Фаворитка короля Мафии

Но Марко молча выжидал, стоя неподвижной статуей. Словно дал мне карт-бланш на его тело. И я воспользовалась возможностью. Мои пальцы гуляли по его накачанной груди, по сильным, напряженным плечам, по четко очерченным кубикам пресса. Я не чувствовала его кожу из-за тонкой рубашки, но она не мешала ощутить его жар.
– Пожалуйста…
Долго просить не пришлось. Марко резко развернул меня лицом к двери, сам встал позади меня. Вот он – момент истины, когда я лишусь невинности со своим мужем, как причитал мой дедушка Альфонсо.
  
Вот сейчас…
Прямо сейчас и вставит в меня свой возбужденный член и…
Но вместо ожидаемого большого достоинства, Марко вновь коснулся пальцами клитора и водил по кругу, размазывал смазку.
– Мадонна, какая же ты влажная. Внутри наверняка узенькая.
Но он не стал проверять, а пытал меня своими мучительно-сладостными движениями.
– Нравится? Отвечай.
– Да, мой господин…
– Понравилось сосать мой член?
– Да…
– Сбежишь от меня снова? – рыкнул он, не останавливая мучительные движения пальцами.
– Я… я…
– Отвечай! Сбежишь? – он остановился под мой недовольный стон.
– Нет… нет, не сбегу.
Движения его пальцев ускорились, а я стонала так громко, что наверняка каждый член экипажа яхты слышал мою мольбу об удовлетворении.
И я кончила. Бурно. Страстно. Выгибаясь навстречу его властному телу.
– Это все?
– Твоей девственностью займусь позже. С днем свадьбы, бамбино.
Он ушел, оставив меня одну на полу, ослабевшую и полностью удовлетворенную физически, но не морально.
 
Глава 6
 
 Виктория 
Я слишком быстро сдалась.
Эта мысль не отпускала меня всю ночь и все утро. Я не была использованной, нет, но неприятный осадок после сладкой неги остался до самого утра.
В каюте было темно. Наступило ли утро? Неизвестно. Казалось, если я сейчас встану, и открою занавешенные шторы, день начнется, а вместе с ним продолжение моей адско мучительной жизни. День ото дня принадлежать ненавистному мужчине, и в то же время покорно вставать перед ним на колени и выполнять все его извращенные желания. А главное – кайфовать от них.
Вы бы хотели так жить?
Я просто не хотела начинать день, ночь была бы для меня идеальна. Я облажалась, доверилась, надеялась на то, чего не было.
Почему Джо не пришел за мной после звонка? Как Марко узнал о моем местонахождении? Кем был тот мужчина? Вопросы были излишней роскошью для меня, они застряли в дальнем ящике моего разума. Он не спал со мной, дал возможность привыкнуть и смириться с участью. Я могла обвинять кого угодно в моем положении: папу, Джо или самого дона Марко, но все это не имело значение.
Во всем виновата я сама.
Я не должна была возвращаться домой после поездки в Рим, не должна была доверять Фабио и принимать его за брата, не должна была сбегать со свадьбы. Меня поймали в ловушку. И теперь я чувствовала себя маленькой птичкой в красивой клетке посреди морской глади. Оставалось только смириться со своей участью и принять удар судьбы в лице дона Гальятти.
Точнее в лице моего мужа…
– Ты слишком долго спишь, уже двенадцать, – раздался позади меня низкий голос, полный недовольства.
– Разве дону не все равно, во сколько я встаю?
– Мне – нет. И одеться поприличнее, твоя аппетитная задница сведет с ума нашего гостя.
Я не забыла, что лежала на животе абсолютно голая. Я даже не переоделась в ночную сорочку, подобранную сеньорой Альфрелли, а тупо уснула на огромной кровати в том виде, в котором меня оставил мой муж. Брачная ночь удалась, ничего не скажешь.
Если честно, мне было все равно, кого я сведу с ума или нет. Марко уже все видел, прятаться от него как монашке не было никакого желания. Он все равно возьмет свое. А гость… Разве он не видел обнаженное женское тело?
– У тебя гости?
– У нас. Через час пришвартуется к нам. И лучше надень толстый лифчик.
– Зачем?
– Твои соски привлекают внимание. Не отвлекай нашего гостя от дел, он это не любит.
– Раз у меня столько недостатков, зачем женился на мне?
Марко присел рядом со мной на кровать. Его пальцы едва коснулись моей кожи под коленкой. Нежно, почти щекотно. Но я не чувствовала ничего завораживающего, как вчера.
– Если бы у меня был выбор, я бы лучше тебя убил и закопал рядом с твоими родителями.
По телу пробежала дрожь, но я не понимала причину: либо от его пальцев, уверенно скользящих вверх по бедру, либо от пугающих слов. Я затаила дыхание и смотрела на маленькую косметичку, которая лежала на прикроватной тумбочке. Ждала, что он скажет дальше, словно от его слов зависела моя жизнь.
– Я бы убил тебя, потому что так проще. Нет тела, нет проблем. Но мы нужны друг другу больше, чем ты думаешь, Виктория.
– Ты мне не нужен.
– После вчерашнего ты так уверена в этом?
– Зачем я нужна Гальятти?
– Ты задаешь много вопросов, бамбино.
– Это первый.
– И единственный. Пока не приехал наш гость, прочитай это.
Марко кинул мне в руки небольшую брошюру, но я не могла на ней сосредоточиться – его руки все еще уверенно скользили по моему телу, будто он гладил домашнюю собачку, а не собственную жену.
– Что это?
– Открывай.
Я бы зуб дала, что это новый законопроект из Рима, который разорвет на кусочки каждый уважающий себя сицилиец. Но я ошиблась, это свод законов. И нет, не Римских.
– Не убей, не укради, не предавай. Серьезно?
Мою попку прожгло от сильного шлепка. Хлесткий звук еще некоторое время отдавал эхом в каюте, заставляя меня зажмуриться и замереть на месте.
– Читай внимательнее. Вслух.
– Это омерта? Разве ее не запрещено разглашать или где-то печатать?
– Много вопросов. Читай.
– Я не мафиозник. Зачем мне…
– Ты слишком хороша, Виктория, но твои капризы меня раздражают. Не нарывайся.
– И что же ты со мной сделаешь?
Кровать прогнулась около моих ног, а позади себя услышала резкий приказ, не терпящий отлагательств:
– Раком. Живо.
И я встала в позу, удерживая в руках омерту. Его пальцы едва коснулись моих ягодиц, вызывая мурашки. Воздух застрял в легких от страха и неизвестности. Потому что не понимала, на что способен этот пугающий мужчина.
– Читай.
– Правило первое. Никогда не смотреть и не представляться самой членам семьи.
Мой голос дрожал от напряженности, встающей в каюте, и от его пальцев. Он всего лишь гладил кожу, но возникало впечатление, что он оставлял на ней шрамы раскаленным ножом.
– Дальше.
– В разговорах отрицать существование мафии и не произносить слово «мафия».
Снова поглаживание в качестве похвалы. Снова мурашки по коже, снова я таяла от его выверенных движений.
– Не сотрудничать с властями и полицейскими, не убивать их, дабы не провоцировать конфликт.
– Умница. Дальше.
– Не вступать в отношения с женами членов семьи. Мадонна, зачем мне это зн…
Мои слова застряли в горле после резкого шлепка по правой ягодице.
– Эй! За что?
– Ты отвлеклась.
– Поверь, я не собираюсь вступать в интимные отношения с женами твоих соратников.
– Не сомневаюсь, но выучить эти правила все же следует.
– Зачем мне это?
Снова шлепок, который обжег мою кожу.
– Твоя жизнь принадлежит мне. Если я сказал – читай, значит ты будешь читать.
– Лучше бы ты меня убил.
Марко резко притянул меня за ноги к себе и навис над моим обнаженным телом.
– Сделаю все, чтобы ты не забыла наш брак, бамбино, – шлепок оглушил каюту. – Ты будешь сидеть на заднем сидении и вспоминать, как я трахал тебя. Как я целовал твои губы и как вылизывал тебя вчера. Будешь вспоминать, как ты просила мой член, а я по-доброму, позволил отсосать его. И запомни, – еще один шлепок. – Если дон женится, это раз и навсегда. Ты всегда будешь моей.
  
Моя попа наверняка раскраснелась. Она ужасно горела, но я не могла и пискнуть в знак протеста. Я терпела. Терпела его удары и попыталась получить хотя бы толику удовольствия, как в порно. Не выходило, я ощутила лишь боль, безысходность и унижение от своего положения.