Увольняюсь, Ваша Светлость! (СИ)

— Уже не раздражает? — не утерпела я.
За это была разжалована до звонкого шлепка по попе. Сноу сделал вид, что сейчас разожмет руки и кинет в бассейн. Я визгнула и обхватила его шею еще крепче.
Он по ступенькам спустился, держа меня на весу, и теперь, помимо его рук, со всех сторон тело гладила вода. Герцог нагрел ее до температуры более горячей, чем комнатная, и я погружалась в пузырьки с довольным урчанием. Мужчина пока избегал целовать в губы, и все внимание почему-то досталось шее. Он намотал волосы на локоть, чтобы не мешали.
  
— Как ты? — вдруг спросил он. — Шрам стремительно заживает, кисть почти в порядке. Вязь, насколько можно судить, убралась. Тесты, в идеале, я бы отложил до завтра, чтобы понаблюдать за динамикой.
Мы стояли посреди бассейна. Я плавилась от его касаний, а вот слова были совершенно лишними.
— Поцелуй меня по-настоящему, — потребовала я. — Чтобы язык внутри, я дрожала от твоего желания и тоже обо всем забывала.
— Джейн, — в голосе демона появилась непривычная хрипотца, в ответ на нее я сама потянулась к нему. — Я, возможно, переоценил свой уровень самоконтроля. Уже на грани, и скоро ты меня не остановишь.
Он умудрился отстраниться и, удерживая меня на вытянутых руках, приблизился к самому большому из гейзеров. Пузырьки нежили и щекотали одновременно. Снизу взметнулся фонтан огненных брызг, накрывший обоих с головой.
Я зажмурилась, но кроме приятного пощипывая — ничего. Даже воды носом не набрала.
— Теперь абсолютно точно, никаких следов этого существа, — сообщил герцог. Буднично, как на приеме у врача.
Вода вокруг нас закипала — но не из-за источников, а потому что ее перегрел Конвей. Я же положила голову ему на грудь и млела. Однако с его температурой надо что-то делать. Как и с проснувшейся во мне жаждой.
  
Глава 66 
 
— Что дальше? — спросила совершенно не своим голосом.
Я еще не верила, что он меня отпустит, но все больше этого боялась. Чувствовать его бедра, руки, скульптурную талию и рельефную грудь … да это лучшее, что со мной случалось. Отрезвление будет болезненным. А несбывшееся желание грозило отравить мне остаток срока в Аду.
Ерунда. Взрослая девочка. Как-нибудь справлюсь. Видеть его можно редко и не каждый день. Пораньше уходить в свою комнату. Нет, еще надежнее — не жить в его доме, а ночевать в «Лепестках».
Эти мысли вгоняли в отчаяние. Наверное, потому что я прощалась с ним, сидя у него на руках. Такой близкий и при этом недостижимый… Но ведь от одного раза ничего не случится?
Ага, от того самого, после которого рождаются дети, проявляются клейма, начинаются войны, — тут же ехидно подсказывал внутренний голос.
Мои руки все еще обнимали его за шею, а он медленно проводил носом то по одной груди, то по другой, будто случайно задевая соски.
— Я открыл портал в твою спальню. Как только выйдешь из воды, я тебя высушу, а сам останусь здесь. Мне нужно успокоиться.
От этого признания я дернулась: грудь подпрыгнула вверх, и он поймал сосок в рот. Слегка прикусил. Нечеловеческая жестокость. Бедра сами пришли в движение.
— А-а-а-а-у, но почему?
Я имела в виду, почему бы нам не продолжить. Пояснения ему и не требовались.
— Джейн, происходит нечто странное. Меня тянет к тебе. К этому, допустим, я привык. Но сейчас на тебе нет чужих отпечатков, а стремление присвоить никуда не делось. Я жажду не только войти в тебя, но и впустить мою магию. Сделать по-настоящему своей.
— Заклеймить? — уточнила я, зная ответ.
Внутренний голос забил на свои же подсказки и победно распевал арии.
— Да, милая. Причем сначала — распустить узоры по твоему телу, а уже потом овладеть им. Они стану мерцать и меняться с каждым твоим вдохом. Это поможет не пропустить ни один оттенок твоего наслаждения... Абсолютно счастливый демон. Ты когда-нибудь видела такое чудо?
Это невыносимо. Когда мой главный страх успел преобразиться в потребность? В эту минуту я не видела ничего ужасного в том, чтобы принадлежать этому мужчине. Даже наоборот, ровно наоборот.
Я цеплялась за него. Томление достигло запредельных значений. Едва сдерживалась, чтобы не тереться о его руки, как кошка.
— Это чары? Что со мной? Эллиот…
— Если бы я знал. Нам не нужны чары, артефакты, подготовка и даже твое имя. Ты открыта, полностью готова и зовешь так громко, что магия закручивается не только во мне, но и снаружи… Мы пытались провести этот ритуал с женой, но ни разу не прошли и трети этого пути. Она всегда отталкивала.
Упоминание о красавице-блондинке немного привело меня в чувство. Не до такой степени, чтобы выпустить Сноу… Я попыталась свернуться в комочек и спрятать голову у него на плече.
— Если бы у меня давно не было женщины, а ты оказалась талантливой суккубой… Но и это не то. Все не то. Тело бы требовало тебя, но магия бы молчала.
Как было бы здорово, если бы и он тоже молчал. Нет ничего хуже, когда мужчина прижимает к себе, но говорит при этом то, что тебя отталкивает.
— Ты мог бы сдержаться ради одного раза. По-моему, это то, что ты умеешь виртуозно. Отношения по расписанию, строгое чередование — сначала одна, потом другая. И привязаться не успеешь, — видимо, за язык меня дергал какой-то бес.
Конвей осторожно вернул мне вертикальное положение. Но за плечи придерживал, потому что я шаталась, как пьяная.
— Ты же отказалась быть одной из них. Количество моих женщин, кажется, тебя смущало. Раньше... Я со всеми стараюсь быть одинаковым. У нас в Бездне принято нести ответственность за тех, с кем ложишься в постель.
Не исключено, что он честно пытался понять и поэтому повторил:
— Одного раза? С какой кстати?
— Или двух, — как можно более легкомысленно заявила я. — В нашем мире это вполне допустимо. Без обязательств, если партнеры не готовы или не уверены…
— Понятно, — протянул он.
Я наконец заглянула ему в глаза. Пламя вернулось и знатно так полыхало. Я сжала его ладони, но он убрал их и развернулся ко мне спиной.
— Эллиот, есть же рамки… Мне нужно домой. И потом, твой сын…
Слова упирались в его напряженную спину, неприступную, как скала. Он слегка запрокинул голову и разглядывал мозаичную стену, будто спорил со всем миром разом.
— Уходи, Джейн. Наверное, это ошибка. Откат после обратного ритуала. Равновесие требует заполнить то, что вдруг стало пустым. Стечение обстоятельств. Скоро обоих отпустит.
Мне не потребовалась его магия, чтобы привести себя в порядок.Выскочила из бессейна, схватила кусок белого полотна с одной из полок, незаметно вписанных в стену. Замоталась и бодро пошлепала босыми ногами. Дорогу я знала.
Все, стоп. Никакого больше Конвея.
У себя я первым делом заперлась в ванной и полчаса сдирала воспоминания о его прикосновениях мочалкой. Кожу на руках не трогала. Она чуть-чуть покраснела, но, в целом, выглядела неплохо.
Отголоски желания все еще гуляли по телу. Спасало то, что я ожесточенно рыдала, — как следует, с полной самоотдачей. На другие эмоции сил почти не оставалось.
Затворила на амулеты дверь между мастерской и спальней, между спальней и коридором. Упала в кровать. Наверное, даже уснула. Во всяком случае, я пропустила момент, когда в комнату вошел Конвей.
Сознание плавало между сном и явью. На смену тяжести клейма пришли горечь и необъяснимое ощущение потери. Я все еще шмыгала носом, обнимая подушку и не желая думать, что это конец и он больше до меня не дотронется.
Кровать прогнулась под тяжестью демона. Ладони легли на ягодицы.
— Конвей, — всхлипнула я. — Мне было так плохо.
  
Он скинул с меня покрывало. Задрал сорочку к груди, а панталоны я на ночь не надевала. Не дал мне развернуться, и его тело впечатало мое в матрас.
Поприветствовала это решение долгим протяжным стоном. Демон прорычал в шею что-то очень нежное.
Бездна, вот умеет же молчать. Я тоже научусь. Лишь бы не останавливался.