Девяностые. Том первый (СИ)

- Ладно, погоди, я тебя понял. Давай ты это всё на бумаге напишешь, и мне почитать принесёшь? А я подумаю, чем и как помочь смогу. Хорошо?
- Замётано, Константин Фёдорович. – Улыбнулся я и перевёл взгляд на подходящую официантку, на подносе которой ароматно дымились две кружки с кофе и пяток тарелок с десертиками.
Кого же она мне напоминает?
- Баржа. – Покачав головой, констатировал наставник, окинув взглядом выкаченную из контейнера машину. – Ладно бы Крузер или Патрол взял, но это… мало того, что она старше тебя, так по нашим дорогам зимой на ней никуда не проедешь.
- Ничего ты не понимаешь, Дмитрич. – Забравшись на передний бампер, я попытался обнять эту прелесть. Естественно, не получилось. Естественно, ширины обхвата рук шестилетнего тела на это не хватило. Впрочем, потереться щекой о капот мне это не помешало. – Ути моя сладкая! Сто десятый Краун, в исполнении для Хоккайдо. Трёхлитровый двигатель, полный привод, полный фарш. Разве что без телевизора. Но это, на мой взгляд, скорее плюс, чем минус. – Погладив ладошкой ребро жёсткости капота, оттолкнулся всем телом и спрыгнул на землю. – Что же до джипов, то мне в них сидешки не нравятся. И вообще, хорош ворчать, поехали в ГАИ регистрировать. 
- А как же Владимир Михайлович? – Показал глазами наставник на стоящего у соседнего контейнера деда.
- Он на своей поедет. – Кивнул я на сестру-близняшку моей красавицы, выкатываемую из стального хранилища. 
- От же ж! – Покачал головой Дмитрич. – Яблоко от яблони…
- Ага. Я тоже был удивлён, когда узнал, что дед взял себе такую же. – Многозначительно покивав, полез в бардачок проверять документы.
- Ну, хоть не три. Кстати да, а чего не три? – Спросил наставник, осматривая водительское место.
- Отцу нельзя такую няшку. Ему нужно что-то неубиваемое, как раз тот самый Крузер или даже Патрол. Он совершенно не способен следить за техникой правильно. Да и не нужна пока отцу машина - только деньги будет жрать. Ему-то до работы от дома десять минут пешком. Это у меня школа на самом краю города. А вот как дом доделают, в котором ему квартиру дали, тогда и будем думать насчёт машины в семью. Хотя у него сейчас и прав-то нет, ммм-да. Надо бы намекнуть ему как-то.
- Намекнуть, да? – Наставник демонстративно окинул взглядом блестящую на солнце парочку чёрных представительских Тойот. – По-моему намёк и так жирнее некуда.
- Дмитрич, отец же учёный. Если ему не сказать, что это моя машина, он будет думать, что дед свою тебе выдал, чтобы меня возить. 
- Да так любой будет думать! Они ж одинаковые.
- Ага. Надо будет попросить гаишников номера похожие сделать, чтоб вообще не отличить было. – Покивал я, пытаясь вспомнить, как зовут начальника нашего ГАИ, не залезая в фотоальбом, в котором его имя было подписано на обратной стороне фото.
  
Глава 10. Тусовка
 
Туманность, кажется, слегка поменяла цвет…
Точно, если приглядеться, можно увидеть более насыщенные красным прожилки…
И чёрный в тенях…
Хмм, может, просто стала контрастней? Или чище... стало пространство между ней и окном?
Или, может, слишком давно я тут не был?
Тридцать пять миллениумов – весьма долгий срок. Однако, над этим местом время не властно. Тут всё так же, как и было раньше. Та же полутьма, освещаемая красными отсветами далёкой туманности. То же мерцание холодных звёзд, бисеринками разбавляющих черноту космоса за окном. На пустых книжных полках несколько ветхих томов, за каждый из которых разумные с превеликим удовольствием пожертвовали бы половиной своей популяции. Удобное кресло с высокой спинкой, стоящее на привычном месте напротив окна, ровно посреди комнаты. В углу отблескивает белым металлом узкий клинок - единственное светлое пятно в этом царстве чёрного и красного. И полная тишина восьмого слоя гипера…
Хах! Разумные удивительны. Удивительны и не очень-то и понятны. Помню, как они радовались, открывая возможность перемещения в гиперпространстве. Радовались и думали, что достигнут предел. А спустя несколько тысячелетий всё повторялось. Трижды на моей памяти. Только каждый последующий раз промежутки между «открытием» следующего слоя становились всё больше. Тридцать шесть миллениумов назад «открыли» четвёртый.
  
В Информаториуме чётко написано, что слоёв пространства бесконечное множество, а выход на следующий сопряжён исключительно с увеличением порядков энергий и сложностью их манипулированием. Доступ к этой информации имеют даже школьники Империума.
Имели.
Нет больше Империума.
Тридцать четыре миллениума, как нет. Не продержался он без меня и десяти. И пяти не продержался. Меньше, чем за два тысячелетия растащили на кусочки.
Нет, никаких внешних врагов. Какие внешние враги, когда Империум объединял всю вселенную? Буквально всю.
Ммм-да, всё, что создавалось полторы сотни миллениумов, с самого зарождения этой вселенной…
Всё похерено в отсутствие объединяющего фактора. Фактора, который дамокловым мечом висел над головами слабых духом разумных, не позволяя им заиграться в игру под названием «власть».
Ладно, чего уж там, стоит признать, что Второй Империум не удался. Слишком многое в нём было завязано на одну фигуру. Признать, и на его руинах начинать строить Третий, с учётом ошибок предыдущего. Благо, хоть эти самые руины есть. Межгалактическая Информационно-Транспортная Сеть, кратко – МИТС, всё ещё существует. Правда, не функционирует. Вышла из строя без техобслуживания. А без оного она осталась по причине запечатывания Главного Администратора в стазис на эти самые тридцать четыре миллениума.
Меня то бишь.
Ммм-да, постарались ученички, постарались.
Впрочем, я и сам хорош. Нельзя было доверяться Эш, ведь знал же, что нельзя. Но понадеялся, что вместе с силой к ним придёт осознание. Не пришло.
Бракованные они вышли.
Печально.
А такая перспективная раса была. Умные, умелые, пробивные. Быстро обучаемые. Хваткие.
Схватили и унесли, весь Империум.
Теперь возвращать всё обратно. Собирать из кусочков лоскутное одеяло, чтобы потом, миленниумов через десять, оно вновь стало единым.
Только сначала надо МИТС восстановить, первым шагом – в этой галактике.
Открыв глаза, сладко потянулся.
Сон. Всего лишь сон. Но такой яркий, будто… будто…
Будто я на самом деле был там.
Будь там запахи, уверен, я бы их почувствовал. Но точно знаю, что в той комнате запахов нет. И не может быть.
Вот только я никогда в этой комнате не был. В отличие от того же прошлого-будущего, которое с каждым годом помню всё менее ярко, но совершенно точно знаю, что оно было. Процветание семьи, основанное на тех знаниях, не даст соврать.
Впрочем, если посмотреть с другой стороны, то я же как-то сюда из этого прошлого-будущего переместился, так? Причём, уверен, способ, которым это сделал… ну, его знаю только я. Вряд ли кто-то до такого издевательства над официальными законами природы и мироздания вообще смог бы додуматься. Я же точно знал – сработает.
Правда, не знал, что.
Ммм-да, всё чудесатее и чудесатее, говорила Алиса…
Так, ладно, я ни в чём не уверен, потому что не могу быть в чём-то уверен…
ПэПэКа я помню, как разработал. И помню, что этому предшествовало – изучение большого количества знаний и попытка их систематизировать. Провальная, потому как иначе Концепция бы не появилась. Именно логические нестыковки в системе современного научного знания и привели меня к тому, что эту самую систему пришлось перестраивать с нуля. С самых азов – философии и концепции мер и величин. И из них уже выстроилась сама Пространственно-Потоковая Концепция. Сама выстроилась, практически без особого моего осознанного участия. Как в легенде про таблицу Менделеева, которая совсем не таблица. Просто щщёлк! И мир становится по-другому. Пространство, потоки, каскады, матрицы…