Вербомант 2 (СИ)
Но это не столь важно, хотя вариант, при котором Стеша действительно отправится в Нижегородскую губернию, стоило рассматривать. Тем более что вполне очевидно, где именно меня искать. Судя по прошедшему времени, у нее уже было достаточно возможностей добраться до Тулы, хоть в полете, хоть на поезде, не связан ли приезд чиновника с ее появлением? Нужно попробовать ненавязчиво выяснить у Пушкина, поэтому я отправил ему иносказательное сообщение, пока Лиза все еще была на связи.
— Ты бы хотела ее отыскать?
— Скорее… Не хотела, чтобы у тебя были проблемы, — призналась Лиза.
Значит, ничего не изменилось. Клан для нее на втором месте.
— Не жалко ее?
— Немного. Может быть, это даже из-за меня, — Лиза невесело усмехнулась. — Буду грустить, если с ней что-то случиться, но я помню твои слова… И не хочу, чтобы грустил ты, поэтому рисковать ради нее не стану. Отец Влад направился по следам.
— Тогда ты потихоньку выдвигайся в мою сторону, но будь на связи. Есть и другие новости, но я пока до конца не уверен.
— Поняла, — голос Лизы стал звучать увереннее. — Буду останавливаться в городах и держать связь с тобой и Владом. Жди через недельку или полторы.
К этому моменту Стефания проголодается настолько, что ей придется действовать. Вряд ли она будет убивать, но если охота закончится неудачно, о случае растрезвонят.
Да уж, без мобильников у каждого искать кого-то крайне сложно. По сути можно надеяться только на поисковые возможности Лизы и Влада, но территории слишком большие, чтобы всерьез рассчитывать на успех. Да и ввязывался я в это большей частью из-за Лизы — несмотря на ее слова, девушка все равно расстроится, ведь она не раз и не два намекала на Стефанию. Насчет упырей на свободе я помнил, и мои предупреждения в силе, так что девица может не рассчитывать на снисхождение. Если из-за голода Стефании кто-то погибнет… Что ж, я говорил об итогах такого поступка.
Пушкин тем временем написал, что никаких новых новостей приезд чиновника не принес, если не считать «Прекрасные и тихие места для успокоительных прогулок, как в окрестностях Липецка». Намек понятен, но о Стеше — ни слова, о чем я и передал Лизе.
На этом мы попрощались. Ириниэль слушала меня внимательно, поскольку я не просил ее выйти.
— Господин, необходима помощь?
— «Родственница» знакомой тебе Елизаветы может направляться сюда. Неплохо бы перехватить, но средств для поиска у нас нет, поэтому просто ждем.
— Поняла. А…
— Закончу завтра, — ответил я. — Ты отличная модель, благодарю.
Ириниэль улыбнулась и кивнула, я улыбнулся ей в ответ. Настрой пропал, но у девушки все равно возникли приятные ассоциации… Начало положено.
* * *Действительный статский советник покинул усадьбу Пушкиных. В кабинете главы Рода вновь воцарилась тишина, лишь методичный стук часов да тихий скрип перьевой ручки не позволяли полностью погрузиться в свои мысли.
Владимир задумчиво погладил подбородок, смотря на отца, прекратил выписывать фамилии и со скепсисом посмотрел на обширный список.
— Все доказали свою лояльность на деле, отец. Голословные обвинения…
— Знаю, — коротко ответил Алексей Пушкин, бросив взгляд на бумагу. — Но перед нами факты, а не догадки. Николай Светлов никогда не появлялся в Тульской губернии, ни с кем не был связан, однако кто-то организовал несанкционированные кладбища и навел порчу на землю Российской Империи. Удобно все свалить на убитого, так они наверняка и думали, когда все это устроили.
Владимир кивнул. Кладбище оказалось не единственным, их было несколько, причем на некоторых продолжали хоронить вплоть до событий лета. Раскрытие Николая и убийство смешало карты и вынудило подлецов затаиться.
Создание Порчи на родных землях — ужасающее преступление, ведь это скажется на простых людях, не говоря уже об угрозе появления нечисти. Им еще повезло, что не обнаружили никого из высокоуровневной нежити, вроде упырей… Однако Владимир догадывался, по какой причине некто со стороны так старался создать побольше Порчи, и дело здесь не в шансе на пробуждение кровососов или пожирателей плоти.
— Думаю, это связано с инфернальными источниками маны, отец. Кладбища — просто для отвода глаз.
— Я тоже так подумал, — Алексей вздохнул. — Противник оперировал одержимостью не просто так, не говоря уже об остальных бесах, которые появлялись в последние годы. Но остаткам британцев при разрушенной промышленности все это не поможет. Понимаешь, к чему я веду?
— Если замешаны и другие страны… — Владимир покачал головой. — Надо подключать остальных, отец!
— Романовы извещены. Синеглазка здесь в том числе и по этой причине, как представитель Рода, — ответил Алексей. — Но указать пальцем на предателя даже она не в состоянии. Если связать воедино сомнительные случаи, то рабами занимались Морозовы. Гостомысл погиб при странных обстоятельствах — его тело изрубила нежить, привезенная прямиком из окрестностей Лондиниума. И там же был Николай, с мощным кудесничеством школы Света. Морозовы настолько хитры, что выкрали партию ошейников у Светловых, пока Николай по неизвестной причине отошел от дел на какое-то время, поэтому он мог подставить конкурента.
— Но раз Морозовы смогли торговать под носом у Светловых, то… В Тульской губернии — тоже они? Разве они не должны быть заодно? Хотя… До сих пор неизвестен канал поставки рабов.
Владимир не стал продолжать и покачал головой. Самая главная загадка состояла именно в этом. Порты и воздушный транспорт находились под контролем, иных путей с островов не существовало. До падения метеоритов существовал проект тоннеля, однако после поражения в столкновении с эльфами беглая британская аристократия уже и не думала над столь масштабными проектами. А самих эльфов это тем более не интересовало.
— Это лишь предположения, — Алексей жестом остановил сына. — И Волковы, и мы, и Светловы… Многих можно записать в соперников Морозовых, но это ничего не доказывает. Делаем все, что в наших силах и даже больше. Охрану усилить. Позвони братьям, хватит им искать приключений, когда и у нас проблем выше крыши. В остальном — без изменений.
— Понял, отец.
* * *Неделя прошла сумбурно, поскольку набралось сразу много всевозможных дел. Из-за начала занятий и подвешенного состояния по вопросу беглых эльфов и Стефании я не стал рисковать тратить силы все семь дней, но ничего глобального не произошло. Танцами мы занимались с Анной Пушкиной, причем гоняла она нас не хуже, чем на обычных спортивных тренировках — в первые дни мы упражнялись по шесть часов, но через неделю действительно уже начало получаться нечто похожее на танцы, хоть и бесконечно далекое от идеала. Я пытался схитрить и записывал движения в систему, как с фехтованием, но для идеального совпадения нужна опытная партнерша, так что Машка и Ириниэль тоже старались не топтаться по моим ногам. Получалось не всегда. Хотя сама идея танцев мне очень даже зашла, и мы иногда тренировались в гостевом доме уже после занятий.
Отпуск у Владимира был не бесконечным, поэтому уроками по этикету и прочим дворянским порядкам занялась Надежда Пушкина, недаром она походила на учительницу. От обилия надуманных правил и ограничений пухла голова, но я представлял, что это нужно будет для дела, и старался расширить кругозор.
Фехтованием же я занимался с Ириниэль, все-таки она могла не только давить стальным шквалом из двух шпаг, но и неплохо изучила обычные «дворянские приемы». Вообще мне хотелось бы потренироваться и с кем-нибудь из именитых дуэлянтов, но братья Владимира не спешили приезжать в родное гнездышко — подозреваю, что их отправили в разные места губернии для усиления контроля над территорией. А фехтовать с главой Рода — как-то чересчур, он и без того почти не покидал кабинет, судя по всему. Не считая тех дней, когда уезжал в город, так что человек он занятой, и это как бы дает возможность поразмыслить: а нужна ли такая головная боль? Ради вербинита — нужна. А там посмотрим.