Двойной шантаж (СИ)

Знаю, что курить — плохо, но всё же мне это нужно, особенно когда я немного нервничаю. Несмотря на этот прекрасный день и предстоящую ночь, я не могу отвлечься и не вспоминать разговор Тимура с директором по безопасности.
Он ищет меня.
Когда Тимур сказал, что нанял крысолова — во мне всё похолодело. Я не хочу рушить между нами только зародившиеся отношения откровенной правдой. Он станет копать дальше и может повязнуть не в самые приятные события из моей жизни. Скрывать дальше и мило улыбаться — глупо, но тогда у меня будет немного времени сблизиться с ним настолько, чтобы в своё время признаться… И я очень постараюсь, чтобы признание вылетело из моего рта, а не когда он обвинит меня в предательстве.
Подкуриваю сигарету на входе в акваклуб, опираясь бедром на деревянный заборчик. Недалеко в беседке замечаю знакомые лица и голоса. Недолго думая, целенаправленно двинулась к ним, улыбнувшись своей возможности остаться с ними один на один.
— Надеюсь, не помешаю? — любезно спрашиваю, но очень нелюбезно присаживаюсь за столик без разрешения. Уваров тяжело перевел на меня свой взгляд, в то время, как Карина красноречиво закатила глаза, выпустив из своей хватки шею мужчины.
Пиявка.
— Вообще-то, помешаешь, — подмечает крашеная сучка, попытавшись меня задеть. Я медленно струшиваю в пепельницу тлеющий край сигареты и лучезарно улыбаюсь.
— Сколько тебе лет, Карина? — я заинтересовано склоняю голову. — Двадцать? Или все-таки меньше?
— Тебе что с того? — она не отвечает мне прямо на вопрос, смотрит с вызовом.
Девочка бунтует, и точно ещё переживает подростковый период, реагируя очень ярко, действуя опрометчиво и глупо. Я это вижу только благодаря своему опыту — была такая же идиотка, но ничего, со временем она тоже поумнеет… Или станет хорошей шлюхой.
— Значит, всё-таки восемнадцать? — я упрямо не меняю тему.
— Уже можно, если ты об этом, — Карина сдает позицию, когда отвечает на вопрос. Я перевожу взгляд на Дамира, который сурово сдвинул брови к переносице.
Серьезно, Уваров? Потянуло на малолеток, как Тимура? Надеюсь это помутнение у мужиков бывает разово, иначе я все патлы повыдергиваю подобной малолетке, если она осмелится прикоснуться к моему мужчине.
— Ты сказала, что двадцать, — скрипуче напомнил мужчина. Карина отстранилась от него, злобно прожигая во мне дыру. — Но Карина права, ей уже всё можно, — едко замечает Дамир, стрельнув в меня острым взглядом. — Ты что-то хотела?
— Обсудить рабочие моменты. Наши личные, — делаю глубокую затяжку, и Уваров не выдерживает — сует руку в джинсы, достает свою пачку сигарет. Эта фишка всегда работает.
— Карина, возвращайся в номер. Я скоро приду, — он передает девушке свой ключ, на который она смотрит, как на ядовитую змею.
— Ты останешься с ней? Наедине? — возмущенный тон сбавляет его очередной холодный взгляд. — Ладно, не задерживайся, — Карина выходит из-за стола, при этом использует своё ультра-короткое платье, пытаясь оставить Дамира неравнодушным к её детским махинациям. Неравнодушной осталась только я, заметив её розовое белье.
Чтобы её действия считались взрослыми и взвешенными, это должно быть наедине, а она должна быть без белья. Точно такой трюк я сегодня провернула с Громовым, который запыхтел от ярости и твердого стояка. Обожаю его сводить с ума.
— Мужчин от розового белья коробит всех до единого, — я сдержанно улыбаюсь, когда Карина, вспыхнув от злости, жмет кулаки. Не находит ничего для ответа и глупо сбегает, оставляя нас наедине.
— Для чего ты её провоцируешь? — интересуется Уваров скорее из любопытства. — Она же и слова ответить тебе не может. Ты грязно играешь.
В его глазах ни тени злости, ни даже раздраженности. Он скрывает это, но Дамир благодарен, что может посидеть без навязчивой девчонки, которая целый день пытается залезть ему в трусы. Ольга, если бы сидела здесь, томно вздыхала и бросала взгляды, обещая горячую ночь и полностью отдаться этому несносному индюку. Это же намного интереснее и даже фантазии есть место развернуться. Очередной раз понимаю, что Уваров точно имеет какие-то личные счеты с Олей, иначе бы мы сегодня встретились.
 
— Может, я провоцирую не её? — предполагаю я, улыбнувшись, сдвигая пепельницу в центр стола.
— Ты пришла поговорить о рабате. Начинай, Вика, я весь во внимании, — кивает он мне, насмешливо дернув бровью.
Уваров сейчас нагло мне показывает, что в данную минуту я для него подружка Тимура, а не наемный сотрудник компании ЭкстраЛайф, которому он выплачивает солидную зарплату только за общий стратегический маркетинговый план.
— У меня не так много времени на твоё многозначительное молчание, — Дамир начинает раздражаться.
— Пожалуйся Тимуру на моё поведение, может быть, он меня тоже уволит? — начать остро выходит не сразу, я действительно обдумываю свои слова, что происходит не так часто.
Бешенная вспышка — это я замечаю в глазах Уварова. Моментом спокойный и даже надменный, а сейчас злобно сцепил зубы и смотрит волком.
— Как только ты перестанешь быть полезной, Вика, я обязательно выполню твою просьбу, — отвечает он с не меньшим укором, и удовлетворенно ухмыляется, замечая мой недоверчивый прищур.
— Так может сведем наши счеты сейчас и закончим всё это? — намекаю я на разрыв сотрудничества.
— Кинешь меня с проектом — расплатится твоя милая подружка, — он тремя затяжками, пока я задумываюсь, докуривает и тушит сигарету.
— Не успел подстраховаться с договором, чтобы угрожать лично мне? — смеюсь, также затушив сигарету. Негласно, мы оба достаем ещё одну. Уваров делает вид, будто не слышит и вообще не понимает о чём я говорю. — Я не идиотка, чтобы не понять твоё вмешательство в мои отношения с Тимуром.
— Идиотку я бы не нанял, — фыркает мужчина, поджигая свою сигарету и передает мне зажигалку, когда моя не срабатывает.
— Что ты думаешь касательно договора на постройку загородного комплекса? — в лоб спрашиваю я Дамира, который беззаботно пожимает плечами.
— Для тебя — выгодно, — кратко отвечает он.
— А для него?
— Тоже. Но теперь это не имеет значения — вы вместе, — раздумывает он, выпуская слабые кольца дыма.
— Если я его попрошу вычеркнуть несколько юридических пунктов… Он сильно разозлится? — мы пересекаемся взглядом. — Я готова работать с ним, и возможно, это займет больше, чем два года…
— Но? — уточняет Уваров, чувствуя мои сомнения.
— Мне нужна полная свобода и полноправие. Если я решу уйти — не хочу вымаливать свою свободу или объясняться, — частично кормлю его правдой, и Дамир кивает.
— Он захочет знать больше, — недолго думая, но явно что-то взвешивая в своей голове, отвечает мне мужчина.
Этого я и боялась: лишних проблем, выяснения отношений и утрату доверия между мной и Тимуром. В очередной раз я понимаю, что подписывать договор — это плохая идея.
— Спасибо, Дамир Романович, — я мягко улыбаюсь.
— Рад был помочь, — Уваров, почувствовав конец разговора, тушит сигарету и хочет торопливо уйти, пока у меня не возникло желание обсудить с ним самую интересую тему. А ведь у меня есть это желание, поэтому я тушу свою сигарету недокуренной и не желая упустить Дамира, спешу за ним.
— Я считаю, что ты можешь помочь Оле с выставкой в Берлине, — говорю ему в спину, и он замирает. — С твоей подачи она потеряла стабильную работу и карьеру. Будет честно, если ты посодействуешь и привлечешь несколько хороших критиков в дни открытия галереи.
— Не вмешивайся, — грубо огрызнулся Дамир и продолжил идти.
Только дело в том, что я прочно села ему на хвост. Я уверенна в таланте Оли, и знаю, что она справится, но войти в мир искусства надо красиво и с фанфарами, чтобы тебя заметили, как творческую личность. Если всё получится, она должна будет мне несколько ящиков натурального немецкого шнапса.
— Ты обвиняешь меня в грязных играх, хотя сам решил поиздеваться над наивной влюбленной девушкой. У вас явно не сложилось, когда ты выставил её за дверь, верно? И что же она такого сделала, чтобы ты добился её увольнения? Была настойчивой? Разве это плохо… — я не договариваю, когда ко мне резко оборачивается Уваров и теперь он в дикой ярости.