Увольняюсь, Ваша Светлость! (СИ)

Вечером я успела заглянуть в разложенные на столике бумаги. Там были нарисованы планы столичных улиц и дорог. Бесы готовились строить развязки, похожие на те, что были в моем мире, — только здесь приходилось учитывать способность огненных коней преодолевать часть расстояния по воздуху.
Я потягнулась. Поднесла пальцы поближе к лицу, чтобы рассмотреть свои новые украшения. Помолвочное кольцо я позволила герцогу надеть на безымянный палец левой руки, кольцо с ипостасями — тоже на безымянный, но на правой.
  
Ночью Конвей сделал это совершенно спокойно, даже как-то буднично. Я продолжала лежать у него на груди, пока он ловко управился с обоими перстнями.
Да, я могла бы рассказать, что на Земле мужчина, протягивая кольцо, иногда вставал перед возлюбленной на колени. Но мы не на Земле. А Эллиот скрывал это, но нервничал. Он по-прежнему во мне сомневался.
Оба кольца, на мой вкус, были необычными и содержали в себе белый металл, но скорее в качестве оформления. Помолвочное — из скрученного стекла или другого прозрачного сплава, в котором молочный сменялся нежно-зеленым. Иногда на поверхности вспыхивали бледные цветки.
Оно мне понравилось. Я не сдержала удивленный возглас, когда оно замерцало у меня на пальце в полумраке спальни. Рассвет уже вступил в свои права, но деревья частично заслоняли солнце в панорамном окне.
— Не снимай его без повода, — попросил герцог. — Это будет знаком того, что между нами серьезный разлад. Я пойму и приму, что ты отказалась от отношений.
Второе кольцо совершенно не выглядело зловещим. Я ожидала увидеть черный металл и как минимум застывшую лаву, но на ладони герцога сияло нечто глубокого синего цвета. Это даже не украшение, а самый что ни на есть магический предмет. От него сложно отвести взгляд. Кольцо явно обладало гипнотическим воздействием.
— Разве камень может быть таким? — острожно спросила я, когда Конвей расслабился, что оба кольца на мне, и довольный откинулся на подушки.
— Это мои концентрированные чары, — признал он, помолчав несколько секунд. — В одном перстне — вся нежность, в другом — сила. Зеленое станет напоминать тебе обо мне, а синее не причинит вреда, хотя для посторонних оно очень опасно… Я в курсе писем, что ты получала. Прости, в этом доме практически невозможно сохранить что-либо в тайне. Ради безопасности его обитателей.
Я сложила обе руки вместе и комната наполнилась разноцветными бликами. Перстни как будто играли одно с другим. И нравились мне. Оба.
— Я вычислю этого идиота. Наверное, он в сговоре с той особой, что попробовала устранить тебя. Та действовала более хитро. И с отравлением у нее получилось даже в обход защиты. А вот на что рассчитывал демон, пытавшийся прибрать мои ипостаси… Старайся лишний раз не касаться перстня, не посылай ему мысленные импульсы. Маловероятно, что этого хватит, чтобы освободить одну из сущностей, однако они в состоянии устроить разгром.
Наклонилась над ним, облокотившись на подушку. Такое спокойное лицо. Довольное-довольное. Даже не подумаешь, что за ним прячется грозный Тэнгир. Или что это демон, лучше всех в Аду закрывающий таинственные разломы. И разве язык повернется обвинить Его Светлость в том, что природных аномалий в столице в последнее время было многовато…
— Наверное, он, ну, твой противник… собирался тебя ослабить. Выкинуть кольцо куда-нибудь… в Горнила.
— Вряд ли, — Конвей снова притянул меня к себе и поцеловал в кончик носа.
Покраснела, потому что жест получился таким интимным. Этой ночью мы стали гораздо ближе. Я почти перестала его стесняться.
— Демоны слишком жадны и часто — глупы. Попробуй хладнокровно избавиться от того, что может стать источником силы.
Сам он так и сделал. Запрятал свою мощь, решив, что без нее ему проще. И, кстати, в ответе промелькнуло высокомерие бога-степняка. Я, тем временем, снова засыпала.
— С кольцами мне лучше? Их же все равно никто не увидит.
— Гораздо лучше. Я по тебе скучаю. А так я вроде бы рядом.
Этим утром я нежилась в постели долго. С наглостью отнюдь не служанки. Новенькая горничная уже принесла завтрак. Никто не задавал вопросов.
И когда герцог все успевает, даже скучать? Да, весь день мы не вместе, но ведь и у меня столько дел, что я начинаю оглядываться в поисках знакомой фигуры ближе к вечеру.
Связь закреплена, напомнила я себе. Мысль больше не вызывала панику. В конце концов в этом есть закономерность. Моя история в Бездне началась с Конвея-Тэнгира и продолжилась им. Точку, какой бы они ни была, я смогу поставить только в их компании.
Таким ярким утром хотелось верить в счастливый финал. Оставалось его придумать.
Я сладко потянулась.
  
Глава 88 
 
— Госпожа экономка изволила вспомнить об обязанностях?
Перес застал меня на кухне с чашкой чая. Я перебирала утренние газеты и заодно листала большую книгу, куда дворецкий и Конвей вписывали даты и суммы закупок. Я добавила туда свою часть за последние два дня.
Эллиот наконец внял моим мольбам и перестал заваливать коробками со сладостями. Я скромно закусывала сухим крекером и вяло размышляла, не соорудить ли сэндвич.
Выпада дворецкого я даже не ожидала. На этой неделе мы с ним существовали вполне мирно. Он был доволен исчезновением горничной-вредительницы, некоторому новому порядку в доме, а, главное, тому, что с нами благополучно жил Френсис.
— Какие-то проблемы, господин вурдалак? Девушки сегодня вышли втроем и уже начистили серебро. Я проверила и осталась довольна. Теперь ваша очередь. И большая уборка, о которой я вас предупреждала, тоже в разгаре.
Перес опешил, но ровно на секунду.
— Вам бы следовало находиться при них. Иначе как вы сможете быть уверенной, что они нигде не оплошали?
— Что за претензии на пустом месте? Гортензия и Роза работали здесь еще до того, как герцог вспомнил о том, что у него свободна квота на экономку. И потом, ты тоже не ходишь по следам за лакеями. Твои обязанности вовсе не в этом.
Нехорошее мерцание его зрачков напоминало, что передо мной существо еще менее предсказуемое, чем бес. Неужели Перес глотнул что-то вызывающее агрессию или, наоборот, давно не хватался за пузырек с алой жидкостью…
Нервно крутанула молочно-изумрудное кольцо на пальце. Привычка, которая, наверное, имелась в прошлой жизни, но в Бездне, за неимением украшений, я о ней и не вспоминала… Ни с того ни с сего меня накрыл острый приступ раздражения. Я едва сдерживалась, чтобы не хлестануть в обе стороны энергетическими бичами. Мне не нужны в доме посторонние. Мне вообще в доме не нужен никто кроме тех, кто уже в нем. Нельзя их пускать, а не впустить — будет означать открытый конфликт с первым кругом…
Пока я пыталась взять в толк, что происходит, чай в чашке пошел рябью, а затем и вовсе вскипел. Одновременно ажурная салфетка под ладонью задымилась. Я вскрикнула и водрузила на нее плетеную тарелку, полную слив. Повезло, что все эти нагревательные процессы оборвались так же внезапно, как и возникли.
Перес изменился в лице, прочитав на моем невиданные доселе эмоции. Он, не отступивший перед маркизом инквизитором, попятился к выходу, оставив меня продолжать чаепитие. Чертовщина?
— Медиум? Что за напасть, — бормотал удаляющийся дворецкий. — Ваша Светлость, ну зачем же так. Предупреждать надо. Только я уверился, что это очередная охотница за титулом, нахваталась у суккуб, подмешала дряни… как вдруг глубокая связь.
Шаги Переса стихли, а я не сразу пришла в себя. Выходит, только что поймала эмоции Эллиота. Причем погружение было настолько сильным, что я уловила обрывки его мыслей. Возможно, всему виной кольцо, которого коснулась. Или же теперь это станет нормой и я буду реагировать на его переживания. Кто знает, что нормально для связанных общей вязью, а что нет?
  
Словно в ответ на мое беспокойство Конвей написал в блокноте несколько строчек — что все в порядке и пугаться не следует. Я уже привыкла пристегивать книжицу к поясу независимо от того, нахожусь в особняке или за его пределами.