Возвращение в Мелисин (СИ)

Вопрос участия упирался в магию, в применении которой соперники не ограничивались. Можно было бы заявить конкурсантами Эрметта и даже Дафну. Однако за каждым бойцом стояло одно из четырех королевств. Даже участие Тельдара Анвеяра подразумевало, что он подданный Езеарана, и в случае победы тиара достанется Арусандам.
Рассвет над Иринталом уже занялся, а мы так и не нашли приемлемого решения. Вторым по важности вопросом было обеспечение безопасности нашего дома и защита детей. Если со мной уйдут сендары и Калим, а Лаэрт и зельги выдвинутся в Неньясир, ущелье останется без защиты. Конечно, в случае опасности люди укроются в надежных убежищах, твари до них не доберутся. Однако это место стало домом, и я бы не хотела по возвращении увидеть развалины и поселившихся тут монстров. Семейство хорбов мы уничтожили, глирхи оббежали территорию и не обнаружили паучьих следов. Да и хранитель вздохнул свободнее и восстановил границы защитного барьера.
  
За завтраком к нам присоединились зельги и остальные обитатели ущелья. Конечно, их беспокоила дальнейшая судьба нашего поселения. Они не желали оставаться в стороне от обсуждений. Поскольку от наших действий зависело будущее каждого жителя, пришлось частично поделиться проблемами.
Разразились бурные споры. Каждый что-то предлагал, доказывал, как будет лучше, спорил до хрипоты. Додумались даже до того, чтобы под маской Тельдара Анвеяра выставлять на поединок разных воинов. Однако комплекцию того же Эрметта не сравнить с худощавым телосложением брата. Да и магия у Габброна специфичная. Многие из тех, кто учился в академии и присутствовал на поединке зельга с езеаранским принцем, без труда его опознают. Тогда, если победа останется за Эрметтом, Зельдарин заявит права на тиару. Не имело значения, что клан объявил себя вольным. Он принадлежал подгорному королевству. Следовательно, в случае победы, тиара отправится в Зельдарин. Мне следовало лично участвовать в поединках и побеждать, чтобы заполучить последнюю часть артефактного доспеха. Но как сделать так, чтобы тиара досталась мне, а не Езеарану?
— По-моему, это очевидно! — Фыркнула Тэми, когда спорщики выдохлись и затихли. — Таурелии надлежит объявить себя представителем Иллеверы, пятого королевства.
— Каким представителем? — Я нервно икнула.
— Законным, каким же еще? Понимаю, вы мне не доверяете, и тому были причины. Однако я не поверю, чтобы Хелларион Эркасс, с которым у вас прослеживаются схожие признаки расы эльхельсов, пошел бы на конфликт с Зельдарином из-за безродной эльфирки. В то же время, тебя официально не объявляли подданной северного королевства. Почему?
— Потому что они сами не понимают, кто я и откуда появилась. — Не стала опровергать выводы Тэмилии, оказавшейся довольно сообразительной девушкой. — По прибытии в Мелисин планировалось провести еще один ритуал, определяющий родство и чистоту крови.
— Тебя признали артефакты последней эльфийской королевы. — Поддержал жену Лаэрт. — По большому счету, ты со всеми королевскими семьями находишься в дальнем родстве. А по чистокровности даже наследным принцам дашь фору! Так что их проверки ничего не стоят!
— Но нельзя же взять и объявить себя наследницей страны, исчезнувшей полторы тысячи лет назад? — Хмыкнула скептически. — Если я вдруг задумаю совершить подобную глупость, как докажу, что являюсь той, за кого себя выдаю? Что это за королева без подданных, армии или дворца? Дворец мне, конечно, не нужен. Но я опасаюсь, что меня выставят самозванкой. Кем я буду править? Тварями?
— А разве мирцины тебе не подчиняются и не считают королевой? — напомнил Эрметт. — Да и с глирхами ты нашла общий язык, чего никто и никогда не делал. Помимо этого, ты обладаешь редкими знаниями и талантами, которыми не владеет ни один человек в Мирильсинде. Уверен, твое триумфальное появление с такими подданными на королевском приеме произведет фурор. Не знаю, как остальные, а я готов принести присягу хоть сейчас.
Слова Габброна произвели эффект разорвавшейся бомбы. Повисла напряженная тишина, как будто на людей снизошло внезапное озарение. Я заерзала, ощущая неловкость от повышенного внимания и тех перспектив, что озвучил зельг. Ухмыльнувшись собственным выводам, Эрметт поднялся из-за стола, подошел ко мне и припал на одно колено, склонив голову.
— Я, Эрметт Габброн, глава вольного клана Габбронов присягаю на верность Таурелии Алахаст, первой королеве возрожденного королевства Иллеверы! Клянусь служить верой и правдой, не жалея жизни защищать честь и достоинство Ее величества и наследного принца Иллеверы Эльдариона…
Примеру Эрметта последовали остальные, включая самых маленьких обитателей ущелья. Присягу я приняла, обещая в ответ заботиться о людях и их благополучии. Однако не представляла даже, что делать дальше. Недостаточно ведь объявить себя хозяйкой ничейных земель и вести прежний образ жизни. В любой стране есть исполнительная власть, армия и карающие органы, следящие за порядком и наказывающие нарушителей. И, помимо этого, еще столько вещей, о которых я никогда не задумывалась. Например, у королевства должен быть герб, печать и флаг, а также атрибуты власти, подтверждающий легитимный статус. Не помешала бы священная реликвия, что станет впоследствии королевским достоянием. А еще необходим свод законов, регламентирующий права и обязанности граждан.
Первым жителям даровались привилегии аристократии и право на основание собственного рода. Я использовала принцип дворянства, когда титул выдавался за военную службу. Обширными владениями я похвастаться не могла. Мне принадлежал лишь клочок земли с ущельем. В дальнейшем, когда освободим Иллеверу от власти Темного короля, будем решать вопросы с земельными наделами.
За основу герба мы взяли родовой знак эльфийского дома Алахаст, принадлежащий последней королеве. Он удивительно напоминал земную королевскую лилию, которая изображалась бутоном с двумя изогнутыми лепестками по бокам и перевязью в нижней части. Центральному бутону мы придали форму жала глирха, а боковые лепестки изобразили в виде мирциновых жвал. В нижней части расположили молот и меч из рога чербиса, скрещенные между собой. Хищный получился образ, зато как нельзя лучше отражающий союз хищников, эльфиров, людей и зельгов. Дафна взялась нанести знак на экипировку и другие вещи, представляющие ценность.
Остальные вопросы требовали времени для детальной проработки. И заниматься этим надлежало новоиспечённым подданным, среди которых я назначила себе помощников. Лаэрту досталось организовать службу безопасности и разведки, ведь подобную деятельность он и так осуществлял, вербуя сторонников среди преступного мира. Нимернис отвечал за службу королевской охраны и обучение новых сендаров. Нелринья ему в этом помогала. Эрметта поставила главнокомандующим несуществующей пока армии. На плечи Шалсей легли обязанности по организации лекарской службы. Науру вместе с Тэбан суром надлежало возродить школу, где обучались бы будущие охотники и воины. Велари Габброн назначила ответственной за хозяйственную часть нового королевства. В общем, управляющих должностей хватало, а вот с исполнителями возник дефицит.
Привлечение новых людей на наши земли подразумевало наличие рабочих мест и соответствующих условий проживания. А кого нам привлекать, когда сами ютились на небольшой территории? Вопрос охраны ущелья в свете последних событий вышел на первое место. Идея того, как расширить и обезопасить владения, пришла, когда я наблюдала за игрой ребятишек с глирхами. Гая подсказала, что Рильянна способна общаться с хищниками без привязки. Возможно, в этом заключался ее уникальный дар? Но я тоже сумела найти общий язык с монстрами. Значит, такая же способность передалась Эльдариону. Я на это рассчитывала.
  
А план был прост и рискован одновременно. Я же пообещала королеве мирцинов, что найду для юной королевы и ее подданных новый дом. Так, почему бы нам не объединиться? Мирцины — великолепные строители, трудяги и добытчики. Они способны возвести гигантский муравейник из камней, форму и размеры которого можно изменять по собственному усмотрению. Так, почему бы не создать общий дом, в котором нашлось бы место людям, насекомым и хищникам?