Амиль. Сделай меня... своей (СИ)

— Что с тобой?
— Тошнит, — вру, всматриваясь в глаза, полные гнева и злости.
— Не порть мне настроение, иначе расплатишься, Ксения, — рычит сквозь зубы, впиваясь в мое лицо яростным взглядом.
Я сглатываю и пытаюсь не думать об Амиле, но не получается от слова совсем. Ловлю себя на мысли, что я ищу его глазами в огромном дворе. Нахожу и не могу отвернуться, когда ловлю на себе его оценивающий взгляд. Он снова кивает в сторону, и когда я не реагирую, мужчина направляется в нашу сторону.
Сердце начинает стучать в горле. Становится очень страшно. Не только за себя, но и за него тоже.
— Я хочу в уборную. Ты не против? — спрашиваю у мужа на одном дыхании. — Пожалуйста. Я быстро.
— Иди. У тебя пять минут, — к моему удивлению, он соглашается,  и я, не теряя ни секунды, иду в сторону входа в дом.
Оказавшись внутри, я чувствую, что за мной кто-то идет.
— Привет, цветочек, — Амиль хватает меня за руку и тянет за собой. Еле успеваю за его широкими шагами. Он распахивает дверь какой-то комнаты, затем закрывает за нами, как только мы заходим внутрь. — А я успел соскучиться.
Он прижимает меня к стене, нависает надо мной, словно скала. Просто смотрит.
— Что ты делаешь? — упираюсь ладонями в его грудь. — Ты с ума сошел! Зачем ты так со мной, Амиль? Пожалуйста, прекрати. Добром это не кончится. Мне нужно уходить...
— Нет, — говорит, будто отрезает. — Никуда ты не уйдешь. Я хочу тебя. Настолько сильно, что плевать на все. На все, Ксюша. Ты понимаешь?
Он впивается в мой рот страстным поцелуем. Кусает губы, целует и снова кусает. Землю из-под ног выбивает. Его руки оказываются везде. Шея, плечи, грудь. Он смахивает на голодного хищника, который наконец-то нашел себе добычу. Чувствую себя в безопасности рядом с ним,  но в то же время очень боюсь, что появится Толя и все нам испортит. Он просто убьет нас, даже не задумываясь о свидетелях.  Мой муж очень скользкий. За несколько лет нашего брака я отчетливо поняла, что за его спиной кто-то стоит и постоянно защищает. Он ни за одно свое преступление не получил наказания!
— Амиль...
— Чш-ш-ш...
Влажные губы касаются кожи шеи. Щетина приятно царапает кожу, по всему телу рассыпаются мурашки. Внизу живота становится щекотно и жарко. Стыдно признаваться, но я тоже хочу его. Если в прошлый раз я была под воздействием какой-то хрени, которую в мою воду подсыпала подруга, то сейчас я желаю его без всей той непонятной мне штуки.
— Амиль, пожалуйста, — чуть ли не умоляю его... Однако это мольба не к тому, чтобы он остановился, а наоборот. — Амиль...
— Кричи, если что. Тебя никто не услышит, — хрипло шепчет он прямо в губы.
Голубые глаза мужчины превратились в черные от желания и страсти. Он дышит точно так же глубоко, как и я. Пытается перевести дыхание.
— Он может прийти... Пожалуйста...
Амиль будто вовсе не здесь. Не слышит меня.  Он поднимает подол моего платья, скользит рукой по бедру. Его пальцы оказываются на животе, потом еще ниже... Ниже... И еще...
— Боже, — стон срывается из горла, когда он дотрагивается до сокровенного места, нажимает. — Пожалуйста...
Какие-то странные ощущения...
Ощущения, которые я никогда не испытывала с мужем. Он брал поневоле. Насиловал... Не спрашивал моего мнения.
 
Сейчас все иначе. Я хочу его. Хочу этого мужчину до безумия. Хочу почувствовать его в себе. Хочу. Его. Чужого мужчину...
Он резко поворачивает меня лицом к стене. Гладит ягодицы, сжимает. Я слышу звуки... Он растегивает ремень, а через считанные секунды его член оказывается между моих ног.
— Ксюш... — рваный вздох.
Амиль кусает кожу шеи, целует в то же место.
Рывком стягивает с меня трусики. Нет, я ошиблась. Он их не стягивает, а срывает с меня.
— Боже... — я не узнаю свой голос.
Амиль аккуратно входит в меня. Издает то ли рычание, то стон... Я не соображаю. Единственное, чего я хочу в данный момент... Чтобы эти минуты длились долго. Превратились в часы...
Толчок, еще один... И еще...
Нет, мне не стыдно. Мне хорошо. Я уверена: даже если муж этой ночью прибьет меня до смерти, я все рано не будут жалеть о своем поступке.
— Моя девочка, — хриплый голос звучит где-то у уха. Мое тело горит. Еще чуть-чуть — и я просто... — Моя...
— Твоя, — шепчу одними губами.
Амиль сжимает мою грудь рукой, второй гладит живот и снова опускается ниже. Меня трясет. Не от страха, как это было минут десять назад, когда я встретилась глазами с Амилем, а от желания.
Еще толчок. На этот раз резкий. Больновато, но терпимо. Еще один... Еще... И Амиль резко останавливается, прижимая меня к своей груди.
— Моя девочка...
Я не здесь. В голове туман. Будто я не в этой несправедливой реальности. Будто у меня нет мужа... Будто я живу ради этого мужчины, который сейчас рядом со мной. Будто я дышу им.
Вздрагиваю, услышав грубый мужской крик. Господи... Только не это...
— Где ты?!
  
Глава 10
 
Напрочь забываю о не случившемся оргазме, потому что мое тело деревенеет и пальцы рук начинают дрожать, когда я отталкиваюсь от Амиля и начинаю поправлять платье.
— Где мои трусы? —  у меня начинается истерика, я перестаю себя контролировать. —  Где чертовы трусы?!  Зачем ты их постоянно рвешь?!
Мужчина что-то там мне говорит, но я словно под водой и просто его не слышу, поэтому он резко разворачивает меня и встряхивает за плечи.
— Ксюша, твою же ж... Успокойся. Это не он!
—  Успокоиться? —  гневно шиплю на него. — Ненормальный. Я же просила тебя!  Просила не подходить, не делать всего этого, — обвожу нас обоих рукой. —  Ты ставишь под удар меня и себя. Я за эти пару часов дважды с инфарктом чуть не слегла. Что за игры ты устроил? Кому доказать пытаешься и что? Ты вообще…
Не дает  договорить. Схватив мое лицо ладонями,  впивается в мои губы. Лихорадочно отвечаю ему, но, когда за дверью вновь слышится мужской окрик, я отталкиваю его.
— Ненормальный! Что же ты творишь?
— Это не он. Успокойся ты уже, черт возьми.
Еле дышу, не могу прийти в себя. Устало облокачиваюсь на стену позади, закрыв глаза.
Амиль обнимает меня и поменявшись со мной местами, притягивает к себе. От усталости не сопротивляюсь, а лишь позволяю гладить себя по спине.
Почему всё так? Почему я не могу взять и изменить жизнь? Кажется, что дело уже не в дальнейшей судьбе брата, а в том, что я неспособна на то, чтобы быть сильной. Сломлена так, что не починишь. Мне нет тридцати, а я ощущаю себя уставшей от жизни женщиной, которая перешагнула рубеж пятидесяти. Я не вижу радости, не ищу счастья, только подчиняюсь и занимаюсь тем, что жалею себя. Мне стыдно. Мне больно и страшно. Вот и все мои эмоции. А еще злюсь, но этого мало, чтобы однажды встать и пойти дальше… плюс, он не позволит.