Лев и Сокол (ЛП)

Когда свадебное веселье Бренды достигло предела — последней каплей стал восемнадцати-ярусный торт, увенчанный гигантским львом с соколом на спине, Нолан воплотил в жизнь свой секретный план, за который Кларисса поблагодарила его самым приятным образом.
Они сбежали и оказались на пляже на Гавайях. За несколько минут до захода солнца поженились, только священник, он, Кларисса, прибой, песок и триста самых близких друзей его матери. Нолан так и не понял, как ей удалось собрать их всех в такой короткий срок и так, что Кларисса их не заметила, но в конце концов он получил то, что хотел.
  
Жену. И Кларисса получила то, что нужно было ей, — любовь, в виде неблагополучной кошачьей семьи, которая с удовольствием приняла своего нового птичьего родственника. Но вот чего не ожидал его бедный сокол, когда влюбился во льва, так это советов.
— Льва-самца нужно каждый день крепко бить по носу, чтобы держать в узде.
— Нет, дурашка. Просто корми его, и он станет лучшим котом в округе.
— Ленивые кошачьи ублюдки. Тебе не следовало выходить за него замуж. Гораздо веселее жить в грехе.
— Не могу поверить, что ты не собираешься делиться.
Его бедная Кларисса, она выглядела совершенно подавленной.
— Как ты это терпишь? — простонала она, когда они, наконец, избежали от их благонамеренных советов — а иногда и советов по начинке домашней птицы.
— По большей части просто игнорирую.
— Я пыталась. Не думаю, что они заметили, потому что продолжали болтать.
— Считай, что тебе повезло. Это значит, что ты им нравишься.
— А я не могла бы нравиться им чуть меньше?
— Сомневаюсь. Ты сама виновата, что была такой чертовски привлекательной.
И она была такой. Внешне и для окружающих она могла казаться грубой, а иногда и неотесанной, но, когда они были наедине, настоящая Кларисса распускала волосы и снова и снова показывала ему, за что он в неё влюбился.
Под звездами и луной, сиявшими сквозь застекленную крышу коттеджа для новобрачных, они предавались страсти как муж и жена. На пике оргазма она зарычала от удовольствия. Затем он, конечно, зарычал громче, просто чтобы доказать свою правоту. Затем она заставила его замурлыкать, снова доказывая свою точку зрения. Лев и сокол, вместе навсегда…
— Итак, теперь, когда свадьба закончилась, когда вы начнете делать детей? — Его мать прервала в самый неподходящий момент.
Нолан дремал, пока его молодая жена гонялась за матерью по пляжу, её соколиная фигура пикировала на прыгающую львицу. Но, задремав, он улыбнулся. Семейная жизнь с его соколом определенно никогда не будет скучной.
***
Тем временем, за много миль от штаб-квартиры FUC…
Она вышла из леса изящными шажками, которые придавливали листву под ногами. С затуманенным взором он попытался осмыслить увиденное, но не мог, раны были слишком сильны, а мозг работал не на полную мощность.
Он попытался заговорить или, по крайней мере, сообщить ей, на кого работает. Прохрипел слабое «FUC».
Робкое создание отпрянуло и убежало обратно в лес.
У него вырвался стон, когда он понял, что только что пытался заговорить с простым лесным существом. Казалось, обоняние было отбито вместе с его бедным телом. Это не предвещало ничего хорошего.
Наполовину погрузившись в воду, наполовину высунувшись из неё, он сумел перевернуться на живот и пробраться дальше по илистому берегу, несколько футов мучений заставили задохнуться от боли.
Чёрные точки заплясали перед глазами. Он чувствовал, как темная нирвана нависает над ним, готовая заключить в свои объятия. Нужно было бороться с этим. Нужно было…
В следующий раз, когда он проснулся, что очень удивило, он проснулся под деревянной крышей, на кровати, накрытый одеялом, от которого, как ни странно, пахло сиренью. Он узнал этот запах, потому что его мать любила выращивать сирень, когда он был мальчиком на ферме. Он все еще слышал, как его отец ворчит по поводу того, что эти проклятые штуковины занимают ценное место на ферме, но, несмотря на это, позволял им расти, потому что они вызывали улыбку у мамы.
Означает ли сирень, что я дома? Нет. Потому что в доме были белые оштукатуренные потолки, а приближающиеся семенящие шаги принадлежали не его матери. Не говоря уже о том, что его мать никогда не привязывала его к кровати. Ого.
Конец