Пари на попаданку (СИ)

– Девушка, вы путаете Академию магии с Академией хороших жён, – презрительно усмехается преподаватель. – Маги имеют право немного пошалить, особенно если для реализации шалости им приходится задействовать свои магические навыки и умения. Думаете, это просто – взломать защиту наших вольеров?
– Право пошалить? Волакус же мог убить меня или кого-то ещё, да даже самого Тео! – Окси сжимает кулаки, с трудом сдерживая эмоции.
– И это бы значило одно: убитый слишком слаб для обучения в нашей академии, – мило улыбается Никон Борисович. – Ещё вопросы?
– Да! – встряхивает волосами Окси. – Вы считаете нормальным, что Тео будут травить другие студенты? Это же буллинг! Это непедагогично!
– Непедагогично это было бы в Академии хороших жён. А мы растим магов, а не хранительниц домашнего очага. Уясните это себе раз и навсегда, если хотите продолжать обучение, – тон преподавателя становится сухим и жёстким. – И как-то слишком быстро вы забыли, что если бы не ваш рыцарь, вас бы уже не было в живых. Впредь думайте, прежде чем кому-то сочувствовать.
– Сочувствовать людям – нормально, – бурчит себе под нос Окси.
– Надеюсь, вы сумеете достойно распорядиться волшебной палочкой неудачника, а не преподнесёте её ему на блюдечке с золотой каёмочкой, – Никон Борисович игнорирует ворчание магички. – Если хотите быть магом – научитесь не распускать сопли. Переходим к теме занятия…
Никон Борисович вкратце рассказывает нам историю возникновения волакусов, знакомит с основными особенностями данного вида.
– Волакусы боятся ярких вспышек, поэтому чтобы попасть к нему в клетку, вам понадобится простенькое, но симпатичное заклинание, выпускающее из палочки разноцветные искры. Но одного этого будет недостаточно – если волк почувствует ваш страх, никакие искорки вам не помогут.
– Ты же не боишься, да? – интересуюсь я у Окси, и недовольная магичка отрицательно мотает головой.
Буду надеяться, не врёт. Не хотелось бы быть покусанным волком с горящими глазами.
У первых пар с волакусом проблем не возникает – однокурсники бесстрашно заходят в клетку, и, потусовавшись там секунд десять-пятнадцать, с гордым видом выходят обратно.
Волакус злобно рычит, брызжа слюной, но кидаться на магов, из волшебных палочек которых брызжут разноцветные искры, не решается.
До тех пор, пока в его клетке не оказываемся мы с Окси.
  
11. Стихийная магия
 
Оксана
Как выяснилось в мире магии, общение с животными – не моя сильная сторона. Не знаю, что со мной не так, но почему-то местные зверюги меня не любят. И, глядя на рычащего в углу клетки волакуса, я почему-то уверена в том, что он меня тоже ну о-очень сильно не любит.
Сегодня зверь кажется мне ещё более жутким, чем вчера, когда я думала, что это чудовище всего лишь плод моего воображения. Угольно-чёрная шерсть, огромная пасть с пугающими зубами, горящие красным огнём глаза – лишь один взгляд на этого “красавчика” заставляет меня содрогнуться!
Но вида я, разумеется, не подаю. Ещё чего, ни однокурсники, ни бессердечный Никон Борисович не узнают, что я боюсь какого-то злобного волка!
– Посмотрим, на что способны наши голубки, – усмехается Никон Борисович, когда приходит наша с Консом очередь наслаждаться обществом волакуса. – Вперёд, не заставляйте однокурсников ждать!
Со зловещей улыбкой преподаватель приоткрывает перед нами дверь клетки, и волакус, уже порядком взбешённый предыдущими посетителями, тут же кидается вперёд.
– Нет-нет, милый, не так быстро, – Никон Борисович брызжет искрами в сторону волка, загоняя его обратно в угол. – Пусть твои гости сначала зайдут в клетку…
– Готова? – спрашивает Конс, и, не дожидаясь моего ответа, выбрасывает из своей волшебной палочки сноп искр и без раздумий шагает в клетку.
Мне ничего не остаётся, как последовать его примеру.
– Огнум! – я вскидываю волшебную палочку, ослепляя волка очередной порцией искр, и, на секунду зажмурившись, ступаю на земляной пол клетки.
А дальше всё происходит как в самом жутком кошмаре – вздрагивая от каждого нового снопа искр, волакус щурится, мотает головой, но тем не менее уверенно двигается в нашу сторону! Нас разделяют какие-то три метра, и даже с учётом того, что чудовище не торопится, совсем скоро оно до нас доберётся!
  
– Прекрати бояться! Он чувствует твой страх! – Конс одаривает меня суровым взглядом своих карих глаз. – Я могу отбросить его обратно в угол, но это не поможет, он будет возвращаться вновь и вновь, пока ты не возьмёшь себя в руки!
– А у нас намечается что-то интересное! – радостно восклицает Никон Борисович, и я слышу, как засов клетки щёлкает за нашими спинами.
– Да-а-а! – с восторгом вопят однокурсники, и я понимаю, что мы влипли.
– Что вы делаете! Откройте клетку! – кричит Крис, но её голос тонет в визгах и улюлюканье мужской половины группы.
В общем гомоне голоса я слышу голоса Лиама и Елисея – очевидно, их совершенно не смущает, что их друг заперт в клетке с опасным животным.
– Я не боюсь! – кричу я, стараясь быть громче злорадных воплей однокурсников.
– Он так не думает, – Конс с помощью того же заклинания, что и вчера в коридоре, отбрасывает волакуса к противоположной стене клетки.
Животное ударяется о прутья, и, дико взвыв, вновь устремляется к нам. Уже намного быстрее, чем в первый раз, очевидно, заклинание Конса порядком его взбесило.
– Наша парочка решила, что отпугивать волакуса искрами недостаточно зрелищно, и посмотрите, к чему это привело – зверь взбешён, – ехидно комментирует происходящее Никон Борисович. – Как думаете, сумеют ли наши голубки продержаться в клетке на протяжении минуты?
– Это нечестно, остальные заходили к волакусу секунд на десять! – возмущается Крис. – Откройте клетку!
– Я уже говорил – за справедливостью идите в Академию хороших жён, – смеётся преподаватель. – А мы здесь учимся выживать в жестоком мире, полном опасностей. Не нравится – на выход.
– Послушай, ты, мерзавец, а ну-ка, отпусти мою Оксаночку! – слышу я голос оставшегося летать возле клеток Тимошки. – Не отпустишь – я тебе все глаза выцарапаю!
– Какой любопытный экземпляр, – Никон Борисович агрессивно выкрикивает короткое заклинание, и я слышу, как тушка моего кота падает на пол. – После пары обязательно нужно будет его изучить… Я таких необычных фамильяров ещё не встречал.
Я мгновенно вскипаю. Одно дело – подвергнуть опасности меня, но совсем другое – издеваться над моим котом! Я любой ценой выберусь из этой дурацкой клетки, и тогда самодовольному преподу не поздоровится!
Конс тем временем вновь отбрасывает водколака к противоположной стене клетки, перекладывает палочку в левую руку, а правую протягивает мне.
– Возьми меня за руку, – парень прожигает меня взглядом. – Это поможет преодолеть страх.
Последнее, чего я хочу – держать Конса за руку на глазах у весело улюлюкающей группы и мерзкого препода, но я должна сделать всё от меня зависящее, чтобы поскорее выбраться и помочь Тимошке. Поэтому я, не раздумывая, вкладываю свою ладонь в ладонь парня и бросаю в волакуса очередной сноп красных искр.
– А наши голубки получают максимум удовольствия от своей близости, – гадко хихикает Никон Борисович, но я не обращаю на него ни малейшего внимания.
Мне кажется, что искры сыпятся не только из наших волшебных палочек, но и пробегают в месте соприкосновения наших рук. Не знаю, как это работает, но я чувствую, как остатки страха отпускают меня, сменяясь тотальной уверенностью в себе и своих силах.
Я вспоминаю, как по дороге к бабушке на нас с Тимошкой напали два мага, пытавшие моего кота тем же заклинанием, которым мы сейчас пытаемся отпугнуть волакуса, и во мне просыпается тот же гнев, что помог мне тогда.
Под ошалевшим взглядом Конса я отбрасываю свою волшебную палочку, вытягиваю вперёд руку, сосредоточив в ней всю свою энергию, и ударной волной впечатываю рычащее чудовище в противоположную стену клетки.