Потерянное письмо (ЛП)

Улыбка Сильвии медленно погасла. Его слова задели ее. Возможно, он хотел, чтобы они это сделали. Или, может быть, он искренне не мог представить себе человека, обретшего счастье после стольких невзгод?
- Нет, - сказала она. - Я не могу сказать, что полностью довольна, милорд. И я не знаю тех, кто был бы целиком удовлетворен своей жизнью. Но я гораздо более довольна, чем была в течение нескольких месяцев после смерти папы. Это были действительно очень мрачные дни. Я бы утонула в горе, если бы мне не пришлось немедленно искать средства к существованию. В любом случае, вскоре я обнаружила, что меланхолия никак не вяжется с трудолюбием. Чем больше я была занята, тем легче все это становилось. И теперь, хотя я не полностью довольна, я могу сказать, что да, я счастлива в своей новой ситуации.
- Ваша новая ситуация - дом торговца в Чипсайде.
      Он даже не пытался скрыть свое презрение.
- Скажите, мисс Стаффорд, скандал, связанный со смертью вашего отца, помешал вам найти работу у людей более знатного происхождения?
- Более знатного происхождения? - изумленно повторила она. Тот Себастьян, которого она помнила, никогда бы не употребил такой фразы. Неужели он стал таким высокомерным теперь, когда стал графом? Или это была еще одна попытка поставить ее на место?
- Не таких, как мистера и миссис Динвидди, вы имеете в виду?
Он коротко кивнул.
- Я действительно не знаю, - призналась она. - Я не пыталась найти работу среди своих бывших знакомых.
- Слишком горды?
- Да. Может быть, немного. Но дело было не только в моей гордости. По правде говоря, я не могу представить себе ничего более неудобного для моих бывших друзей, чем присутствие меня в их доме в качестве наемного работника. Не то чтобы они когда-либо рассматривали возможность нанять меня. Я достаточно образована, чтобы обучать дочерей торговца, но я сомневаюсь, что найдется много родителей с тем, что вы называете “знатным происхождением”, которые сочли бы мои ограниченные таланты приемлемыми. И потом, есть еще вопрос о смерти папы...
- После чего все друзья бросили вас.
- Это верно.
- И все ваши поклонники тоже, я полагаю.
Это поразило ее.
- Поклонники? Какие поклонники? Вы имеете в виду...
      Ей очень хотелось рассмеяться.
- Вы же не собираетесь оправдывать свое поведение неудачными действиями моего отца?
Себастьян нахмурился.
- Мое поведение?
- Если так, я предлагаю вам пересмотреть сроки. Вы были в Индии почти за год до того, как мой отец покончил с собой. Почти год, милорд.
Она никогда бы не подумала, что его взгляд может стать еще холоднее, но под тем взглядом, который он сейчас бросил на нее, Сильвия была удивлена, что она мгновенно не превратилась в сосульку.
- Я хорошо помню время, проведенное в Индии, мадам, - сказал он с ужасающей вежливостью. - Каждую минуту этого. Но какое отношение моя служба там может иметь к вам или вашему отцу, признаюсь, для меня загадка.
Она покраснела.
- Вы не хотите понять меня, сэр. Это не имеет никакого отношения к вашей службе, а с тем, что...
- О боже! Уже половина шестого?
      Веселый голос леди Харкер раздался от двери, положив внезапный и в целом милосердный конец их разговору.
- Как досадно, - сказала она, - ведь я так старалась быть пунктуальной!
Себастьян сердито посмотрел на сестру. Он очень хорошо знал, что она специально оставила его наедине с мисс Стаффорд. Он подозревал, что мисс Стаффорд тоже это знала. И если выражение облегчения на ее лице было каким-то признаком, она была заинтересована в возобновлении их отношений не больше, чем он.
- Надеюсь, вы проголодались, мисс Стаффорд. Джулия вошла в комнату, слуги последовали за ней.
- Хотя, как же иначе, вы ведь едва притронулись к еде в гостинице.- Она повернулась, чтобы обратиться к лакею. - Поставь чайный поднос туда, Томас.
  
      Она указала на мебель возле камина.
- Да, туда. Я позвоню, если нам понадобится что-нибудь еще.
Себастьян встал при появлении сестры, но теперь снова сел.
- Вы обедали на постоялом дворе?
- Я бы вряд ли назвала это обедом, - сказала Джулия. Устраиваясь в кресле, она расправила вокруг себя свои пышные юбки. - Человек из ”Быка" мог предложить нам только холодный пирог и немного теплого эля.
- Быка?
      Его гнев вспыхнул.
- О чем, черт возьми, ты думала, останавливаясь в таком месте?
- Что мы были голодны, - сказала Джулия, откровенно добавив: “и нам нужны были необходимы кое-какие удобства.
Краска бросилась в щеки мисс Стаффорд от неделикатного ответа Джулии.
- Вашей сестре ничего не угрожало, милорд, - сказала она. - Я заказала для нас отдельную гостиную, и мы пробыли там ровно столько, сколько нужно, чтобы кучер позаботился о лошадях.
- Вот видишь.
      Джулия занялась тем, что разливала им чай.
- Мы были в полной безопасности.
      Наполняя чашку Себастьяна, она взглянула на него, ее губы приоткрылись, как будто собираясь что-то сказать. Он вернул ее пристальный взгляд, молча провоцируя ее упомянуть о его неспособности пить в компании. После тяжелой паузы Джулия снова закрыла рот и протянула ему чашку с чаем.
- Почему, во имя всего святого, ты не поехала на поезде? - спросил он.
Джулия пожала плечами.
- Харкеру это не нравится. Не после февральского крушения на станции ”Тоттенхэм".
Себастьян нахмурился. Сход с рельсов унес жизни пяти пассажиров и двух железнодорожников. Он вполне мог представить себе, как после этого Харкер запретил своей жене ездить на поезде. Хотя Себастьян понятия не имел, как его шурин мог подумать, что для Джулии безопаснее мотаться по сельской местности в карете, запряженной четверкой лошадей.
- Бык подходит для смены лошадей и ничего больше, - сказал он. - Сам постоялый двор далек от респектабельного. Ни одной леди не стоит переступать его порог.
Он бросил каменный взгляд на мисс Стаффорд.
- Даже гувернантке.
Мисс Стаффорд ответила ему пристальным взглядом, в ее голубых глазах на мгновение мелькнуло что-то очень похожее на возмущение. Что-то очень похожее на боль. Это исчезло прежде, чем он смог расшифровать это, выражение ее лица снова вернулось к линиям вежливого безразличия.
Чего бы он только не отдал, чтобы увидеть ее возмущение! Она почти потеряла самообладание за несколько секунд до прихода Джулии. Еще несколько мгновений, и она, возможно, сбросила бы эту приводящую в бешенство маску вежливости. Она могла бы накричать на него. Могла бы дать ему пощечину. Он, конечно, дал ей достаточно оснований.
- Я прикажу кучеру не останавливаться там, когда вы будете возвращаться в Чипсайд, - сказал он.
- В этом нет необходимости, милорд, - ответила она. - Я с удовольствием поеду на поезде.
Себастьян делал вид, что ему все равно, хотя в его мозгу возникали образы мисс Стаффорд, одинокой и уязвимой, в переполненном железнодорожном вагоне.
- Как пожелаете.
Джулия прервалась, нарезая кусок сливового пирога, и хмуро посмотрела на него.
- Мисс Стаффорд не вернется в Лондон по крайней мере в течение месяца. У нас нет причин обсуждать ее возвращение.
      Она повернулась к мисс Стаффорд, протягивая ей кусочек торта на маленькой расписной фарфоровой тарелочке.
- Он беспокоится о вашей безопасности, вот и все. Не то чтобы он когда-нибудь признается в этом.
Челюсть Себастьяна напряглась. Он ничего не сказал. Да и что он мог сказать? Конечно, он беспокоился о ее безопасности. Какой джентльмен не беспокоился бы? Она была незамужней женщиной, у которой не было ни семьи, ни состояния.
Красивая незамужняя женщина.
Теперь он смотрел на нее точно так же, как смотрел, когда она появилась перед его комнатами. Казалось, он не мог перестать смотреть на нее. Она чопорно сидела на краешке стула, только и делала, что пила чай и слушала Джулию. Исчезли модные платья, изящные атласные туфельки и сапфировые заколки, которые когда-то поддерживали ее блестящие каштановые волосы. На их месте был тусклый костюм гувернантки.