Операция "Аист". Ищу Маму! (СИ)

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Слезы, которые я сдерживала все это время, грозили вырваться наружу, затопить всё вокруг соленой горечью.
– Всё сказала, Марк. Всё, как мы и договаривались. Каждое слово, каждую деталь. И они поверили. Или сделали вид, что поверили, не знаю. Но они ждут тебя на выходных. Знакомиться. Как с мужем, – и я с укором посмотрела на мужчину. В его глазах я искала хоть каплю сочувствия, но видела лишь отражение собственного страха.
  
Марк присвистнул.
– Слушай, Сонечка, ну ты даешь, – он попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой, неестественной, как маска. – Не переживай, прорвемся. Что-нибудь придумаем. Может, и вправду сыграем свадьбу? Ну, хотя бы для вида?
– Баринов, ты вообще в своем уме? – я отдернула руку, злость мгновенно вытеснила подступающую истерику. – Ты понимаешь, что будет, когда родители узнают правду? Ты понимаешь, как они ко мне будут относиться? Их и так едва не хватил удар от новости что я вышла замуж за мужчину с ребенком, да еще и тайком.
– Прости, я дурак, – признал очевидное мужчина, опустив голову. Его взгляд метался по сторонам, избегая моего.
– Они и так в шоке от свалившейся новости по поводу брата, теперь еще я со своим тайным браком, – я тыкала в Марка пальцем, словно пытаясь пробить броню его беспечности. – Они ведь мне этого никогда не простят.
– А что с братом? – Баринов нахмурился, его лицо стало серьезным.
– Я говорила уже, – попыталась взять себя в руки, унять дрожь в голосе.
– Не говорила, – спорит мужчина.
– Говорила, – не уступаю. Я точно помнила, что упоминала о болезни Влада, но, видимо, в хаосе последних дней это просто вылетело у него из головы.
– Тогда повтори еще раз, – просит Марк, и в его голосе я услышала неподдельный интерес.
– У него проблемы со зрением, срочно нужна операция, – ответила я недовольно.
– И-и-и-и-и-и? – приподнимает брови Баринов, ожидая продолжения.
– Что и? – я поджала губы, чувствуя, как во мне снова закипает раздражение.
– Когда операция? – интересуется мужчина, а я злюсь на него из-за его беспечности. Мне казалось, что он не осознает всей серьезности ситуации, не понимает, что на кону стоит не только моя репутация, но и здоровье ребенка.
– Сразу же, как только деньги накопим, – хватаю чемодан и тащу в сторону подъезда.
Марк подхватил второй чемодан и поплелся за мной, молча. Я знала, что он сейчас переваривает информацию. С одной стороны – наш адский план, который, похоже, сработал. С другой – мой брат с его злосчастной операцией. Все это навалилось разом, и я чувствовала, как земля уходит из-под ног.
Поднялись в его квартиру, и на нас налетел вихрь по имени Родион. Он явно заскучал под присмотром домработницы и теперь выплескивал накопившуюся энергию.
– Слушай, ну правда, не волнуйся ты так, – попытался он меня успокоить. – Разрулим. Может, и правда, свадьбу сыграем? Ну, фиктивную, конечно. Фоточки сделаем, кольцами обменяемся… Родители успокоятся. А потом, когда все уляжется, тихо-мирно разведемся. Что скажешь?
– Марк, я борюсь с собой, чтобы не наброситься на тебя с кулаками, – признаюсь совершенно честно. Его легкомыслие доводило меня до белого каления.
– Ладно, обсудим позже, – и Марк подхватил на руки мальчика. – Ну как Родя, хорошо провел время без нас?
– Хоцу к маме, – захныкал мальчуган, прижимаясь к Марку.
– Вот именно, – я с укором смотрю на босса. – Нам в первую очередь надо найти его мать.
Марк нахмурился, задумался. Родион, устроившись у него на руках, трогал его за щетину, почесывая ладошку.
– Знал бы – давно бы уже нашел, наверное, – буркнул он. – Я дал все распоряжения своим службистам, но она как сквозь землю провалилась.
– Значит, будем искать вместе, – решительно заявила я. – Давай думать. Женщина же не совсем сумасшедшая, что оставила ребенка в твоем офисе. Она была уверена, что ты в курсе того, кто такой Родион.
– Ну, это если мыслить логически, – согласился Марк. – Но не факт, что у этой дамочки есть логика.
– Придерживаемся того, что логика есть, – я была уверена, что мать Родиона как раз таки в своем уме. А еще у меня сложилось впечатление, что она была в отчаянии, раз оставила ребенка.
– И к какому выводу мы пришли? – Баринов недовольно усмехнулся.
– Что надо сделать тест ДНК, – и я уставилась на Марка, прожигая его взглядом.
– Я клянусь тебе, я не знаю его мать, – мужчина оправдывался, словно пойманный на измене муж.
– Сделай ДНК-тест, – настаиваю и смотрю в упор.
– Хорошо, – сдается Марк. – Сделаю.
– Сегодня же, – я не намерена оттягивать. – Сейчас поедем в клинику.
– Сейчас? – мужчина уставился на меня.
– Да, – кивнула я и вопросительно посмотрела на него, словно беря “на слабо”. В моих глазах читалось не только требование, но и надежда. Надежда на то, что он, наконец, поймет всю серьезность ситуации и начнет действовать.
  
Глава 8.
 
– Это какая-то ошибка, – Марк хмуро сверлил меня взглядом, словно ища виноватого, пока я читала заключение, что прислали на электронную почту из клиники, где он сделал тест ДНК. Его лицо было напряженным, скулы выдавались, а в глазах читалось неверие. – Да я их засужу.
– За что? – я отчего-то была уверена, что тест подтвердит то, что и так визуально было ясно. Сходство Родиона и Марка было очевидным.
– Я ни разу в жизни не видел мать Родиона, и понятия не имею кто эта женщина, – и Марк, не сдержавшись, стукнул кулаком по столу. От удара подпрыгнули ручки и карандаши.
– А на меня-то ты за что злишься? За то, что заставила сделать этот тест и узнала правду? – мне было неприятно, что Марк так упорно не хотел признавать, что Родион его сын. Ну не помнил он эту девицу, что бросила ребенка у него в офисе, ну всякое может быть, но почему он так упорно это отрицает?
– Потому что ты думаешь, нет, даже не так, ты уверена, что я тебе вру, – и Марк обошел стол и сел передо мной на корточки, чтобы заглянуть мне в глаза. Его взгляд был пронзительным, словно он пытался разгадать все мои мысли.
– Да тебе ли не все равно, что я о тебе думаю? – мои слова прозвучали как-то жалко, словно крик о помощи, и я поняла, что по щеке скатилась слезинка, хотя я изо всех сил старалась не показать, что меня это задело. После того, что между нами было, я твердила сама себе, что он мне просто симпатичен, что я увлеклась моментом, можно сказать, заигралась, но теперь понимаю, что он зацепил меня. Я влюбилась. Влюбилась в этого сложного, противоречивого мужчину.
– Нет, не все равно, – тихо произнес Марк и взял меня за руку. Его прикосновение было теплым и уверенным. – Мне на тебя не все равно.
– Можешь не волноваться, я не соскочу с нашего договора и доиграю этот фарсовый спектакль до конца, – мои слова были пропитаны горечью и досадой. Я чувствовала себя марионеткой в чужой игре. – Мы слишком много наврали всем, чтобы сейчас отступать. Да и арабы сегодня дадут ответ по правкам и замечаниям.
– Я не из-за этого волнуюсь, – Марк хмуро смотрел на меня. – Считаешь меня бездушной скотиной, который даже своих любовниц в лицо не запоминает?
– Давай закроем эту тему? – мне было горько, неприятно, внутри все рвалось на части, хотя он мне ничего не обещал, в любви не клялся. Я, как говорится, сама себе дурочка, очаровалась моментом. И от этого было тоже больно и обидно. Я чувствовала себя обманутой и преданной.
– Как скажешь, но я докажу, что это какое-то недоразумение, – и Баринов сжал губы в тонкую линию, решительно посмотрев на меня. В его глазах горел огонь, и я понимала, что он не отступит.
  
– Я буду только рада, – честно призналась. О как же я хотела, чтобы это было действительно недоразумение, но отчего-то я слабо в это верила, имея на руках ДНК тест, пусть и с размытой и неясной формулировкой, но там черным по белому написано, что между мужчиной и ребенком есть родственная связь. – А пока давай поговорим о работе.