Увольняюсь, Ваша Светлость! (СИ)

Девушка хлопнулась в своих широких юбках на пол, не пробуя даже подойти и оценить ущерб.
— Все пропало. Меня посадят, — бормотала она, спрятав голову между коленями. — В доме нельзя магничить без уважительной причины. Это потенциальная угроза для господ и их имущества.
Раздался подозрительный глухой звук. Неужели это то, что я думаю? Но если в ней течет кровь орков, даже разбавленная, шишки не будет.
  
— Оууууууугрххх, — причитала Роза хорошо поставленным контральто.
Мы с Гортензией, не сговариваясь, соединяли раму. Я ставила ее на место и придерживала, а горничная дозированно вливала магию.
— В бытовых целях разрешено. Это боевую нельзя, — пояснила она то, что я, в принципе, знала и сама.
— А если меня опоили, как вчерась Люка? — вскинулась Роза. — Если в доме завелся отравитель? Покойничек тоже спокойный такой всегда был.
Версия как версия. Во всяком случае, будем тянуть время. Не верилось, что Конвей станет рубить с плеча и сразу же применит к служанке строгие меры. Это же по его дому разгуливал Френсис — гроза всего, что висит или плохо прибито к полу.
— Заклинание получилось слабенькое, — неуверенно начала Гортензия. — Может, его и не уловят.
Мы с ней ломали голову, как вернуть злосчастную картину обратно.
Штырь, на котором она держалась, обуглился, приняв на себя весь заряд. Я влезла на стул и внимательно изучала дырочку. Так увлеклась, что от скрипа двери чуть не повалилась на пол. Спасибо Гортензии, которая без всякой магии, придерживала стул двумя руками.
На пороге возник Перес. Он принес с собой уже знакомую швабру и крутил головой в поисках очередной моей жертвы.
Значит, защиту все-таки потревожили.
— Женщины в доме — к убыткам, — дворецкий тут же затянул любимую песенку. — Скорее бы сэр Эллиот сделал выводы и уволил бесполезную единицу… Это же живописина милорда, нарисованная им самим. Вилла в Чертогах, где он планирует провести последние годы жизни. Вот если бы вы замахнулись на другую…
Он махнул рукой с такой безысходностью… Что же, не всем везет, как мне.
  
Глава 47 
 
Перес не стал призывать на голову несчастной Розы ни геенну огненную, ни пепельный дождь. Наоборот, он даже остался доволен, что не пришлось никого подметать. Однако постарался тщательно от меня это скрыть и ворчал до тех пор, пока мы с виновницей не выскользнули из комнаты.
Да, дворецкий вместе с Гортензией остались вешать картину. Я подозревала, что девушка имела на него некоторое влияние и рассчитывала, что в наше отсутствие она сумеет мотивировать вампира замять этот эпизод. А еще лучше — узнать, что же творилось с эмоциональным фоном слуг в этом доме и почему рядом со мной они принимались сходить с ума.
Все же надо признать, Роза накинулась не на меня и за весь день не сказала дурного слова. Но, вероятно, эта зараза действовала не прицельно, а оборачивалась против того, кто и без нее раздражал пострадавшего.
Я не склонна была отмахиваться от версии, что обоих слуг опоили. Поживешь в Бездне, станешь серьезнее относиться к всевозможным зельям и дурманам. Хотя демоны и бесы предпочитали магию прямого воздействия — как следует бахнуть или шарахнуть — но отложенным колдовством (упакованными во флаконы или спрессованным в таблетки) тоже не гнушались.
Привела Розу на кухню, собственноручно заварила ей чай с травками, которые частенько применяла в «Лепестках». Девушку немного отпустило, и я проводила ее до портала, сооруженного кучером. Кстати, тем же, что и вчера, здоровым парнягой по имени Стеван.
Мы с ним сошлись во мнении, что недомогание служило достаточным основанием, чтобы применить портальную магию. Коней до ее дома он гнать опасался, потому что ждали гостей и его в любую минуту могли отправить по хозяйственным нуждам.
— Зря вы ее отпустили, — набросился на меня дворецкий, явившись под мои очи часа через два.
Я как раз занималась тем, что сверяла заказы к предстоящему обеду на шесть персон. Готовые блюда ждали из «Трех герцогов», а также из ресторана «Дикий вепрь» и двух кондитерских. На всякий случай, каждую порцию дублировали дважды — вдруг у милордов разыграется аппетит.
Мне, как устроительнице пикников и вечеринок, допущенная ошибка была видна сразу. Следовало сделать упор на закуски и блюда типа супа или рагу. Их разливали всем, кто пожелает. Главное блюдо, действительно, могло быть порционным, а все остальное — подаваться на стол в одной емкости.
Однако Конвей, вероятно, заартачился бы — заявив, что он пригласил гостей не на травке перекусить…
— Леди, вы сами-то ничего лишнего не хлебнули? — не унимался Перес. — Взгляд отсутствующий, вид лица бледный. Слушаете вполуха. Защита ваша лишь слегка дрогнула. Я уже сообщил лорду, что приключилось маленькое недоразумение и вы бы в любом случае не пострадали. Шар ударил на шесть сантиметров левее.
Этот вампир выводил меня из себя не так быстро, как его хозяин, но не менее успешно.
— Вообще-то я работаю, Перес. Может, это для вас необычно. Но имейте в виду, что в доме бардак. Такой, знаете ли, удачно замаскированный, однако суть от этого не меняется. В четырех шкафах из пяти не хватает постельного белья. Места, где бы хранились его запасы, попросту нет… Я уже составила список того, что необходимо закупить. И это еще не заглядывала в кладовую, не проверяла провиант. В комнатах тоже следовало бы провести инвентаризацию. Какие-то предметы обновить при помощи магии, какие-то выбросить.
Дворецкий выслушал меня спокойно. Хотя бы не бросился спорить. Воспользовался заваренным мной чаем, добавил воды. Интересно, он и такую жидкость употребляет? И что насчет пищи?
— Мы не можем обследовать Люка. Опросили его соседа по комнате и других лакеев, — вполне миролюбиво вздохнул он. — Примерно поняли, как он провел последние часы. А вот с Розой был шанс, но и его упустили. Хотя сомнительно, что оба факта связаны. Насколько был не в себе первый — и настолько вторая выглядела абсолютно вменяемой, пока не совершила откровенно бредовый поступок.
Первый раз на моей памяти он не старался меня поддеть отдельно взятой тирадой. Это прогресс, и надо ковать железо, пока не опомнился:
— Люк сказал мне, что уволился и что герцог ему больше не страшен. Он планировал увольнение? Мне кажется, это важно.
Перес пил медленным глотками, что очень отличало его от того же Выша. Вообще дворецкий напоминал аристократа сильнее, чем все титулованные демоны, с которыми мне доводилось общаться до появления в Сноу-Лодже.
Но герцог Конвей, разумеется, вне конкуренции. Если из Переса вышел бы дворянин напыщенный, то его господин отличался прирожденной и от того куда более естественной самоуверенностью.
— Никто в доме об этом и не подозревал. За полчаса до нападения он написал бумагу, завизировал ее кровью, отчего она сразу отправилась к герцогу, и ушел на кухню, а оттуда — по всем кладовым.
Под взглядом вампира всегда неуютно, а тут меня даже озноб пробрал. Значит, Люк искал меня. Специально преследовал. Это не совпадение, что в той коморке…
— Ох, за разговорами, я не предупредил, что к вам явилась подруга. Особа специфического толка. И это возмутительно. Вот-вот прибудут гости. Если она столкнется с ними, выйдет конфуз. Потрудитесь, раз вы располагаете такими знакомствами, устроить так, чтобы ваше общение проходило за пределами дома.
Я не стала реагировать, а понеслась в сторону холла. Перес прав. Как прислуга, я не имела права принимать гостей, но с Конвеем мы этот момент не обговаривали. И что за «неподобающая особа», в общем, тоже понятно…
  
Внизу напротив зеркала крутилась Лорана, поворачиваясь то левым, то правым боком. От этого турнюр следовал за ней с некоторым опозданием, а мужская половина дома, все пять лакеев, завороженно следили за этим действом кто с балюстрады, кто с лестницы, а кто — высунув вихрастую голову из залы.
Суккуба заметила меня: