Подлинные мемуары поручика Ржевского

Томсон: Тем более рад познакомиться. У меня ведь клиентура больше постоянная. Кто любит по старинке, основательно. Присаживайтесь, господа.
Мацек: Скажите, а каким способом вы предпочитаете забивать животных?
Томсон: Для дамы такой разговор может оказаться не совсем приятным…
Мацекова: Что вы! Мне как раз интересно! И вообще я жутко любопытна.
Томсон: Ну, если настаиваете… Свиней я колю под лопатку.
  
Мацекова: О! Лопатка!
Мацек: Да, лопатка. Чудесно.
Томсон: А коровам и баранам я, знаете ли, перерезаю горло.
Мацекова: Слышишь — горло!
Томсон: Бычков я привязываю вот сюда и сначала оглушаю кувалдой.
Мацек: Нет, кувалда — это слишком!
Мацекова: Нет-нет, кувалда не для нас. Вы сами ведете весь процесс от начала до конца?
Томсон: От начала до конца. По-дедовски. Не торопясь. Зато какие получаются окорока, какие колбасы! Себя хвалить не очень прилично…
Мацек: Вы в этом и не нуждаетесь! Репутация ваших изделий так высока! Мы ведь долго колебались, долго выбирали, к кому обратиться.
Томсон: А что вам угодно заказать?
Мацек: Как вы умеете — от начала до конца. От забоя до готовой продукции.
Томсон: Одну минуточку. Сейчас оформим заказ.
Мацек: Не извольте беспокоиться, я уже подготовил контракт.
Томсон: Вот как? И на сколько голов?
Мацек: На одну, господин Томсон.
Томсон: Ну! На одну — и контракт! Это уж вы перестарались.
Мацек: Привычка, господин Томсон. Я ведь юрист. С контрактом как-то надежнее.
Томсон: Давайте глянем. Та-ак… забой, разделка, переработка… Знаете, кличку в заказе мы обычно не указываем.
Мацек: Опять привычка.
Томсон: Бывает, господин Мацек, бывает. Люди к своим животным так привязываются! Иногда плачут. Одна бабушка каждый год приводит ко мне по кабану. И каждый раз плачет! Что поделать — привычка. Мои расценки вам знакомы?
Мацек: Разумеется. Мы с супругой видели прейскурант. Впрочем, цена для нас не играет роли. Главное, чтобы все было сделано качественно.
Томсон: Уж это я вам могу гарантировать. Фирма солидная. Мясник Томсон дело знает. Вы не оговорили, какая именно переработка? Значит, полагаетесь на вкус специалиста?
Мацек: На вкус и опыт. Думаем, вы лучше сами посмотрите и определите наиболее удачный ассортимент изделий.
Томсон: Вот это правильно! Специалисту всегда виднее.
Мацекова: Скажите, весь процесс от начала до конца происходит в этом подвале?
Томсон: Я за размахом не гонюсь. По-дедовски. Главное — доброе имя и репутация, а деньги не убегут. Не выношу этих новых боен с конвейером, с электрическим током вместо хорошо заточенного ножа.
Мацекова: Конечно! Конвейер, ток. Это так бездушно, так холодно.
Мацек: Мне кажется, стоит один раз посмотреть на такой конвейер, и на всю жизнь отобьет вкус к мясу.
Томсон: Точно подмечено. Блеяние, мычание, вопли. Скотина нервничает, грязь, брызги.
Мацекова: А у вас тут чистенько. Даже уютно.
Томсон: Приходится хорошенько мыть. Запах крови нервирует животных.
Мацекова: А все-таки запах есть. Специфический запах.
Томсон: От этого никуда не денешься. Сколько скотины тут перерезано! Еще с прадеда.
Мацекова: Значит, вы заводите сюда…
Томсон: Да. Вон весы. Взвешиваю. Тут я забиваю. На столике разделываю. А там — коптильня, подсобки, склады. Лишних помещений, извините, не занимаю, поэтому и клиентов принимаю тут же. Да многие и любят, чтобы все при них делалось. Я — что? Сиди, любуйся. Брызги до кресел не долетают.
Мацекова: Это нам подходит. Правда, дорогой?
Томсон: Ну, ведите. Поглядим вашу скотину.
Мацекова: Однако вы не очень вежливы, мастер.
Мацек: Действительно, нельзя ли без грубости? И кого к вам, собственно, нужно вести?
Томсон: Как — кого? Кто там у вас в контракте — забить, освежевать, разделать…
Мацек: Но ведь она уже здесь.
Томсон: А?…
Мацек: Вот же она.
Томсон: Но вы говорили, что это…
Мацек: Моя супруга, Мацекова Милка, указанная в контракте.
Томсон: Я думал, что Милка — кличка коровы.
Мацек: Вы ошиблись, господин Томсон. Милка — моя жена. Мы из Верхней Чехии, поэтому наши имена могли показаться вам странными. Но сейчас-то, надеюсь, вам все стало понятно?
Томсон: Да… то есть — как да? Нет, конечно!
Мацек: Что вам не ясно? Вы читали контракт. Вы его подписали. Вам его разъяснили.
Томсон: Я должен понимать это как шутку, господа?
Мацек: Какая шутка? Юридический документ, заверенный подписями двух сторон, где вы обязались осуществить забой Мацековой Милки, ее разделку и переработку на мясные изделия. Нам остается только посоветоваться с вами, какие именно продукты из нее получатся лучше, качественнее, вкуснее.
Томсон: Вы что, серьезно хотите, чтобы я ее убил?
Мацек: Не убил, а забил. Так, кажется, у вас говорится.
Томсон: И для этого заманили ко мне? Затащили в надежде, что мясник Томсон согласится?
Мацек: Почему заманил? Почему затащил? Мы вместе так решили. Мы все важные вопросы привыкли решать вместе.
Томсон: Вы хотите сказать, что она сама… согласна?
Мацек: Конечно. Контракт, между прочим, составлен от ее имени. Вот ее подпись.
Томсон: Вы… хотите, чтобы вас забили на мясо?
Мацекова: Да. А что тут такого?
Томсон: И… и вы тоже согласны, чтобы вашу супругу забили на мясо?
Мацек: Да.
Мацекова: Что за вопросы? Вы согласны, вы согласны… Мы не венчаться пришли, и вы не священник. Из-за каких-то мелочей столько волокиты!
Томсон: Извините. Я позабыл. Мне, кажется, надо позвонить по телефону…
Мацек: Погодите. Может, вы считаете нас сумасшедшими? Так вот медицинское заключение. Мы предполагали, что могут потребоваться разные справки, и Милочка на всякий случай прошла обследование. А то вдруг инспекция придерется?
Томсон: Какая еще инспекция?
Мацек: Санитарная. На рынке. Все равно часть мяса придется продать. Куда мне столько? Не могу же я допустить, чтобы ее мясо испортилось?
Мацекова: Уж, пожалуйста, не допусти. А то ты такой забывчивый.
Томсон: У вас что, материальные затруднения? Мы, естественно, мало знакомы, но под поручительство я мог бы ссудить некоторую сумму…
Мацек: Господин Томсон, а вам не кажется, что наши финансовые дела вас не касаются? Наша семья вполне обеспечена. А если вас интересует кредитоспособность, то вот я подготовил счет. За нестандартную работу вы получите двойную плату. Мало? Можно и прибавить. Для нас главное не цена, а качество.
Томсон: Да что же вас заставило на такое решиться?
Мацек: Почему — заставило? Ничто не заставило. Мы сами так захотели.
Мацекова: Милый, по-моему, мастер считает нас слишком легкомысленными.
Мацек: А разве мы похожи на легкомысленных людей? Мы очень долго это обдумывали. Все-таки шаг достаточно серьезный. А когда решились, больше месяца искали подходящего, солидного мясника. Ваша репутация, господин Томсон, вполне нас удовлетворила.
Томсон: А позвольте узнать…
Мацек: Что?
Томсон: Кто из вас это… придумал?
Мацекова: Даже не упомню. Кажется, началось с каких-то шуточек. А потом подумали — почему бы и нет?
Томсон: Но вы представляете, как все это будет выглядеть?
Мацекова: О, господин Томсон, я жутко любопытна. Я понимаю, что ощущения могут быть не очень приятными, но ведь так интересно! Можно немножко и потерпеть.
Мацек: Кстати, раз мы наконец-то пришли к взаимопониманию, не пора ли к делу? Мы же хотели посоветоваться о разделке, об ассортименте продуктов, которые из тебя получатся. Милочка, покажись мастеру, пусть посмотрит.
Мацекова: Совсем заболтались! Господин Томсон, у вас есть ширмочка, чтобы мне раздеться?
Томсон: Раздеться?
  
Мацекова: Как же вы будете разделывать одетое тело? И забивать, наверное, будет неудобно.
Томсон: Я… не знаю. Есть закуток, где я мою свиней и промываю мясо. Но там сыро. У меня здесь никто не раздевается.