Операция "Аист". Ищу Маму! (СИ)

  
Елена Верная
 
Операция "Аист". Ищу Маму!
   
Глава 1.
 
– Вы что сошли с ума ? Зачем вы сюда ребенка привели, – налетает на меня директор холдинга, выскочив из своего кабинета. Я даже испуганно подпрыгнула, не ожидая, что он появится, как черт из табакерки и потому растерялась.
  
– Но это не мой ребенок, – хлопаю ресницами и смотрю на мальчугана, за которым меня только что попросили присмотреть, пока его мама отошла в дамскую комнату.
– А чей? Здесь больше никого нет, – разводит руками мужчина и я тоже окидываю недоуменным взглядом холл. У меня была надежда, что сейчас появится его мать, но ее и след простыл.
– Я думала ваш, – от неожиданности и свирепого тона начальства я не сообразила, что надо рассказать все с начала. Как я шла к нему и несла документы на подпись, которые приготовила начальница моего отдела. У нее сломана нога и она сама не могла отнести их боссу, а я у нее на посылках. Впрочем из-за ее сломанной ноги я и получила это место, но об этом потом. Я только собираюсь рассказать, все что мне сказала красотка с ногами от ушей, которая вручила мне мальчика, как из лифта выходит деловая делегация из Саудовской Аравии. Одеты колоритно, так что их ни с кем не перепутаешь. Именно для них я и готовила в спешке документы, папку с которыми держу сейчас в руках.
Баринов расплылся в улыбке изображая полную беспечность, уж было собрался шагнуть к ним, как мальчуган, который все это время деловито изучал моего босса снизу вверх, вдруг рванул к нему наперерез, обнял за ноги и огласил приемную криком “ПАПА!”
Баринов застыл, словно горгулья, приклеенная к средневековому собору. Улыбка сползла с его лица, обнажая растерянность, как отлив обнажает скользкие камни. Делегация из Саудовской Аравии замерла, словно изображали из себя окаменелости, при этом внимательно сканировали реакцию моего босса. А мальчуган, почувствовав себя в центре внимания продолжал дергать Баринова за штанины и заглядывать в глаза.
– Папа, я хочу мозю, – заявил маленький оккупант.
Именно слова мальчика вывели всех из растерянности и оцепенения.
– Что ты хочешь? – Марк нахмурился и склонился к малышу.
– Мозю, – повторил мальчуган и его подбородок задрожал, обещая скорейшие слезы, а возможно даже истерику.
Марк Баринов, казалось, потерял дар речи. Он смотрел на ребенка, как на инопланетное существо, внезапно высадившееся на его безупречно ухоженный холостяцкий газон жизни. Делегация застыла в ожидании, а я, как завороженная, наблюдала за разворачивающейся драмой. Все это напоминало плохо срежиссированный спектакль, в котором я неожиданно получила роль зрителя в первом ряду.
– Мозю? – переспросил Баринов, словно пытаясь расшифровать древний язык. Мальчик, почувствовав его замешательство, начал хныкать.
– Мозю! Я хочу мозю! – слезы уже стояли в его глазах, готовые пролиться в любой момент. Мой босс, видимо, не привык иметь дело с детскими капризами. Он нервно оглянулся на меня, будто прося о помощи, но я лишь пожала плечами, всем видом показывая, что понятия не имею, что такое “мозю” или “мозя”, хотя догадки конечно же имелись, но я решила оставить их при себе.
Наконец, переводчик, сопровождавший делегацию и по совместительству видимо, бывалый отец, не выдержал и перевел: “Он хочет мороженое”.
Вот уж и в самом деле профессионал своего дела, не только с арабского, но и с детского на русский язык смог перевести.
Лицо Баринова просветлело. Мороженое! Это уже было что-то понятное и осуществляемое.
– Ах, мороженое! – воскликнул он, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. – Конечно, карапуз, ты обязательно сейчас получишь мороженое.
Он попытался отлепить от себя мальчика, но тот вцепился в его брюки мертвой хваткой. Марк, сохраняя на лице подобие улыбки, повернулся к делегации.
– Прошу прощения, господа. Небольшая заминка. Сейчас я улажу этот вопрос и вернусь к вам, – извинился мужчина, а переводчик перевел его слова мужчине с гутрой на голове. Видимо он был главным в этой делегации. Тот ответил что-то, мило улыбаясь Баринову и мы вопросительно посмотрели на переводчика.
– Господин Ахмад говорит, что семья превыше всего, – произнес переводчик, а глава делегации кивал глядя то на меня, то на Баринова с ребенком. Это, что, он думает, что мы семья Баринова? И что мне делать? Отнекиваться или подыгрывать? Или они сами поймут, что я никак не могу быть женой такого мужчины как Баринов?
  
 
Я не знаю по какой причине, но мой Босс не стал поправлять и уточнять ничего, лишь натянуто улыбнулся, и подхватив на руки мальчика, направился к лифту. Я снова удивленно приподняла брови, но благоразумно промолчала.
– Вы идете со мной, – еле слышно проговорил он одними губами. – Наташа, принеси угощение и кофе нашим гостям, – скомандовал он девушке с ресепшена, а мы шагнули в лифт, двери которого с характерным звуком закрылись.
– Это что сейчас было? – я не смогла не спросить и промолчать.
– Понятия не имею, но вы сейчас покормите мальчика мороженным, а потом найдете его маму, – говорит очень недовольный Баринов. – Если сорвется моя сделка с арабами, то можете искать себе другое место. Вам ясно?
– Ясно, – ответила еле слышно. – Только я здесь при чем? – мой язык не смог смолчать. Я вообще, сдержанностью не отличаюсь. Да и обидно стало. Я не виновата, а мне грозят увольнением. Не справедливо.
– При том, – ответил Баринов, и я по взгляду поняла, что если хоть слово произнесу, то новое место работы могу искать уже сейчас не дожидаясь окончания переговоров.
Лифт плавно скользил вниз, словно унося нас в другой мир, где боссы заводят внезапных детей, а их сотрудники становятся няньками поневоле. Мальчик, умиротворенный перспективой заполучить “мозю”, притих на руках у Баринова и рассматривал его галстук с явным интересом. Марк, похоже, все еще не до конца осознал произошедшее, его лицо выражало смесь раздражения и легкой паники.
Когда двери лифта открылись на первом этаже, Баринов быстро направился к ближайшему кафе. Он явно старался избегать взглядов окружающих, будто боялся, что его разоблачат как самозванца-отца. Усадив мальчугана за столик, он заказал ему огромное мороженое с разноцветными посыпками и вишенкой наверху. Малыш, забыв обо всем на свете, тут же принялся за угощение, измазав мороженым щеки и подбородок.
– Вот моя карта, – и Марк положил передо мной кусочек пластика. – До конца переговоров чтобы я вас в офисе не видел, – и мужчина развернувшись покинул кафе, прихватив с собой папку с документами, оставив меня наедине с мальчуганом, имени которого я даже не знала.
– Как тебя зовут, малыш? – я искренне пытаюсь втереться в доверие к мальчику. Просто если он начнет истерить или капризничать, мне же надо хотя бы имя его знать, чтобы попытаться успокоить.
– Родя, – ответил мальчик довольно зажмурившись. Мороженное ему явно пришлось по вкусу.
– Родя, значит, – произнесла я задумчиво. – Родион? – уточнила, чтобы понять имя мальчика. Просто переводчика с детского на человеческий у меня нет.
– Да, – важно кивнул малыш.
– А сколько тебе лет? – я снова с надеждой посмотрела на Родю.
– Тли, – ответил малыш и показал мне всю пятерню, старательно пытаясь зажать два пальца, но у него это не получалось. Я удовлетворенно кивнула. Кажется я двигаюсь в правильном направлении.
– А как зовут твою маму? – это был самый каверзный, но при этом и самый важный вопрос.
  
– МАМА, – так же гордо и громко произнес Родион и на нас даже посетители кафе оглянулись и покачали осуждающе головой. Дескать я с мальчиком мешаю им отдыхать.
А вот это уже плохо. Карапуз не знает имени матери. Я задумчиво посмотрела в сторону и мне на глаза попалась камера видеонаблюдения. Кажется у меня есть идея как найти его маму.
– Родя, а ты хочешь познакомиться с супергероем? – спрашиваю и делаю восторженные глаза. чтобы ребенок заразился моим энтузиазмом.