"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Отлично! – заявил я, когда мини-концерт закончился. – А теперь давайте попробуем исполнить ту же самую вещь с полноценным аккомпанементом. На будущее можно будет попробовать включать в наш репертуар песни советских ВИА, если, конечно, какие-то вышестоящие инстанции не будут иметь ничего против.
– Если мы станем выступать бесплатно, то и требовать с нас ничего не смогут, поскольку мы на своих концертах не наживаемся, – добавил умный Валя и тут же поправился. – Я так слышал.
  
– А кстати, народ, – подал голос Юрец. – Есть возможность выступить за деньги.
Эта фраза меня заинтриговала. Оказалось, в селе Кучки, где у Юрки живёт бабушка, через полторы недели, в субботу и воскресенье гуляет большая свадьба с кучей приглашённых. Музыкальное сопровождение должен был создавать местный гармонист, вот только родители жениха заявили, что такое событие случается раз в жизни, и они хотят видеть на свадьбе настоящий ансамбль. Даже готовы оплатить его выступление. Родители невесты, не желая ударить лицом в грязь, поддержали идею. Правда, выяснилось, что такие вещи обговариваются далеко заранее, а не за пару недель до бракосочетания. В общем, свадьбе грозило играться всё же под гармонь и частушки.
– Так у нас репертуара-то даже нет, – резонно заметил я.
– За полторы недели можно попробовать выучить с десяток песен, которые обычно поют на свадьбах, – сказал Валентин. – В том числе магомаевскую «Свадьбу».
– Нужно где-то достать ноты, аккорды, тексты… У вас есть?
Оказалось, у парней с этим загвоздка. На что я махнул рукой, мол, накидаю аккордов, а на ноты Валя потом сам, если захочет, переложит.
– И сколько за свадьбу готовы выложить? – задал я, наконец, самый животрепещущий вопрос.
– За несколько часов на сцене платят сотню. Плюс с утра доставка своим транспортом в село и обратно вечером в тот же день. В субботу, в смысле… Не говоря уже о халявном хавчике и выпивке.
– Насчёт выпивки, кстати… При знакомстве не стал говорить, вроде как не доросли ещё квасить, но сейчас скажу: в нашем коллективе «сухой закон». Если решили где-то прибухнуть – за пределами училища, на репетиции в пьяном или похмельном виде являться запрещено. Все усекли?
Я посмотрел на Юрку, тот вздохнул, но возражений не последовало. А что касается свадьбы, то на нос при таком раскладе выходило почти по семьдесят рэ. Почему не по полтиннику, если делить на четверых? Потому что Лена именно в ту субботу намеревалась идти к подруге на день рождения, и пропусти она это событие – подружка обидится на всю жизнь. Так что в село могло поехать только трио, даже Валентин согласился поиграть на свадьбе.
Вот только кто нам разрешит забрать отсюда на два дня аппаратуру и инструменты? Идти к директору? Я живо представил себе эту картину, и у меня непроизвольно по коже побежали мурашки. Опять же, в субботу у нас учебный день, как сбежишь?
А перед глазами так и маячили красные червонцы с профилем Ильича, которые я мысленно уже тратил… На что? На джинсы не хватит, если только нас не пригласят ещё на несколько таких свадеб. Ну да не суть, деньги лишними никогда не бывают, этот факт я уяснил за свою предыдущую жизнь.
А может, попробовать решить вопрос, не привлекая директора. Например, с завхозом? Это у него ключи от актового зала, без него всё равно ничего отсюда не вынесешь. Но, чёрт возьми, это дополнительный риск. Из-за нескольких десяток можно влететь по-крупному. Ладно, решено, иду к директору.
Бузов всё ещё сидел в своём кабинете, когда я к нему постучался.
– Варченко, входи, – сделал он приглашающий жест рукой. – Рассказывай, что у тебя?
Ну я и рассказал… Правда, приврал, что свадьба у моей родни, слёзно просили выручить. А когда закончил, Николай Степанович посмотрел на меня с хитрым прищуром.
– Почему бы не дать заработать таким талантливым ребятам… Да и родня всё-таки, опять же – с ансамблем веселее, будет что вспомнить… Но вот я-то что с этого иметь буду?
– Прямо мои мысли читаетt, Николай Степанович, – улыбнулся я как можно обаятельнее. – Только что хотел вам предложить равную долю – все получают по двадцать пять рублей, включая вас.
– А эта, девочка ваша?
– Она не сможет с нами поехать, поэтому нас будет трое.
Бузов думал недолго.
– Ладно, даю добро. Моя доля пригодится для нужд училища. Иногда – сам понимать должен, хоть и молодой – что неучтёнка может пригодиться в любой момент. С завхозом сам поговорю, чтобы помог вам с погрузкой и вечером дождался.
А когда я уже был в дверях, вслед мне, словно бы с долей юмора, сказал:
– Ох и шустрый ты, Варченко! Чувствую, подведёшь меня когда-нибудь под монастырь. B eчти, если что – я про вашу затею ничего не знал, скажу, что это ваша самодеятельность.
Тёртый калач Бузов, ничего не скажешь, страхуется… Ладно, будем надеяться, обойдётся без эксцессов. Теперь оставалось договориться с организаторами свадьбы, и об этом я попросил, конечно же, Юрку. Пусть я номинально и руководитель ансамбля, но он там свой, ему и карты в руки. И ещё нужно было отрепетировать новые песни, список которых мы совместными усилиями составили. В него вошли, как уже говорилось, магомаевская «Свадьба», далее для танца жениха и невесты подойдут «Эти глаза напротив» или «Как прекрасен этот мир». Следом в список вошли «Всё, что есть у меня», «Не надо печалиться» из репертуара «Самоцветов» и «Там, где клён шумит» от ВИА «Синяя птица». А дальше я стал предлагать песни, которые, как выяснилось путём осторожных расспросов моих музыкантов, судя по всему, ещё не были написаны, иначе они бы о них слышали. Первым делом я предложил «Обручальное кольцо», похоже, она должна была появиться на свет в ближайшие год-два[21], если мне память не изменяет. Незамысловатый текст я помнил, а музыку подобрать не так уж сложно. Я даже не собирался приписывать себе авторство, заявил парням, что уже слышал несколько раз эту вещь, и странно, что они ещё не её слышали. То же самое я сказал и о песнях «Родительский дом», «Малиновка», и «Птица счастья», которые, судя по всему, тоже появятся через несколько лет. Подумав, внёс в список и «Электричку», которую в моей реальности пела Алёна Апина. Кстати, там же и железная дорога как бы фигурирует, можно и на концертах к Дню железнодорожника исполнять.
После этого я посчитал репертуар собранным. Ради ежедневных репетиций я отпросился у Храбскова на полторы недели. Мол, по вечерам нас будут гонять на Пензу-IV, разгружать вагоны с дынями и арбузами. Ну а что, реально же на втором курсе нас гоняли на арбузы. Юрка, съездив в ближайшее воскресенье в Кучки, до которых от Пензы километров 30, сумел договориться с брачующимися, вернее, с их родителями, и теперь уже отступать было поздно.
Разучивание песен проходило ударными темпами и, кстати, не сумело избежать внимания Бузова, заглянувшего как-то в актовый зал, за дверью которого было прекрасно слышно, что мы пели и играли.
– Молодцы, такие песни мне нравятся, – поддержал нас Николай Степанович. – Если вам на юбилейном концерте разрешат спеть и другие песни, кроме гимна и «Проводницы», то что-то типа «Электрички» как раз сгодится.
Субботнее утро порадовало солнечной, тёплой погодой. Как и договаривались, я был отпущен с занятий мастером по просьбе директора. Ровно в 9 утра Петренко открыл дверь запасного выхода, у которой уже топтались Валька с Юркой. Те сбежали из училища, прикинувшись прихворнувшими. Сработал фокус с градусником, которому я их обучил, а сам использовал когда-то в юности, если не хотел идти в школу или училище. Фокус основывался на серийности выпускаемых в стране градусников, которые были похожи, как братья-близнецы. Берёшь такой градусник, встряхиваешь его до нужной отметки, например, 37.5, и перед тем, как зайти в кабинет медсестры, суёшь подмышку. Медсестра даёт тебе свой градусник, который ты засовываешь во внутренний карман пиджака, а спустя несколько минут отдаёшь свой, с уже набитой температурой. Всё гениальное, как говорится, просто.
  
Ещё минут десять спустя подкатил 452-й УАЗ. За рулём «буханки» сидел немолодой, небритый тип в кепке.