Зима Скорпиона

Скорпион вышел из клуба и доехал на метро до станции «Тарас Шевченко» на Подоле. От метро он пошел к складской территории возле доков на Днепре. Улица была темной и грязной, ветер раскачивал светофоры. По снегу двигалась неясная тень, подсвеченная красноватым светом. Скорпион увидел группу бомжей, толкущихся у мусорного бака, в котором горел огонь. Заметив его, они бросились к нему. В тусклом уличном свете блеснули ножи. Бомжи окружили его, но, когда он показал им пистолет, бросились врассыпную. Он подождал, пока они скроются, и, отыскав нужный адрес, подошел к маленькому магазину на первом этаже жилого дома.
Магазин был заперт и темен, но в заиндевелых окнах квартиры над ним был виден свет. Скорпион стучал в дверь, пока с лестницы не раздался голос:
— Хто це?
— Я ищу Матвия, — крикнул Скорпион по-русски. — Холодно, откройте.
— Исчезни! — ответил голос.
Скорпион заколотил сильнее. Он не собирался останавливаться. Через минуту в магазине зажегся свет.
— Хватит, — услышал он ворчание.
Дверь открылась, и Скорпион сразу вломился внутрь.
Низкорослый сутулый человек в старом свитере взглянул на Скорпиона и дал ему знак следовать за ним. Они вошли в маленькую мастерскую в задней части дома, освещаемую только одной висячей лампой. Скорпион показал Матвию, что ему нужно.
Он наблюдал, как Матвий загрузил с его телефона в свой компьютер два снимка Ирины, один в светлом парике, другой с короткой стрижкой. Хотя он ничего не сказал, Скорпион не сомневался, что, несмотря на измененную внешность, Матвий узнал Ирину. Чтобы подстраховаться, Скорпион, пока Матвий работал, подложил «жучок» позади его компьютера. Через двадцать минут Матвий передал ему два украинских удостоверения личности для Ирины. Как блондинка она называлась Валентиной Ходыневой, а с мальчишеской стрижкой — Надией Ждановой. Скорпион ждал, пока Матвий сотрет изображения из своего компьютера.
— Их не существует, ее не существует, меня не существует, — сказал он Матвию, вручая плату за работу.
— Пожалуйста, это мой бизнес. Никто не узнает, — ответил Матвий.
— Вам лучше не создавать поводов для новых встреч со мной, — сказал Скорпион и вышел. Он зашел за угол дома и ждал, подключив наушники к своему сотовому телефону, связанному с «жучком», который он установил у компьютера Матвия. Через мгновение он услышал, что Матвий звонит по телефону. Хотя Скорпион не понимал украинского, достаточно было самого факта звонка. «Проклятье», — подумал он. Он вернулся к магазину, открыл отмычкой Peterson дверь и ворвался к Матвию, который обернулся к нему, держа в руке сотовый телефон. Глаза Матвия расширились, он выронил телефон и попытался убежать, но Скорпион подставил ему подножку, вернулся, подобрал и отключил телефон и вынул пистолет. Матвий уставился на оружие.
— Я же говорил, что вам лучше не создавать поводов для новых встреч со мной, — сказал Скорпион, заставляя Матвия сесть за стол, положив на него руки. Матвий нерешительно сел. Держа пистолет в левой руке приставленным к голове Матвия, Скорпион взял правой рукой замеченный им раньше микроскоп, предназначенный, вероятно, для тонких работ, и ударил его основанием указательный палец Матвия. Тот заорал.
— Заткнись, — прошипел Скорпион, прижав дуло пистолета к голове Матвия, и еще ударил два раза, превратив палец в кровавое мясо. Тот стонал, но не кричал.
— Если мне придется прийти еще раз… — сказал Скорпион, идя к двери. Фразу он не закончил. Взгляд Матвия ясно показал ему, что приходить больше не придется.
* * *
Что делать дальше, Скорпиону было не вполне ясно. Ему требовалось больше информации о компании Lianhuay, но он не хотел рисковать, подключаясь к Интернету через Wi-Fi. Всегда был шанс, что кто-нибудь обнаружит его подключение, а за ним охотилось слишком много людей. Он пошел к метро, доехал до Интернет-кафе на Чоколовском бульваре, нашел свободный компьютер и стал искать в Интернете сведения о Lianhuay Trading Company. Их было не так много.
 
Это была машиностроительная компания, штаб-квартира которой находилась в Шанхае. Ее киевский офис возглавлял Ли Цян, выпускник пекинского университета Цинхуа, получивший степень магистра экономики в Университете Южной Калифорнии (USC). Нашелся и портрет Ли Цяна, худого китайца в очках. В нем было что-то «некошерное», как сказал бы Рабинович. Но что именно? Скорпион смотрел на снимок, и не мог понять. Он перечитал краткое описание компании на вебстранице и вскоре понял, в чем дело.
Цинхуа был одним из лучших университетов Китая, не уступавшим по уровню Гарвардскому или Принстонскому. Почему же менеджеры компании назначили такого перспективного специалиста, не говоря уже о магистерской степени от Университета Южной Калифорнии, которая означала, что Ли Цян говорит по-английски, на такой незначительный для Китая украинский рынок? Такого человека разумно было бы направить в Сан-Франциско, Нью-Йорк или Лондон. Держать его в Киеве было все равно что держать Эйнштейна школьным учителем. Если только он не был работником Гуанбу, китайской внешней разведки. А это значило, что компания Lianhuay была только вывеской Гуанбу. Но Гаврилов представлял СВР, а СВР и Гуанбу были непримиримыми врагами. И если Гаврилов регулярно звонил Ли Цяну, главный вопрос состоял в том, кто из них кем управлял. Китаец управлял Гавриловым или наоборот? И какое, черт возьми, все это имело отношение к убийству Черкесова и кризису в Европе?
В этот момент Скорпион поднял глаза и на экране телевизора в Интернет-кафе увидел Ирину. На ней был черный парик, имитирующий ее прежние волосы; она выглядела так, как люди привыкли видеть ее. Пощелкав клавишами, Скорпион вывел телевизионную картинку на экран своего компьютера. Ирина гневно говорила что-то, ее невероятные голубые глаза блестели, и при мысли, что всего несколько часов назад она была с ним в постели, он ощутил возбуждение.
Ирина указывала на фотографии в газете и, несомненно, отрицала, что имеет какое-то отношение к убийству Черкесова. Камера отъехала, чтобы показать Кожановского, стоящего рядом с ней. Теперь говорил он. Скорпион узнал помещение: это была столовая в квартире над пивной вблизи Контрактовой площади.
Ему очень хотелось бы понимать, что они говорят. Экран переключился на бурное заседание Верховной рады. Депутаты кричали и толкали друг друга. Было ясно, что все это касается выборов. Теперь Скорпиону нужно было решить, за кем наблюдать — за Гавриловым или за китайцем.
Он крайне нуждался в информации. Ахнецов? Lianhuay продавала на Украину машины, и Ахнецов не мог не знать о ней. Он давно не связывался с человеком, который, что ни говори, платил ему. Он отправил экстренное послание на условленный адрес, который дал ему Ахнецов, и отключился, предварительно уничтожив все следы своей работы на компьютере.
Его мучил один важнейший вопрос: зачем нужна была китайцам смерть Черкесова?
* * *
На платформе станции метро «Нивки» стоял, часто озираясь, коротышка в швейцарской шляпе и с наброшенным на плечи красным пледом. Это было мало похоже на типичный наряд украинца, и Скорпион подумал, уж не гей ли он.
— Не оборачивайся, — сказал Скорпион, подойдя и став рядом с ним у края платформы.
— Я родом из Финляндии, — сказал коротышка.
— Я люблю слушать джаз в Эспланада-парке, — ответил Скорпион по-английски, завершая обмен паролями. Коротышка начал поворачиваться, но Скорпион остановил его:
— Я сказал, не оборачивайся.
— Я Бойко, — сказал коротышка на превосходном английском, — а вы — Коллинз?
— Неважно, кто я, — прорычал Скорпион. — Расскажите мне о Lianhuay Trading Company.
— Ну что? Это китайская компания. Официально она продает машины и выполняет строительные проекты.
— А неофициально?
— Мы слышали о нелегальной поставке оружия и промышленной разведке. Говорят, они хорошо платят.
— Это Гуанбу?
— Ну, — Бойко пожал плечами. — Они китайцы.