нас серьезные финансовые затруднения, Влада, - говорит он голосом, лишенным всяческих эмоций. - Брак с Максимом Андреевым их решит.