Возвращение в Мелисин (СИ)

Суры удалились в один из пространственных карманов, чтобы пообщаться, вспомнить прошлое и поговорить о будущем. Ну а я посвятила это время общению с Эльдарионом. За два дня разлуки так соскучилась, что не хотелось никуда уходить.
Зельги и Нелринья выпустили пойманных ваарсов в клетки, чтобы понаблюдать за тварями и изучить их особенности. Работникам в ущелье прибавилось трудов, когда мы выгрузили хранилища с трофеями, собранными по дороге.
  
Однако все когда-нибудь заканчивается. Настало время и нам уходить. В пространственном кармане два старых друга успели приговорить бочонок хмелевки, продегустировать настойки и умять половину туши гефосса на закуску, а потом еще выспаться и протрезветь. Тэбан сур редко употреблял спиртное и не одобрял возлияний. Однако ради таких редких моментов делал исключения. Оба сура вышли свежими, подтянутыми и отоспавшимися. Последнее особенно важно, учитывая постоянный недосып и тревожную обстановку в Вагоре.
— Лаисса, подойди, пожалуйста! — Тэбан при домашних называл меня прежним именем, а я и не возражала. Это имя осталось для близких, кто знал меня с первого дня, когда я появилась в этом мире. — У Веонда есть, что тебе сказать.
— Как посидели? — Подошла, с улыбкой рассматривая решительно настроенного сура и довольного собой отца.
Тэбан никому не рассказывал, что втайне занимался выгонкой первача, конструкцию для приготовления которого и принципы действия я расписала во всех подробностях. Спирт требовался для лечебных настоек и дезинфекции ран, а уж какое открывалось поле деятельности для изготовления напитков на его основе! Кто, как не лучший друг, способен оценить необычное хобби? Единственное условие, которое я поставила, когда открывала этот «ящик Пандоры» — чтобы отец регулярно принимал печень тварей, излечивающую любые болезни.
— Душевно! — ответил за двоих Тэбан сур и похлопал друга по плечу. — Смелее, Веонд, не робей! Перед тобой все та же Лаисса.
— Я, Веонд сур Фарраг, присягаю на верность Таурелии Алахаст, первой королеве возрожденного королевства Иллеверы! Клянусь служить верой и правдой, не жалея жизни защищать честь и достоинство Ее величества и наследного принца Иллеверы Эльдариона…
— Я рада, что теперь вы с нами. — Разумеется, я приняла присягу. Сама ведь хотела заполучить в команду честного и радеющего за дело человека. — Буду признательна, если и другие охотники, которым вы доверяете, присоединятся к нам. Главное условие — верность и преданность делу. Помните, ни единого слова обо мне не должно быть сказано без клятвы молчания.
— Будет исполнено, моя королева! — Седой охотник почтительно поклонился.
Непривычно, когда люди, от которых прежде зависела моя судьба, теперь склоняли головы.
В Северный Вагор мы вернулись на рассвете. Жизнь в крепости уже бурлила и текла своим чередом. Собрались быстро, отказавшись от завтрака, после чего попрощались и выдвинулись в дорогу. Веонду я оставила ключ, позволяющий открыть проход в пространственный карман, а оттуда — в ущелье. Воспользоваться убежищем он обещал в крайнем случае и без особенной надобности не соваться в подземный ход. Но это комендант дал такое обещание, а вот Тэбан сура никто не ограничивал в перемещениях. Я не видела в том ничего страшного, если два друга встретятся на пару часов в потайном кармане, чтобы обменяться последними новостями. Все равно снаружи пройдут считанные секунды. Отсутствия обоих охотников за это время никто не заметит.
  
Глава 7
 
С наезженного тракта мы свернули, как только стены крепости исчезли за зелеными берозисами. Согласно карте, которую нарисовал Веонд сур, пещера с древними рисунками затерялась у каменной гряды, незаметно прирастающей по бокам холмами и скальными островками, лишенными растительности. Укрытие в скалах обзавелось постояльцами, о вероятном наличии которых комендант предупреждал. А мы как раз освободили пространственные хранилища, поэтому не отказались набить карманы свежепойманными северными эргалами.
В звериной берлоге стоял душный запах тварей, которые щедро обжили каждый угол жилища. И магию-то не применишь, чтобы очистить «эргаловы конюшни». Немного помогли маски, фильтрующие воздух. Я не пожалела муриды, чтобы расчистить полы от слоев грязи, мусора и навозных куч.
Что ж, комендант не ошибся, в пещере нашелся вход в убежище. Мы с Дафной активировали дверь и проникли внутрь, обнаружив потайную комнату с лежанками вдоль стен. В центре горой были свалены мешки с трофеями, а на магической плитке грелся ужин. Заряд у плиты оказался недолговечным, пища за столетия испортилась и превратилась в труху. Зато остальное добро сохранилось в первозданном виде.
Очевидно, в убежище древние пережидали опасные времена. Однако снаружи что-то произошло, раз люди покинули безопасное место и уже не вернулись. Содержимое мешков нас заинтересовало, конечно, но больше любопытства вызвал второй выход.
Добычу я отправила в тайник, чтобы изучить содержимое позже, а сама направилась к неизвестному проходу. Активировать его предстояло уже мне. Этой странной особенности я пока не нашла объяснений. Вероятно, для экономии времени проходы строил артефактор-зельг, раз для открытия требовалась магия подгорных жителей, а внутри пространственного кармана работал эльфийский мастер, умеющий создавать управляющие панели. Как бы там ни было, а я уже изготовила для себя универсальный ключ на основе крови Дафны Нальнир. Но зачем расходовать заряд артефакта, когда под боком живая «отмычка»?
Уже второй раз за пределами второго выхода нас встретила ледяная стена. Вмерзших тварей внутри, к счастью, не обнаружилось, но и воспользоваться переходом не получилось. Пронизывающий ветер моментально вымораживал тепло, а от дыхания на лице намерзали сосульки.
Меня наружу не отпустили. Калим молча загородил дверной проем и произнес веское: «Тебе нельзя собой рисковать!». На разведку отправилась Нелринья, как единственная из оставшейся команды, способная перенести аномальный холод. Но даже она выдержала всего пять минут. Проход вел в ледяное ущелье, каких в северном гористом крае столько, что за год не сосчитать.
— Не знаю, что за местность снаружи. — Расстроилась эльфирка, что не сумела помочь. — Вокруг заснеженные скалы и торосы ослепляющего льда. Ветер дует такой силы, что невозможно от него укрыться.
— Эх, а я надеялась, что обнаружим дорогу в Мелисин. — Вздохнула. — Еще один путь в никуда. Помните, Нимернис описывал нечто подобное в первом проходе? Вряд ли это случайное совпадение.
— Согласен. — Покивал Эрметт. — Ним упоминал, что выход расположен на скале, которую атаковали неживые твари. Если обобщить, знаешь, что мне это напоминает?
— Что? — Вопросительно посмотрела на зельга.
— Наше ущелье и тайные проходы, ведущие в разные места. Как и ты, кто-то создал систему переходов и убежищ с различным течением времени.
— Думаешь, в тех краях жила королева эльфов? — Живо сообразила я. — Но отчего местность вокруг покрыта льдом, а выжить там способна только нежить?
— Полагаю, ответы мы найдем в Мелисине, — хмуро добавил Калим.
Я невольно вздрогнула, еще не привыкнув к другому звучанию голоса. Остальные, не знавшие парня прежде, воспринимали его нормально и радовались, что молчун заговорил.
— Тогда не будем задерживаться. — Поторопил Эрметт. — Веонд сур упомянул, что караван из северного королевства ожидается через месяц. Вероятно, король Айяр Эркасс повезет тиару на турнир, чтобы передать новому победителю.
— Глирхи на подходе, скоро отправимся в дорогу. — Я связалась с четвероногими спутниками, которые кружили неподалеку.
  
Задерживаться в убежище не стали. В трофеях древних, на первый взгляд, не нашлось ничего интересного. Туши тварей, мясо, кости, шкуры — все, как и у нынешних охотников. Разве что возраст монстров достигал полторы тысячи лет.
Мужчинам снова пришлось отправиться в пространственный карман, когда мы оседлали кошек и помчали к великой стене, опоясывающей Мелисин. Воздвигли столь монументальное сооружение маги земли, благо материала для строительства в горном крае хватало. Но с какой целью эльхельсы отгородились от остального мира, что скрывали за каменным забором и почему до сих пор не пускали чужаков, оставалось тайной.