Операция "Аист". Ищу Маму! (СИ)

– Я не имею ничего общего с отцом Роди. У нас все кончено, – я постаралась чтобы мой ответ звучал правдиво. – А Марк никогда не говорил про брата, – я удивленно посмотрела на собеседника, и раздосадованно прикусила язык. А что если это будет показателем для его отца, что у нас несерьезные отношения, раз Марк меня не посвятил о том, что у него есть брат.
– Максим давно живет отдельно и редко к нам приезжает. Я даже не знаю в городе он сейчас или снова уехал из страны, – ответил отец Марка неохотно. Отчего-то мне показалось, что это не самая желанная тема для общения. В его голосе прозвучало что-то похожее на грусть.
  
– Со своей стороны я хотела бы сказать, что я очень серьезно настроена на отношения с вашим сыном, – я решила не затрагивать щекотливую тему, а ответить искренне. Да, если бы Марк захотел продолжить наши отношения после завершения этого фарса, я бы была рада.
– Я рад это слышать, – улыбнулся мне мужчина. Кажется, его губы за весь вечер впервые растянулись в улыбке. – У вас чудесный сын. Я был бы рад, если бы и у Марка были дети, – усмехнулся мужчина.
Вечер закончился относительно благополучно. Родион, уставший от игр и впечатлений, уснул в машине по дороге домой. Марк всю дорогу молчал, чувствуя напряжение, витавшее в воздухе. Дома, переодевшись в пижаму, я наконец почувствовала облегчение. Словно сбросила с плеч тяжелый груз.
– Ну, как все прошло? – спросил Марк, с тревогой глядя на меня. Его глаза были полны беспокойства.
– Все хорошо, – ответила я, стараясь не вдаваться в подробности. – Родион им понравился, это главное.
– О чем вы разговаривали с моим отцом? – Марк смотрел на меня настороженно вопросительно.
– О тебе и моих намерениях на твой счет, – криво усмехнулась я.
– И какие же у тебя намерения? – на губах мужчины появилась хитрая улыбка, а его руки оказались у меня под пижамой.
– Я успокоила твоего отца, что у меня самые серьезные намерения, – я вспыхнула моментально от прикосновения мужчины. Если уж моему счастью предстоит быть недолгим, пусть уж его костер горит жарко.
– Я бы с удовольствием проверил их немедленно, – и мужчина прижал меня к себе, накрывая мои губы своими в жарком поцелуе. Я хотела расспросить Марка про его брата, но сейчас был совсем не подходящий момент, и я решила отложить разговор на утро. Сейчас я хотела только одного: забыть обо всем и просто наслаждаться его прикосновениями.
  
Глава 10.
 
– И так, с твоими родными мы познакомились, теперь надо готовиться к встрече с моими, – произнесла я, стараясь придать голосу непринужденность. Внутри же бушевал целый океан противоречивых чувств. С одной стороны, душа ликовала, словно птица, вырвавшаяся из клетки. После ночи, проведенной в объятиях Марка, тело помнило каждое его прикосновение, а сердце наивно верило в сказку. С другой стороны, холодный голос разума неустанно твердил, что все это лишь иллюзия, хрупкий карточный домик, который может рухнуть в любой момент.
Я приготовила завтрак, стараясь скрыть волнение за обыденными действиями.
– Да, они же ждут нас к выходным? – уточнил Марк, с аппетитом поедая капкейки. На его лице играла довольная улыбка, и от этого мое сердце начинало биться чаще. – Очень вкусно. Я бы каждое утро так завтракал, – хвалит меня мужчина, а я чувствую, как к щекам приливает кровь от смущения. Тепло разливается по телу, но я тут же одергиваю себя, напоминая, что все это часть игры.
Я тоже села за стол, но мой завтрак был далек от кулинарных изысков Марка и Роди. Листья салата и безвкусные овощи – вот мой удел в бесконечной борьбе за стройность.
– А ты снова ерундой страдаешь? – нахмурился мужчина, заметив мою тарелку. В его голосе прозвучало искреннее беспокойство, но я тут же насторожилась.
– О чем ты? – я не хотела ворошить болезненные темы, связанные с моей внешностью. Каждый килограмм, каждая складка на теле казались мне непростительным изъяном. Я прикидывалась, что не понимаю его намека, надеясь избежать неприятного разговора.
– Я говорю, что не хочу, чтобы ты питалась травой, – мужчина смотрел на меня строго, но в его глазах читалась нежность. – У тебя очень красивая фигура, и мне кажется, я ночью доказал, что она меня устраивает во всех позах, – от слов Баринова я готова была провалится сквозь землю от стыда. Какое же счастье что Родион так увлечен едой, и не слышал слов Марка и не начал задавать уточняющих вопросов. Дети они такие, любят спросить что-то этакое каверзное в самый неподходящий момент.
– Марк! – возмущенно воскликнула я, пытаясь скрыть смущение за показным раздражением. – Не говори так при ребенке!
– А что такого? – невинно хлопает глазами мужчина, отправляя в рот еще один капкейк. – Я говорю правду. Ты у меня самая красивая. И точка.
Я лишь отвернулась, чтобы он не заметил, как предательски алеют мои щеки. Как бы я ни старалась убедить себя в искусственности происходящего, его слова задевали самые потаенные уголки души. Это было так непривычно и так желанно – слышать комплименты, чувствовать себя красивой и желанной. Особенно после стольких лет критики в свой адрес от всех окружающих, попыток похудеть, скептических взглядом консультантов в магазине, когда я просила принести другой размер.
– Ладно, проехали, – сдалась я, решив не раздувать из мухи слона. – Я все переживаю по поводу твоих родителей, всю ночь не спала думала об этом. Думаешь, я им понравлюсь?
– Ты не спала ночью точно из-за этого? – и мужчина усмехнулся и поиграл бровями, а я снова покраснела как молодая свекла. Его взгляд обжигал, напоминая о минувшей ночи, о страсти и нежности, которые мы делили на двоих. Я не стала отвечать на провокационный вопрос, сделала вид, что не поняла о чем он. – Даже не сомневайся, понравилась, – уверенно заявил Марк. – Они у меня немного снобы, особенно отец. Мама точно была в восторге от тебя. А папа… ну, он просто рад, что я наконец-то остепенился.
– Остепенился? – переспросила я, усмехнувшись. Внутри затеплилась робкая надежда, но я тут же постаралась ее унять. – Это ты про меня?
– Ну да, – пожал плечами Марк. – Он хочет чтобы я осел, боится, что я пойду по стопам брата. А с тобой, он уверене, что мы построим дом, посадим дерево… ну, ты поняла.
Я улыбнулась, представив эту картину. Дом, дети, собака… и Марк, такой домашний и уютный. Неужели это возможно? Неужели я наконец-то нашла свое счастье? Сердце учащенно забилось, рисуя картины счастливого будущего.
– Ты сейчас серьезно? – с сомнением спросила я. В голосе прозвучала тревога, страх поверить в то, что казалось невозможным.
– Абсолютно, – Марк взял меня за руку и нежно поцеловал мои пальцы. Его прикосновение было таким теплым и искренним, что все сомнения на миг отступили. – Я никогда не был так серьезен, как сейчас.
Ох, как же я хотела поверить, как же сердце замерло в ожидании тех самых слов, но осознание что наши отношения фиктивные, а мужчина просто играет свою роль и видимо слишком в нее вошел, а может просто заигрался. Внутри все сжалось от боли и разочарования.
Я сглотнула подступивший к горлу комок. Слова Марка звучали как музыка, но в голове настойчиво зудела мысль о контракте, из-за которого мы начали всю эту игру в семью. Хотелось закричать, убежать, спрятаться от этой невыносимой правды.
– Марк, я ценю твои слова, но… ты ведь понимаешь, что между нами уговор? – тихо проговорила я, стараясь не выдать охватившее меня смятение. – И все это… игра?
В глазах мужчины мелькнула тень, словно я задела что-то очень личное. Он на мгновение замолчал, обдумывая свои слова.
  
– Игра? Нет, София, это давно перестало быть игрой, – усмехнулся мужчина. Что он имел в виду? Я хотела уточнить, переспросить, но на кухню зашла домработница, и я не стала при посторонних продолжать щепетильную тему. Напряжение в воздухе сгустилось, и я почувствовала себя загнанной в угол.
Родион завидев женщину, сразу переменился и недовольно надул губы. Он не хотел с ней сидеть дома, потому что помощница по дому, которая выполняла в настоящее время функцию няни, была строгой, а Родя дисциплину не очень то любил. Мальчик чувствовал себя брошенным и одиноким в наше отсутствие, , и его протест был вполне объясним.