If you give in tonight (СИ)
— Луи Томлинсон. Очень приятно.
Пока они жмут друг другу руки, Гарри успокаивает отчаянно колотящееся сердце. Страх, что Лиам узнает Луи тёмным облаком заволакивает чистое чувство радости. Но Пейн не узнаёт.
Они перекидываются парой шуток, и Луи мягко отказывается от предложения выпить втроём. Лиам разочарованно пожимает плечами, нахально подмигивает Гарри перед уходом, и выдавить кривую лицемерную улыбку оказывается так трудно. Весь его хвалёный актёрский талант сходит на “нет” в закручивающейся воронке беспокойства.
На автомате Гарри закрывает дверь, и не моргая смотрит на свою трясущуюся руку.
— Гарри, ты будто каменный, — шепчет преступник, обжигающе горячим языком лаская ухо.
Сильными бёдрами Луи толкается в его тело, безмолвно умоляя ответить на страсть, что кипит в нём, и Гарри помнит, как резко и хорошо Томлинсон умеет двигаться, чтобы доставить яркое, почти болезненное удовольствие, но страх не разжимает стальные когти, не даёт дышать.
— Если бы он узнал тебя? — шепчет Гарри, на ощупь находит пальцы преступника, переплетает со своими. — Если бы Лиам сообщил в полицию?
Тихий смешок вводит Гарри в ступор. Он злится на безрассудство Луи, злится на собственный липкий страх, ползущий тонкой струйкой холодного пота по спине.
— Всё хорошо, малыш, — преступник мягко убирает кудряшки за ухо, целует нежно подбородок. — Сейчас я совершенно чист перед законом.
— Как? — неверяще выдыхает Стайлс.
Преступник снова усмехается, и Гарри уже начинает ненавидеть эту его привычку.
— Я расскажу тебе однажды, а пока…
Гарри возвращается в спальню, ведомый уверенной рукой Луи, присаживается на край постели. Замешательство, усталость охватывают каждую клеточку его тела, и хочется прижаться щекой к прохладной ладони преступника. Набраться от него сил.
Теперь, когда Луи вернулся, Гарри вновь чувствует себя слабым и нуждающимся.
— Это тебе, — словно фокусник, он вытаскивает из-за спины Стайлса ту самую подарочную коробку.
Руки дрожат, когда Гарри тянет алую ленту на себя, и она прохладой ласкает пальцы. Внутри, в деревянной шкатулочке он находит кольцо. Тонкий серебряный ободок, и неизвестные буквы витиевато вырезанные на гладком металле.
Кольцо выглядит искусным и дорогим.
— Когда я увидел его, я подумал о тебе, — Луи вплетает свои пальцы в непослушные кудри, прочёсывает их, и Гарри мурчит от удовольствия в его руках. — Нет, не так. Всё это время я думал о тебе. Когда я увидел кольцо в одной из лавок старьёвщика в Каире, я увидел в нём тебя. Благородное и утончённое. Оно будет идеально сидеть на твоём пальце.
— Это предложение? — щекой, будто котёнок, Гарри трётся о ладонь Луи, пока разноцветные бабочки щекотят его кончиками крыльев внутри. И хочется глупо хихикать и продолжать ластиться к сильному телу Томлинсона.
— Пока что нет, малыш. Но однажды… — многозначительно кивает тот.
Поцелуй, что дарит ему Луи после этих слов не похож ни на один, что был у них до этого. На вкус он как обещание, отдающее чуть солоноватым привкусом клятвы крови, и сладостью любовного заверения. И пока Гарри со стоном отдаётся ощущениям горячих губ, Луи ловко надевает кольцо на его палец. Металл холодит кожу, чувствуется лёгкой тяжестью. Чужой рот сминает его губы сильнее, язык настырнее проникает в рот, и Гарри подчиняется.
Луи обещает ему новое будущее, надёжное и полное заботы, и Гарри соглашается, принимая это кольцо и Томлинсона в свою жизнь. Без лишних вопросов, с безоговорочным доверием.
— Подожди, — запыхавшись, отстраняется он. — Каир?
Ответом ему служит самодовольный смех и яркие искры в глазах Луи.
— Потом как-нибудь расскажу. Я слишком долго ждал этого вечера.
Толчок в плечо опрокидывает Гарри навзничь, и Луи тут же придавливает его к постели. Снова затыкает рот поцелуем, отрезая поток ненужных сейчас вопросов.
А Гарри не сопротивляется, отдаётся во власть ласк, впитывает страсть исходящую от преступника. И пока чужие умелые губы выводят узоры нежности на его теле, мысли растворяются в удовольствии. Одно Гарри успевает понять, прежде чем Луи опускается ниже по его обнажённому торсу - неважно, что сделал Луи. Когда преступник будет готов, он признается, и тогда у Стайлса будет лишь один ответ для него.
“Я люблю тебя”
========== Бонус. Правда о Луи ==========
Комментарий к Бонус. Правда о Луи
Для тех, кто хотел узнать Луи поближе.
Возможно, многих разочарует то, кем он является на самом деле, поэтому, если вы желаете сохранить его образ преступника в своей памяти таким, то лучше воздержаться от прочтения))
Половина главы написана Visty) Спасибо за экшн! Я бы не смогла)
Месяцами ранее.
— Открывай камеру, Найл, — серьезный и взволнованный голос заставляет парня за компьютером лишь улыбнуться.
— Да брось, Зейни, доверься профи, — усмехается он и открывает четыре камеры одновременно, выпуская заключенных на первом и втором этажах.
Охрана реагирует мгновенно, включая тревогу, но Найл следит лишь за одним человеком, чья тюремная камера находится на его мониторе.
— Когда я скажу “три”, открываешь, — отдает приказ Зейн, сидя в машине за территорией тюрьмы. На соседнем сидении лежит автомат.
— Окей, но ты даже не дал мне повеселиться, — парень обиженно надувает губы, на что второй агент закатывает глаза.
— Заткнись и перестань выпускать заключенных! Один, — он вжимает пальцы в руль, надавливая педаль газа. — Два.
— Три, — быстро отвечает Найл и нажимает кнопку, освобождающую заключенного камеры 423.
Решетка открывается с глухим скрипом, и Луи поднимает взгляд. На лице появляется легкая ухмылка, и он выходит в коридор, слыша крики на нижних этажах. Он идет вперед, вырубая на пути одного из охранников, смотрит в камеру, и когда открывается очередная решетка, Луи улыбается и отдает честь, зная, что Найл видит его на экране своего ноутбука.
— Он на втором, — быстро бросает Хоран в микрофон, и Зейн трогается с места, направляя машину к воротам тюрьмы.
Дротик, выпущенный из автомата, и один из охранников падает на асфальт. Зейн вылетает из машины и забегает в кабину, по дороге усыпляя еще одного охранника.
Луи выходит из дверей первого этажа, и тут же уворачивается от удара, перехватывая запястье и выворачивая руку охранника за спину, заставляя громкий вскрик вырваться из его горла. Томлинсон делает удар локтем в заднюю часть шеи, и мужчина падает без сознания. Двери открываются одна за другой на его пути - Найл всегда безупречен в своем деле.
Заключённый выходит из тюрьмы, где его встречает Зейн. Вместе, они направляются к машине, в то время, как Хоран быстро собирает свои вещи и покидает крышу.
— Держи, — Зейн протягивает сумку, и Луи вытряхивает ее содержимое на заднем сидении. — Там все необходимое, это тоже возьми.
Луи поднимает взгляд и берет из рук брюнета мобильник.
— Там координаты, ты должен будешь идти точно по ним.
— Выходит, мне придется скрываться? — глаза Луи расширяются, и между бровей пролегает складка. — После всего, что я сделал?
— Послушай, Томмо, директор счастлива. Ты получил все сведения от этого парня, но контора не может быть никак причастна. Ты должен будешь скрываться несколько дней, после чего тебя заберут.
— Это что, шутка?
— Ты знал, на что шел, — машина останавливается, и парень в капюшоне залезает на переднее сидение. Зейн с ревом мотора продолжает гнать дальше.
— Привет, Луи, — Найл сдергивает капюшон и бросает сумку назад. — Поспеши, у тебя мало времени.
Томлинсон ничего больше не говорит. Он молча берет одежду из сумки и переодевается, меняя свою тюремную форму на тёмные штаны и чёрную толстовку, которая не очень-то согревает. Машина останавливается на обочине шоссе, и Луи бросает взгляд на ночной лес. Он сглатывает и поворачивается к парням.
— Держи, — Найл протягивает ему пистолет с сочувствующим взглядом.
Луи, ничего не говоря, засовывает его за пояс и бросает мобильник в карман.