Путешествие в Ад (ЛП)

Стон сорвался с губ Патриота, и неопределенное выражение на его лице постепенно исчезло. Он моргнул, глядя на Мамонта, а затем на меня.
— Кому я причинил боль на этот раз? — Надломленность в его голосе чуть не разбило мое гребаное сердце.
— Прими душ, Патриот. Сейчас. — Грим не потакал ему. Добром это не кончится.
Патриот обычно был в ужасном состоянии после одного из своих эпизодов. Он был эмоциональным, взбешенным и раскаивающимся. Опасная комбинация, вылеченная алкоголем, одиночеством и долгой встречей с Гримом на следующий день. Наш президент покачал головой и вздохнул, когда Патриот исчез в своей ванной и закрыл дверь. Мы не задерживались. Мужчине нужно было немного уединения.
Грим схватил Жабу, когда мы вышли в зал.
— Останься здесь на всю ночь. Он пытается уйти, ты немедленно идешь за мной. Если услышишь что-нибудь, лучше тащи свою задницу ко мне как можно быстрее.
— Да, сэр.
— Не подведи меня. Я не должен потерять брата.
Жаба тяжело сглотнул.
— Понял.
Гриму не нужно было говорить, что он боялся, что Патриот попытается сделать что-то отчаянное. К сожалению, Патриот однажды пытался покончить с собой, несколько лет назад. Этот опыт потряс всех нас. Мы не говорили об этом Патриоту, но это были мрачные дни.
В этом и заключалась особенность единения со Жнецом. Мы были непобедимы, когда приняли его форму, но, когда мы были одни в наших смертных телах без него, мы были так же уязвимы, как и любой другой человек. Мы могли бы истекать кровью и умирать так же легко. Только присутствие Жнеца предотвратило необратимые травмы или смерть. Компромисс, на который мы пошли, когда согласились на контракт, подписанный своей кровью.
Эта ночь была гребаной катастрофой, и я был рад, что она закончилась.
Я направился обратно в свою комнату и воспользовался ключом, чтобы войти, закрыв и заперев ее за собой. Иногда я оставлял ее открытой, чтобы Снуки могла зайти. Ей нравилось будить меня, обхватывая губами мой член. Это было взаимовыгодное соглашение. Когда моя дверь была заперта, она знала, что я был занят. Честно говоря, я не оставлял ее открытой уже длительное время.
Она ничего не сказала, но я был уверен, что ее немного задело мое расстояние. Вот почему я не заводил отношений. Я сказал ей с самого начала, что это был не более чем секс.
Я быстро принял душ и рухнул на кровать, благодарный за Перекресток. Если бы мне пришлось поделиться частью своей души с дьяволом, по крайней мере, я был не одинок.
***
Кто-то стучал в мою дверь. Я проснулся раздраженный, во рту пересохло, а моя голая задница была чертовски неуклюжей, когда я направился прямо к двери. Не потрудившись проверить, кто это был, я широко раскрыл ее с хмурым видом.
Тень ухмыльнулся, но быстро спрятал свой юмор.
— Грим собирает в церкви, через пять минут.
— Да, я приду, когда буду готов.
— Я принес тебе чашку свежего кофе.
Я взял кружку и захлопнул дверь у него перед носом, выпив половину, так как она обожгла мне рот изнутри. Мне было похуй. Все знали, что я не жаворонок. Они разбудили меня на свой страх и риск.
— Перспектива! — Закричал я, когда снова открыл дверь.
Он все еще стоял там, так как я не отпустил его. Мне действительно нравился этот ребенок.
— Да, Азраил?
— Принеси мне еще чашечку. От этой ничего не осталось. — Я снова хлопнул дверью, услышав его смех, когда он направился обратно на кухню. Пятнадцать минут спустя я держал свою третью чашку и шел в часовню, глядя на своего президента. Почти все остальные уже были там, но мне было все равно.
Патриот молчал, потирая больную челюсть. Мамонт был рядом с нашим президентом, выражение его лица забавляло. Грим скрестил руки на груди, глядя на меня сверху вниз, когда я занял свое место.
— Рад, что ты смог присоединиться к нам, Раэль.
— Мне очень приятно, — заверил я его с сарказмом. — Радуйся, что я сначала выпил две чашки кофе.
Рейт усмехнулся, за ним последовали Боди и Экзорцист.
— Церковь заседает, ублюдки. — Грим стукнул молотком и поставил его на дерево, поворачиваясь в мою сторону. — Расскажи нам, что ты нашел прошлой ночью.
 
— Ничего. — Нахмурившись, я отставил свой кофе. — В клубе Скорпионов всегда много народу. Обычно на улице дерьмовая куча парней, но вчера это был абсолютный минимум. Странно и бессмысленно.
— Согласен, — добавил Рейт. — Слишком чертовски тихо.
— И мы знаем, что Разр заменил Кислоту, так почему же он не появился здесь и не потребовал возмездия за то дерьмо, которое произошло несколько месяцев назад? — Грим откинулся на спинку стула и закурил, дважды затянувшись, прежде чем заговорить снова. — Это кажется неправильным.
Кислота забрал старушку Боди Сашу и бывшую Триш Грима. Нам пришлось разорить один из их складов и в итоге забрать душу Кислоты и нескольких других из его клуба. Разр, должно быть, разозлился, что мы убили его брата. Его отсутствие реакции могло означать только то, что грядет что-то большое.
— Я думаю, у него что-то происходит с Солоником. Его присутствие не может быть совпадением.
При упоминании имени этого русского ублюдка я зарычал, вцепившись в край стола так сильно, что услышал скрип дерева.
— Если он в городе, я найду его.
— Я слушал полицейский сканер этим утром.
Все взгляды обратились к Ганнибалу.
Его тихий угрожающий тон внушал страх всем, кто встречался с ним, и не без оснований. Ничего не происходило без его ведома.
— За последние несколько недель увеличилось количество пропавших девочек. Всего восемь в штате.
На мгновение его встретила тишина.
— Черт, — крикнул Грим, хлопнув ладонью по столу. — Не в нашем городе, брат. За этим стоит Солоник, и каким-то образом он вовлек в это Скорпионов. У нас есть с порно, но я подвожу черту, мы не заставляем делать девушек это. Мы не так ведем бизнес.
Никто не возражал.
У нас была студия и клуб в Голдфилде. Платили хорошо, и девушки могли делать все, что им заблагорассудится. Нам редко приходилось искать новых талантов, но мы делали это, чтобы не отставать от спроса. Дела шли хорошо, и мы могли бы поблагодарить некоторых наших братьев из других отделений за то, что они нам поставляли. Фокус из Нью-Йорка был здесь несколько лет назад, чтобы помочь. У брата был талант разбираться и находить именно то, что нам было нужно.
— Мы должны быть начеку. Грядет обратная реакция, — предупредил Грим. — Пока у нас не будет достаточно информации, никто не ездит в одиночку. — Он сразу посмотрел в мою сторону, и я поднял руки.
— Прекрасно, — согласился я.
— Хорошо. Итак, Боди, что у тебя?
— Ничего особенного, — ответил он с усмешкой. — Просто хотел официально заявить, что Саша моя старушка. У нее есть доля, которую я ей подарил, но, — он сделал паузу, и, клянусь, этот ублюдок покраснел, — я попросил ее выйти за меня замуж. Она сказала ”да", — добавил он в спешке, когда мы все разразились громкими возгласами поздравлений и воплями.
Мои братья хлопали его по спине и предлагали искренние слова поддержки наряду с непристойными шутками. Мамонт неловко обнял его, а затем хлопнул по щеке.
— Ты обрюхатил ее, да?
Комната взорвалась смехом.
— Это не причина, по которой я женюсь на ней, — возразил Боди, опускаясь в свое кресло. — Я люблю Сашу.
— Я уверен, что это так, — весело объявил Грим, — и теперь ты будешь папочкой.
— Черт, — прошептал он, слегка побледнев. — Я никогда этого не переживу.
— Разве никто никогда не говорил тебе держать это в защите, сынок? — Ганнибал покачал головой. — По крайней мере, вытащи нахуй, если ты не уверен, что хочешь ребенка.
Мамонт с трудом сдерживал свой смех. Несколько других тоже не могли перестать смеяться.
— Когда я делал предложение, я не знал, что она в положении, — признался Боди, пожимая плечами.
Я не мог не улыбнуться этому признанию. Никогда не думал, что увижу, как Боди остепенится после того, что случилось с Сураей, но он сильно влюбился в ее сестру-близнеца Сашу и был счастлив. Мы все не могли этого не заметить.