Здесь вам не клан 3 (СИ)

— Процент выживаемости мастеров ган-ката тоже растёт, — сообщил учитель. — Траектории движения пуль предсказуемы, поэтому от выстрелов можно уклоняться.
— Разве под силу такое человеку? — опешил Прохор.
В группе я знал только его, Алесю Малиновскую и девушку с чёрным каре. Последнюю звали Ириной Котовой — она производила впечатление замкнутой и целеустремлённой особы. Прочие студенты были парнями.
— Обычный человек не в состоянии уклоняться от пуль, — бесстрастно ответил Эн. — Даже с учётом предсказуемых траекторий. Процент выживаемости повышается, если геометрию боя совместить с магическим ускорением и всевозможной кинетикой. Поэтому идеальный мастер ган-ката — хрономаг.
Надеюсь, меня не выдало торжество в глазах.
— Среди вас, — продолжил учитель, — есть воины света, биомаги, пепельщики, призыватели. Это сильные стороны, которые можно использовать.
Эн продолжил своё движение по кругу.
— Запоминайте базовые принципы ган-ката. Первый: позиции участников перестрелки определяют геометрию. Поэтому вы должны молниеносно зафиксировать эти позиции, автоматически проложить векторы и рассчитать углы, а затем быстро поразить цели. Это кажется невероятным, поскольку любой из противников может выстрелить первым. Однако вспомните о предсказуемости. Позиции вражеских бойцов тоже поддаются прогнозированию. Учитывая конфигурацию стандартных помещений и тактику боя в ограниченном пространстве, вы можете применить одну из своих заготовок.
Я слушал учителя, не поворачивая головы.
— Второй принцип: геометрия определяет процент поражения и уклонения. Применяйте ката, чтобы выжить и преуспеть в сложной обстановке.
Мастер вновь остановился, замыкая круг.
— Третий принцип: скорость важнее меткости. Действуя на правильных траекториях, вы не промахнётесь. Этот принцип не распространяется на большие расстояния. Ган-ката разрабатывалось для тесных помещений, а не для снайперской стрельбы.
Учитель развёл руки — и в них сконструировались пистолеты.
Призыватель.
Я так сразу и подумал.
— Четвёртый принцип: два пистолета эффективнее одного. Максимального урона вы достигнете, стреляя с двух рук. — Учитель выполнил несколько перемещений, выцеливая условного противника. Выполнил, глядя перед собой, с каменным лицом и ничего не выражающим взглядом. — Отсюда вытекает, что пистолеты лучше винтовок. И автоматов, само собой.
Эн опустил руки по швам, сдвинув предохранители.
— Пятый принцип: против любого расположения противников разработаны стандартные приёмы. Поэтому нас не интересует творческий подход. Любые погрешности статистически учтены.
— Можно вопрос? — спросила Алеся.
— Слушаю, — холодно ответил наставник.
— Если вся фишка в стандартных приёмах, почему это не работает на простых людях? Нет, я понимаю про укрытия и формальную непредсказуемость боя...
— Третий принцип, — напомнил Эн. — Исход боя зависит от скорости. На скорость влияют физические ограничения стрелка. Однако вы можете себя модифицировать. Ауры, разгон нейроимпульсов, биомагическая коррекция.
— И простолюдины могут? — нахмурился парнишка с длинными волосами, схваченными в пучок.
— Могут, — признал учитель. — Не все, потому что такие операции запрещены в среде мещанского сословия. Да и денег немалых стоит.
— А что с хрономагами? — поинтересовался Прохор.
— Такому бойцу не обязательно останавливать время, — улыбнулся наставник. — Замедления вполне хватит, чтобы вывести из строя от двенадцати до тридцати шести противников. В зависимости от типа оружия и ёмкости магазинов.
— Вы можете рассчитать геометрию для этого зала? — спросил я. — И предугадать число нападающих?
— Есть разница между номинальной и эффективной численностью, — последовал ответ. — В данной аудитории свободно поместится шестьдесят человек. По линиям огня необходимый минимум — шесть человек. Оптимально — восемь. Чем больше, тем выше процент поражения для самих нападающих. Взгляните на модель.
Перевожу глаза на экран.
Картинка меняется. Я вижу аудиторию, в которой проводится тренировка. Наши предшественники рассыпались вокруг мастера и целятся в него двумя пальцами, сложенными в подобие пистолета. Все двигаются, никто не статичен. Мастер быстро и чётко «расстреливает» недорослей, разводя руки под разными углами, падая на одно колено, заводя воображаемые стволы себе за плечи или под локти. Белые линии, окружности и цифры поясняют действия бойца математическим языком.
 
Изображение замораживается стоп-кадром.
— Естественно, — продолжил учитель, — никто нам не запретит использовать пистолет в качестве ударно-дробящего оружия. А также задействовать приёмы рукопашного боя. Такой подход оптимален для узких коридоров, лестничных площадок и лифтовых кабин. Вот.
На экране разгорелась схватка, явно снятая камерой наблюдения. Быстрый силуэт спускается по лестнице, стреляя, нанося удары, ломая пальцы и суставы врагов. Выкрученные руки, вылетевшие мозги. Локтем в челюсть, рукоятью в висок. Выстрел, перепрыгнуть через тело. Перехватить руку с оружием, защититься живым щитом от противника с кастетом, прострелить обоих, двинуться дальше. Ударить ногой в голову человека пятью ступеньками ниже. Прострелить ногу тому, кто спускается сверху. Добить выстрелом в голову, когда тот упал.
— Идею вы поняли, — сказал учитель, останавливая бойню. — Никаких ограничений по жёсткости приёмов. Грань между стрельбой и рукопашным боем предельно размыта. При этом соблюдаются траектории и геометрические конфигурации.
— Есть конфигурация для лестниц? — восхитилась девушка с каре.
— А как же, — хмыкнул дядька. — В отличие от узкого коридора здесь добавляется фактор трёхуровневого размещения противников. И расширение площадок.
Я даже не заметил, когда пистолеты испарились из рук призывателя.
Вот оно, мастерство.
— Патроны заканчиваются, — продолжил лекцию мастер. — И вам необходима перезарядка. Сталкиваемся с потерей темпа. Чтобы этого не произошло, опытный призыватель вытаскивает из ноосферы магазин и внедряет прямиком в рукоять оружия.
В левой руке Эна материализовался ствол.
Учитель неторопливо убрал пульт от настенного экрана, извлёк магазин и поймал налету правой рукой. Небрежным жестом швырнул магазин за спину — тот исчез. Снова выщелкнул магазин. Снова поймал.
Бесконечная карусель.
Смотрел бы и смотрел.
— Не все так умеют, — буркнул Прохор.
— Тренируйтесь, — пожал плечами наставник. — На этом уровне технику призыва может освоить каждый из вас.
Пушка испарилась.
— Есть и другие хитрости, — добавил учитель, глядя на наши жалобные лица. — К примеру, функция автовозврата для каждого магазина в боекомплекте. С привязкой к оружию. Дорого, эксклюзивно, но однажды спасёт вам жизнь. Также рекомендую оружие с выдвижными шипами — они встраиваются в основание рукояти. Редкая модификация. Стоит на вооружении у некоторых спецслужб. Ну, и под заказ выполняется, только умельцев поди поищи.
Глаза Прохора загорелись нездоровым огнём.
Чую — хочет прокачать навык.
— Вернёмся к началу боя, — Эн поднял левую руку с пистолетом. — Чтобы поразить цель, вам надо достать пушку из кобуры, снять флажок предохранителя, передёрнуть затвор. Патрон досылается в патронник. После этого открываем огонь.
Пистолет исчез.
— Чтобы оптимизировать лишние телодвижения, я призываю двадцать шестой «глок». Там физически не предусмотрен флажок. Надо притопить пальцем выступающую часть спускового крючка, затем дожать — и пуля понеслась. К сожалению, остаётся передёргивание затвора. И тут нам на помощь спешат руны. Когда я призываю магазин в рукоять, патрон автоматически досылается в ствол. По факту — второй микропризыв. Как-то так.
«Глок» материализовался в правой руке наставника. Эн, не глядя, выстрелил вправо — пуля ударилась в кинетический барьер, и по невидимой поверхности побежали круги. Словно камень, брошенный в пруд...