Барон Дубов 9 (СИ)

Вероника и Лиза шли рядом, взяв меня под локти. Их тёплые тела приятно касались моих бёдер, и я с удовольствием ловил завистливые взгляды мужчин. Да, мои красотки выглядели не то что на уровне с остальными, а даже выше. Что поделать. У девчонок хороший вкус. В лице меня, естественно.
— Знаешь кого-нибудь? — спросил я Лизу, когда мимо нас прошёл слуга с подносом напитков.
  
Девушки цапнули по коктейлю, я же предпочёл бокал коньяка. Судя по роскошному аромату — весьма хорошей выдержки.
— Большинство вижу впервые, — отвечала Лиза. — Я ведь не бывала раньше в Москве. Вон там, — она кивком указала на дальний конец большого зала, где шёл приём, — Светлейший князь Сибири, Дмитрий Кошкин.
Там стоял мужчина невысокого роста в полосатом костюме, гладко выбритый и с какими-то хитрыми щёлками глаз. Его окружали аж шесть красивых высоких девиц.
Лиза назвала ещё несколько имён, указав на их обладателей. Но они ничего мне не говорили.
Здесь сегодня собрались сильнейшие и богатейшие люди Империи. Многие из них были сильны настолько, что меня аж накрывало волнами неприкрытой мощи. А ещё и телохранителей-мордоворотов тут была целая армия. Поэтому на входе не было даже рамки металло- и артефактоискателя. Попробуй напади… Хорошо, если живым уйдёшь. И не факт, что целым.
Из знакомых я совершенно неожиданно увидел Светлейшего князя Якутии, Владимира Онежского, отца Василисы. Далеко его занесло от родных пенатов. С ним была и его красотка-жена, Ольга, в девичестве Громова, с длинными распущенными волосами до божественной талии. Волосы у неё были белые как снег, а длинное и облегающее серебристое платье струилось, словно водопад.
Она-то и заметила меня, помахала рукой и со смехом потянула своего мужа в мою сторону.
— А, Ваше Благородие, — как-то вяло поприветствовал меня он. Но руку для рукопожатия протянул.
Странно, в последнюю нашу встречу мы расстались почти друзьями.
— Николай, как мы рады вас видеть, — произнесла, лучезарно улыбаясь, Ольга. — Следили за вашим прогрессом в турнире. И Василиса столько о вас рассказывала, когда гостила у нас недавно!
— Даже слишком много, — глаза князя сузились в щёлочки, которые пытались превратить меня в ледышку.
— А Василиса разве не с вами?
Я решил не обращать внимания на колкости Онежского. Мало ли, не с той ноги встал, или случайно ночью вокруг себя целый айсберг наморозил. Я просто огляделся вокруг в поисках одной невысокой девушки с голубыми волосами.
— О, нет, — помотала головой Ольга. А я заметил, как она белоснежными коготками впилась в руку князя сквозь ткань иссиня-чёрного костюма. — Она пробыла у нас всего два дня, после чего уехала.
— Потому что получила, что хотела, — опять подал голос князь.
— А кто ваши спутницы? — Княгиня оценивающе взглянула на Веронику с Лизой и улыбнулась одним уголком губ.
— Прошу прощения за мою бестактность, — опомнился я. — Это Вероника Молчанова, моя служанка, а это дочка виконта Светлова из Омской губернии, Елизавета. Они подруги Василисы. И мои тоже.
— Очень приятно, Ваши Светлости, — присела в реверансе Лиза.
А Вероника будто в ступор впала. Впервые она так близко увидела сразу целую чету Светлейших. Ладно хоть к княжне она быстро привыкла. Хотя первое время тоже её немного стеснялась.
— О-о-очень приятно, Ваши Светлости, — наконец оттаяла она. Но видимо, не до конца, потому что зуб на зуб не попадал. — Р-р-рада знакомству.
— Вижу, без моей дочери скучать вам не приходится, — холодно произнёс князь.
— Скучать мне в последнее время не дают. В том числе ваша дочь, — отвечал я. — Но прошу заметить, что она предпочла ваше общество моему. Иначе она была бы здесь в качестве моей спутницы.
Я видел, как на изумительно изящных и соблазнительных губах княгини заиграла улыбка. Интересно, почему?
— Вы здесь как покупатель или продавец? — решил уже я перевести тему в более спокойное русло.
Княгиня меня поддержала, игриво пихнув Светлейшего бедром.
— Одну нашу главную ценность мы уже продали, — промурлыкала она, проводя рукой по мускулистой груди Онежского. — И надеюсь, в хорошие руки. Правда, Вова?
— Для их же блага будет лучше, чтобы они оказались именно такими, — обронил князь, всё ещё пытаясь заморозить меня взглядом, но уже не так яростно. От медленных поглаживаний жены его напряжённые под костюмом мышцы начали расслабляться. — А сегодня мы будем продавать другую нашу ценность. И возможно, приобретём что-нибудь достойное. Аукцион обещает быть богатым на интересные лоты.
— Надеюсь, и вам сегодня повезёт, господин Дубов, — подмигнула Ольга. — Или уже повезло, и прекрасная синица только и ждёт, чтобы сесть вам на ладонь… Кто знает?
Кто-кто… уж точно не я, потому что понятия не имею, о чём она. Но тем не менее я решил поддержать эту игру слов.
— Если так, то в моих руках синице будет тепло и уютно.
Князь, будто удовлетворившись моим ответом, кивнул. Тёмно-синие глаза его больше не пылали холодной яростью, а наоборот, смотрели с интересом и ожиданием чего-то. На этом мы попрощались и разошлись. Чета Светлейших в обнимку пошла дальше, а я проводил их глазами, краем уха уловив часть разговора.
— Вова, брось дуться, — говорила княгиня, обнимая мужа. — Он будет хорошей партией для неё, вот увидишь.
— Я всё равно считаю, что можно было найти кого-то более достойного.
— Её избранник тебя ещё удивит. Мы, женщины, сразу видим перспективу. Я и в тебе её увидела, поэтому ты смог покорить моё сердце. Именно поэтому мой отец тебя сначала и невзлюбил…
— А ты моё сердце покорила сразу, когда я увидел, как ты поднимаешь свою брошь… — На этих словах пятерня князя опустилась на правую ягодицу жены и сжала её, отчего княгиня сбилась с шага.
Подслушивать нехорошо, но у меня просто очень чуткий слух. Спасибо маме-огру и её ушам.
— Боже мой… — стала сокрушаться, тяжело дыша, Лиза, когда мы отошли к столу с закусками, — ты всегда так со Светлейшими разговариваешь?
Я фыркнул, а затем закинул в рот устрицу. М-м-м, какой необычный вкус! А она непростая… Свежа и очень хорошо насыщена маной.
— Ты ещё не видела, как я с Императором разговариваю, — отвечал я, тут же заглатывая вторую устрицу, взятую с блюда со льдом.
— С самим? — не поверила блондинка.
— Ага. Нормальный мужик, кстати, оказался. На охоту потом пригласил. Вероника, подтверди.
Синеглазка подозрительно молчала. Когда говорил с Лизой, она пропала из моего поля зрения, а её рука больше не держала мой локоть.
— Вероника? — обернулся я, ища её взглядом.
— М-мфпф? — раздалось с другого конца небольшого стола.
Моя служанка стояла там, похожая на хомяка, потому что её щёки раздуло от спрятанных за ними вкусняшек. Глядя прямо мне в глаза, эта любительница вкусно покушать медленно взяла маленькое канапе с мясом и сыром и пропихнула в рот.
Что ж, я уже успел забыть, каково это, когда у тебя начинает дёргаться глаз…
Лиза уткнулась мне в спину и хохотала, пытаясь заглушить смех моим смокингом.
— Тушь там свою не оставь, хохотушка — буркнул я, чем только вызвал новую порцию приглушённого хохота.
Стол с закусками был тут не единственным. В ряд стояло ещё несколько с напитками и другими блюдами. Я уже хотел расшибить лоб ладонью, когда рядом с Вероникой оказался коренастый парень со стрижкой-ёжиком и лицом простолюдина из глубинки. И щеками не меньше, чем у Вероники. Он шёл вдоль закусок, одну за другой запихивая их в рот. Столкнулся с синеглазкой, и они встретились взглядами.
Парень радостно заулыбался. Ну, насколько вообще можно улыбнуться с до отказа набитым ртом. И показал два больших пальца. Вероника часто-часто закивала.
  
Не подавись только, родимая…
Лиза, увидевшая это зрелище, опять спрятала лицо в моём смокинге.
Боже, и кого я только взял с собой? Одна вот-вот подавится, вторая умрёт от смеха…
— Вижу, наши хомяки уже познакомились! — раздался сбоку знакомый ехидный голос.