Операция "Аист". Ищу Маму! (СИ)

Я замерла, глядя на кольцо в бархатной коробочке. Бриллиант сверкал в свете фар проезжающих машин, но я видела только глаза Марка, полные любви и надежды. После всего пережитого, после ада и страха, я оказалась здесь, в машине, несущейся в сторону города, и с предложением руки и сердца. Слезы снова навернулись на глаза, но на этот раз это были слезы счастья, слезы облегчения и безграничной любви.
  
– Да, – прошептала я, кивая и улыбаясь сквозь слезы. – Да, конечно, да.
Марк выдохнул с облегчением и надел кольцо на мой палец. Оно подошло идеально, словно было создано для меня, словно сама судьба предначертала нам быть вместе. Он снова притянул меня к себе и крепко обнял.
– Я люблю тебя больше жизни, – прошептал он мне на ухо. – И больше никогда не позволю никому тебя обидеть. Обещаю.
Я уткнулась в его плечо, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете. Все плохое осталось позади, и теперь нас ждала только любовь и счастливая жизнь вместе. Даже странно, как опасная ситуация и бандиты привели к такому прекрасному финалу. Кажется, в жизни все действительно непредсказуемо, и даже в самой темной ночи можно найти свет, если рядом есть тот, кто любит тебя всем сердцем.
  
Глава 16.
 
Все дальнейшие события были настолько стремительными, что я не успевала чему-то удивляться или поражаться.
На следующий день после моего похищения начальник службы безопасности нашел Максима и привез его в дом к родителям. Марк, настояв, чтобы я и Родион поехали с ним, словно желая, чтобы я была свидетельницей, чтобы видела всё своими глазами, повез нас к его родителям. Родион должен был увидеть настоящего отца. Максима привезли буквально за десять минут до нашего появления. Когда мы вошли в гостиную, мальчик, увидев Максима, словно стрела, сорвался с места и со скоростью маленького метеора рванул к нему. Мужчина, растроганный до глубины души, присел перед ним и подхватил на руки, когда эта комета врезалась в него.
– Папа! – кричал мальчик, крепко обнимая мужчину за шею. Родители Максима и Марка растерянно смотрели на все происходящее, в их глазах читалось полное непонимание.
– Кажется, вам всем нужно многое нам рассказать, – сурово сдвинув брови, произнес отец семейства, отчего у меня похолодело внутри.
– Да, – кивнул Марк и начал свой рассказ с самого начала и до конца. Он рассказал про нашу игру в семью, про Родиона, про контракт с арабами и скрывшуюся в неизвестном направлении мать Родиона. Закончили рассказ моим похищением и помощью Ахмада и его людей в моем вызволении. К этому времени Родион был отправлен на кухню пить сок и трескать сладкий пирог, а Марк набросился на брата с обвинениями. Максим, как побитый пес, стоял в углу, опустив голову. Он что-то невнятно пытался оправдываться, лепетал о каких-то проблемах в бизнесе, о том, что не хотел никого подставлять, но Марк прервал его гневной тирадой. Он высказал брату всё, что о нём думает, не стесняясь в выражениях. Родители тщетно пытались их утихомирить, но безуспешно.
– Ты понимаешь, что могло случиться?! – Марк сверлил взглядом брата, а я, пораженно покачивая головой, смотрела то на одного, то на другого. Они действительно были похожи, словно близнецы. – Из-за тебя ее чуть не убили! Ты хоть представляешь, что я пережил, когда узнал о похищении?! – Марк не унимался, и я видела, как дрожат его руки от гнева. – Мне плевать на твой бизнес, плевать на твои проблемы! Ты поставил под угрозу жизнь человека, которого я люблю!
Максим молчал, опустив голову еще ниже. Казалось, он готов провалиться сквозь землю. Родители тоже молчали, шокированные откровениями сыновей. Тишину нарушил лишь тихий всхлип. Я обернулась и увидела, как мать Максима и Марка вытирает слезы. В её глазах читалась боль и разочарование.
– Хватит, Марк, – тихо сказала она. – Максим и так всё понимает. Главное, что все живы и здоровы. И что Родион нашел отца.
После этих слов воцарилась какая-то странная атмосфера. Напряжение все еще висело в воздухе, но гнев Марка постепенно утих. Он подошел ко мне, обнял за плечи и прижал к себе. Я почувствовала, как дрожат его руки, и меня переполнила нежность к этому сильному, но такому уязвимому мужчине.
– Я все улажу, – прошептал он мне на ухо. – Обещаю, все будет хорошо.
– Надо найти мать Родиона, – произношу вслух, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
– Она улетела за границу и, полагаю, уже вышла замуж, – ответил Максим. – Она прислала мне странное сообщение, но я тогда не понял, что она имела в виду, а сейчас стало понятно.
– И что нам делать? – я растерянно посмотрела на всех присутствующих, чувствуя себя совершенно беспомощной в этой ситуации.
– Мой юрист уладит все, – вдруг подал голос отец мужчин. – Родион – наш внук, и с этого дня он остается жить с нами.
Облегчение волной окатило меня, когда отец Марка взял ситуацию под контроль. Его уверенный тон и властный взгляд давали понять, что он привык решать сложные вопросы. Похоже, у Родиона наконец-то появилась настоящая семья, которая позаботится о нем. Я чувствовала, как с плеч сваливается огромный груз ответственности.
Неожиданно Марк крепче сжал меня в объятиях.
– Тебе не о чем беспокоиться, милая. Теперь все будет хорошо, – прошептал он, и я поверила ему. Его тепло и забота дарили ощущение безопасности, которого мне так не хватало в последнее время. Я прижалась к нему в ответ, благодарная за его любовь и поддержку.
После неловкой паузы родители Марка предложили остаться на ужин. Родион, довольный и счастливый, бегал по саду с дедушкой, а мы, взрослые, пытались наладить хоть какое-то подобие нормального разговора. Максим, все еще подавленный, сидел поодаль избегая зрительного контакта и смотрел на своего сына и отца. Было видно, что его гложет чувство вины, и я, честно говоря, не знала, что ему сказать.
Вечер закончился тем, что родители Марка настояли, чтобы Родион остался у них на ночь. Мы с Марком поехали домой в тишине. В машине я чувствовала себя опустошенной и уставшей. Все эти события последних дней вымотали меня эмоционально.
Дома Марк обнял меня и сказал, что все уладит с юристами и позаботится о будущем Родиона. Он пообещал, что мальчик будет обеспечен всем необходимым и получит хорошее образование. Я знала, что могу ему доверять, и это давало мне надежду на то, что все действительно наладится. Нужно было время, чтобы все улеглось и каждый занял свое место в этой новой, сложившейся ситуации.
– Я буду скучать по нему, – призналась я, когда мы уже лежали в постели. В душе поселилась тихая грусть.
– Не волнуйся, мы будем часто его навещать, – ответил мужчина, нежно поглаживая меня по спине.
– Но это все равно не то, – я привыкла заботиться о мальчике и теперь искренне о нем беспокоилась.
– Ну, мы можем исправить ситуацию, – произнес Марк, запуская руки мне под пижаму, отчего по телу пробежала волна приятной дрожи.
– Как? – я не понимала, к чему клонит мужчина, и в то же время предвкушала продолжение.
– Родим своего карапуза, – и Марк накрыл мои губы своими. – Если, конечно, твои родители меня не убьют, когда мы им расскажем правду.
– Не убьют, – я почувствовала жар возбуждения и прильнула к нему ближе. – Они не захотят сделать свою дочь несчастной.
– Я люблю тебя, – прошептал мне в губы мужчина, продолжая покрывать все лицо и шею поцелуями. Сердце забилось сильнее, наполняясь теплом и любовью.
Страсть захлестнула нас обоих, и все тревоги и переживания последних дней отступили на второй план. Мы были вместе, здесь и сейчас, и это было единственное, что имело значение. Забыв обо всем на свете, мы отдавались во власть чувств, пока усталость не сморила нас в объятиях друг друга. И в этот момент я чувствовала себя по-настоящему счастливой, зная, что у меня есть он – мой любимый мужчина, моя опора и защита.
    
Эпилог.
 
Солнце сквозь витражные окна ЗАГСа раскрашивало все вокруг в мягкие, акварельные тона, словно сама природа хотела благословить наш день. Зал дышал приглушенным шепотом, звонким смехом и тем особенным волнением, которое витает в воздухе перед чем-то невероятно важным. В этот момент я чувствовала себя героиней волшебной сказки.