Капкан для Медведя (СИ)

  
Капкан для Медведя
   
1. Денис
 
1. Денис
- Ой, Денис Андреевич, звонил Голубцов. Сказал, что встречу перенесли на двенадцатое, - мой секретарь Вера вскакивает со своего места и несётся ко мне, едва заметив. 
Взгляд сам падает на подпрыгивающие в этом беге груди. Опять она нарядилась как в стриптиз-шоу, а не как в офис. Любую другую я бы давно уже уволил к чертовой матери. Но Вера – дочь одного из акционеров, которую папа любезно попросил меня взять к себе в помощницы.
- Вам кофе или чай? Ой, у вас тут ресничка упала, - и она, не спрашивая, проводит по моей щеке своими жуткими ногтями. Жуткими, потому что они длинные и всегда разного цвета. В общем, мне не нравятся такие. 
Беру ее за запястье и отвожу руку от себя.
- Я сам, Вера, - говорю, не скрывая недовольства. - Кофе мне сделай. И принеси отчёт по «Медвежьей усладе».
- Ой! - восклицает она и манерно прижимает ладонь ко рту.
Что опять? От этой Веры одни косяки. Надо от нее избавляться.
Строго смотрю на нее.
- Денис Андреевич, я забыла совершенно! Голубцов велел передать вам, что в «Медвежьей усладе» опять бунт. Местные жители заблокировали стройку.
- Давно он звонил? - не скрывая злости, спрашиваю я.
- Давно. Я не помню, во сколько точно. Но давно. Сказал, что там вас ждёт.
Сука.
Не говоря ни слова, опять иду к двери.
- Денис Андреевич! А можно я с вами?
Резко торможу и оборачиваюсь.
- Куда? - смотрю удивлённо на подбежавшую Веру.
- На стройку! - радостно заявляет она.
- Зачем?
- Помочь. Мне тут скучно, - конючит Вера.
- Ладно, поехали, - машу рукой, придумывая уже в голове, как бы избавиться от Веры. Может, отправить ее на повышение? Достала она меня. Надо переговорить с Георгичем, пусть забирает свою дочку назад.
Пока водитель везёт нас на объект, звоню Голубцову.
- Ну что там опять?
- Да активисты разошлись! Вышли на митинг, перед экскаватором встали. Ну, не закапывать же их в фундамент! – ржет он в трубку. – Требуют руководство!
- Так сказал бы им, что ты и есть руководство! – негодую я. Перспектива общаться с электоратом вообще меня не прельщает.
- Так это. Они в курсе, кто я и кто вы. Портрет же висит.
Сука. Точно.
- Ладно, скоро буду, - бросаю в трубку и отключаюсь.
- Ой, вы такой строгий, Денис Андреевич, - поворачиваюсь и вижу улыбку Веры. На это смотреть всегда забавно. Переделанные губы так растягиваются на пол-лица, что кажется, сейчас лопнут. – Я прямо вас боюсь, - теперь губы собираются в кучку и очень сильно напоминают жопку курицы.
Не могу сдержать улыбку и отворачиваюсь к окну.
«Медвежья услада» - мой личный проект элитного коттеджного поселка в Подмосковье. Один из домов там будет моим. Давно мечтал выбраться жить загород.
Но, чтобы что-то построить, надо что-то снести. Таковы современные реалии. Причем снести что-то старое и ненужное. Но так считают не все. Есть группа слишком уж активных товарищей, которая устраивает несанкционированные митинги на объекте.
Вроде, и вреда от них существенного нет. Но неудобства доставляют.
Черный пиар мне не нужен. Поэтому этот вопрос надо как-то решать до того, как прознают журналисты.
Еще на подъезде к объекту вижу толпу бабушек с плакатами. Самая сложная публика.
Для таких я – буржуй, у которого надо все отнять и поделить. И неважно, как я все это получил.
Выхожу из машины и сразу же ко мне подлетают две бабульки.
- Вы почто яблоневый сад уничтожили?! Сколько лет яблоками весь район питался! – кричат они, перебивая друг друга.
Охранники пытаются оттеснить их. Я делаю знак, чтобы не трогали.
- Так, женщины, в чем суть ваших претензий? – спрашиваю по-деловому.
- Здеся вот, - тычет одна из них в экскаватор, - яблони росли. Мы на них выросли. И наши внуки на них выросли. Но пришли вы и все выкорчевали! Ироды!
- Хм, то есть проблема в том, что нет яблонь, на которых будут расти ваши правнуки? – спрашиваю с усмешкой, хотя понимаю, что здесь сарказм не уместен. Поэтому продолжаю уже серьезно: - проблема, что нет яблок? Так?
 
- И сада! – кричит одна из бабушек. – Где гулять? Чем дышать?
- Хорошо. Я вас понял. Давайте так. Я вам покажу проект. 
Достаю из машины чертежи, разворачиваю их на капоте.
- Смотрите, - приглашаю бабушек подойти к чертежам. – Вот здесь будет парк.
Показываю на кружок на плане.
- Куча деревьев, кустов и дорожек для прогулок. А еще детская площадка.
Одна из бабушек фыркает.
- Что ты нам показываешь? Это же будет только для жителей вашего елитного поселка! Знаем мы!
- Нет, вы ошибаетесь, - спокойно отвечаю. – Это будет вне территории поселка. Для всех желающих.
Бабушки замолкают и переглядываются.
- А яблоки? – наконец, спрашивает одна, но уже неуверенно и тихо.
- Хорошо. Я лично попрошу внести в проект, чтобы посадили яблони. Устраивает?
Бабушки опять переглядываются.
- Нам надо посоветоваться с товарищами, - говорит одна.
- Хорошо, - соглашаюсь и скатываю чертеж. – Не вопрос.
Бабушки отходят от меня и идут к остальным активистам. Что-то бурно обсуждают, машут руками. Внимательно, с иронией слежу за ними. Они такие забавные.
Оглядываю застывшую стройку и тут мой взгляд выцепляет очень интересную картину. Шагаю вперед.
Да мать твою!
- Денис Андреевич, вы куда? Вот, каску наденьте! Опасно же! – сзади ко мне подбегает Вера. 
Быстро смотрю на нее. Она уже в каске. И в руке у нее каска, которую она протягивает мне.
Ничего не отвечаю и опять смотрю наверх.
Ну, это же капец.
Ладно, бабки с плакатами. Но это что такое?!
На строительном кране на приличной высоте висит мой портрет. Да. Почему бы и нет? Это мой проект, моя стройка, мой поселок.
И потом, моя фотография только украшает любое место. Да, я красавчик.
И вот сейчас каких-то два придурка пытаются испортить эту красоту.
Зацепившись за крепления крана, они голубой краской размалевывают мой портрет, а сверху вообще уже красуется надпись: «Долой стройку!»
Я даже и произнести ничего не могу. Какой это пиздец.
Как вообще охранники их сюда пропустили?!
Один из придурков, у которого на поясе висит ведро с краской, подрисовывает мне усы. Вернее моему портрету. И рога.
Это все, конечно, смешно, но начинает раздражать.
- Эй! – кричу я им.
«Художник» сразу же застывает, оборачивается и смотрит на меня. Сука. Баба. Там не парень, а девка. Глаза огромные. От испуга, похоже.
- Лана, тяни! – опять отвернувшись, кричит девчонка и дергает за крепление.
Ясно. Второй придурок, значит, тоже девка. Та начинает лихорадочно пытаться затащить свою подругу наверх. И в этот момент ведро с краской каким-то образом отстегивается от пояса художницы и летит вниз. Я успеваю отпрыгнуть. А вот Вера нет.
Пластиковое ведро с грохотом падает прямо на каску на голове Веры и ярко-голубая краска кляксами орошает все вокруг. Но, прежде всего, конечно, мою помощницу.
Опускаю взгляд. Мои новые, кожаные, только что привезенные из Италии туфли ручной работы тоже покрыты голубой краской.
- Аааааа! – раздается рядом истошный крик. Оборачиваюсь.
Вера.
Снимает очки и круги вокруг глаз – единственное, что осталось неокрашенным в голубой цвет. Она хлопает глазами и орет.
Голые плечи и грудь тоже в краске.
Ведро валяется рядом.
- Денис Андреевич! Ааааа! Что же это?! – и кидается ко мне.
Я отшатываюсь, отмахиваясь от нее руками.
- Как же я?! Ааааааа!
- Успокойся, Вера. Ничего страшного не произошло. Сейчас попросим растворитель и отмоем тебя. Голову не сильно ударило?
- Ааааааа! Держите их! Денис Андреевич! Они за все ответят! Ааааааа!
Я поднимаю взгляд на кран, а этих двух паршивок уже и нет! Только мой портрет с усами и рогами и неприличной надписью красуется на всю округу!