Двойной шантаж (СИ)

Я до последнего надеялся, что Вика одумается, придет ко мне хотя бы с каким-то глупым объяснением и жалостливо попросит помощи, но она четко провела черту. Выгонять её из моей квартиры стоило вселенских усилий, и я знал, что был прав, но… Но внутри меня всё сопротивлялось, билось в протесте и агонии, когда я ловил её взгляд, полный сожаления и боли. Несмотря ни на что, она упрямо стояла на своём — молчала и принимала моё решение, хоть и сдерживала стоящие в глазах слезы.
Архипов настоял действовать радикально — вытряхнуть её из комфортной обстановки, заставить её говорить, надавить и услышать мотивы. По-другому она не хотела, а даже сменив стратегию, тоже смолчала. Хоть и Алексей Андреевич остался довольный результатом, я — нет. Его волновала моя безопасность, а меня волновала Вика.
Меня всего трусило, когда я смотрел на бардак в спальне, взбесившимся зверем обходя квартиру, как запертый в клетке хищник. Тогда я уже понял — она не вернется, и я не до конца понимал, упрямство это или что-то совершенно другое?
Дамир предложил помочь, но я не решился откровенничать, посоветовал только его людям наблюдать за девочками. Людей прибавилось сразу же, а Дамир лично приехал переговорить с Алексеем Андреевичем, пока я изо всех сил старался взять себя в руки.
Мы были на стройке, и я своими глазами видел её — удивительно решительную и сильную женщину, которая швырнула деньги также, как и я. Они её не волновали, от слова совсем. А затем моё сердце остановилось и вовсе — Вику и мужика, который смахивал на описанного бандита Зоей Ивановной, окружили.
— Вытащи её оттуда, — сорвался я, увидев, как моя женщина, брошенная на произвол судьбы, самостоятельно сражается с рослыми и массивами мужланами.
— Нельзя сейчас вмешиваться, — отрицательно качает головой Архипов, а я не выдерживаю и дергаю ручку дверцы машины. Не поддается, и тогда я понимаю, что он меня намеренно запер. Сукин сын! — Сейчас же отопри и дай мне оружие, — приказываю я, раздражаясь.
— Нельзя, — вторит мужчина, крепко впиваясь пальцами в руль, смотря в перед. Когда я перевожу взгляд, Вика отворачивается от жесткого удара. Она сражается, пока я бездействую. — Виктория им нужна. А если сейчас вмешаемся — мертвыми будем все.
Я вздрагиваю, когда на неё направляют оружие. Во мне все ежится от страха, но адреналин вызывает безрассудство. Архипов не успевает отреагировать, когда я бью его кулаком в лицо, вытаскивая из кобуры пистолет, щелкаю нужную кнопку и выхожу из машины.
Тогда мне преграждает дорогу Дамир.
— Не лезь, — рявкаю я. Мой друг не отходит в сторону, а я уже вижу, как все рассаживаются по машинам и разъезжаются в разные стороны. Что-то в тот момент во мне с треском надломилось.
— Ты не в себе, — Дамир аккуратно забирает из моих рук пистолет. — Мы её вернем, но тебе нужно успокоится.
Я совсем не помню дорогу к моей квартире, только вкус жгучего алкоголя и несколько таблеток, которые притупляют эмоции и заставляют ощущать себя в прострации.
Если бы я её не прогнал и запер у себя дома — она была бы цела и невредима. Я корю себя, что пошел на поводу, что разозлился и потерял здравый смысл.
— Они её не тронут, — уверенно твердит мне Дамир, присев рядом на диван, плеснув себе в стакан виски.
— Ты ничего не знаешь, — бессильно шепчу я, уставший слушать это обещание. — Никто ни черта не знает! — рявкаю я, отставив стакан в сторону. — Я не должен был её отпускать от себя ни на шаг.
— Тогда, мой дорогой друг, в тебе давно была бы дырка, — он тяжело опускает свою ладонь мне на плечо. — Люди не простые, серьезные и имеют влияние. Нужно действовать умнее.
— Откуда тебе знать, кто это?
— Не все родились во влиятельной семье, как ты, — невесело усмехнулся Дамир, заставив меня вскинуть бровь и посмотреть на него. — Я поднимал деньги разными способами и в начале пути первый капитал для вложений пришлось зарабатывать, работая с такими же ублюдками, — многозначительно намекает друг.
— У тебя всегда были деньги, — недоумеваю я.
— Понты это были, а не деньги. Брендовые шмотки — паленка, шлюхи сами вешались на меня, а пару нужных знакомств никак не прибавляли мне денег в карман. Жил я в общаге до самого выпуска.
 
— А ко мне ты почему не пришел? — удивленно спрашиваю я. Помню наше студенчество и не могу вспомнить ни разу, когда Дамир был без гроша в кармане.
— Решил соответствовать, по-своему, по-глупому и совершенно не по-честному, — пожимает он плечами. — К тому же если состоишь в Клане, разглашение сулит смертью, так что я держал язык за зубами.
Меня передергивает. Снова этот «Клан».
— Состоял? — не то спрашиваю, не то поправляю.
— Из Клана выходят только мертвым, — беззаботно пожимает он плечами, а я вдруг понимаю, что совершенно не знаю своего друга.
— Так значит ты… — хочу сделать очень шумное оглашение, но Дамир напирает своим взглядом.
— Я не важная шишка, в тех кругах не особо кручусь, но эти люди не забывают, что когда-то помогли мне. Теперь я должен помогать им, — тихо объясняет Дамир, делая глоток алкоголя. — К моему главному пробиться не просто, но я это сделаю любой ценой. Твоя Кошка вляпалась по самые уши — это я точно знаю.
— Мурка, — неосознанно поправляю я друга, который не сразу понимает смысл моего слова. — Хотя она та ещё… Кошка, — качаю я головой, взъерошивая волосы. — Помоги мне, Дамир. Я не пожалею ничего, совершенно.
— Ничего, говоришь… — задумчиво констатирует он мою решительность. — Дай мне допуск к своим проектам. Кажется, я знаю, что можно предложить моим привередливым друзьям.
Я стремительно срываюсь с места, словно и оживаю впервые за несколько часов. Спешу в кабинет и Дамир не отстает. Мы остаемся вместе, ограждаясь от шума в кухне в гостевой комнате. Я сажусь за свой рабочий стол и включаю ноутбук, нетерпеливо поглядывая на время.
Не хочу, чтобы Вика была в чужих когтистых лапах больше, чем она выдержит. Я совсем не знаю, что с ней делают, как она реагирует и что вообще происходит… Но я знаю одно — Дамиру я верю.
— Так. Что тебя конкретно интересует? — спрашиваю я, подключаясь к своему главному серверу.
— Жилой комплекс. Развлекательные центры или дома. Возможно, оборудование, рабочие машины и склады, — задумывается Дамир, а я смотрю на свои сортированные проекты по папкам.
— Я собираюсь строить загородный комплекс, участок уже выкупил. Жилой комплекс… — задумываюсь, откидываясь на спинку дивана, — родительский фамильный дом. Он находится в лесной роще у воды, заброшен и подлежит ремонту, но им можно заняться. Фундамент очень впечатляющий. Склады имею только под свою личную продукцию, а машины у официальных подрядчиков, — рассуждаю я в слух.
— Всё равно мелко, — задумавшись, говорит Дамир.
— А что насчет моего бизнеса в целом? — собственная идея заставляет меня подняться и загоревшимся взглядом посмотреть на друга, которая отрицательно покачал головой. — Почему? Это хороший бизнес, прибыльный и налаженный.
— И официальный, — фыркает Дамир, откинув голову на спинку удобного кресла. — Это Клан, а значит заведомо их любой род деятельности криминальный. От нового руководства твои люди разбегутся от ужаса, а бизнес похерят через пару лет. Если это понимаю я, значит не подходит точно.
— Тогда, что они поимеют с развлекательного комплекса или дома? — я совершенно никогда не понимал и не вникал в управление бандитской группировки, или как его там… Клана.
— Да всё просто. В развлекательном комплексе можно сделать бордель, принимать важных шишек и хорошо отдохнуть после дел. А жилой комплекс может служить их резиденцией, — говорит Дамир, не поднимая головы.
Фыркаю.
— Вряд ли бордель можно спрятать, — я слышу надменное хмыканье Дамира, который тяжело выдыхает. — Что? Это же не законно!
— Это ты не можешь спрятать, а они скорее листовки начнут печатать тысячными тиражами, чтобы выловить рыбу покрупнее, — вздыхает друг. — Не засоряй голову этими вопросами, просто предлагай варианты.