Абордаж (ЛП)

Ее взгляд остановился на последнем изображении. Два окровавленных пальца и грязный рисунок на стене рядом с ними. Кровью были нацарапаны только четыре буквы. К-И-Б-О.
Камила посмотрела на Сару.
— Не может быть, чтобы это сделали киборги.
— Согласна. Они убивают чище и быстрее.
— Да, и они не психопаты, — ответила Камила. — Это император пытается их подставить.
— И подстрекает к тому, чтобы поддержать его дерьмовую войну против них, — сказала Сара и прокрутила еще несколько изображений, пока на экране не появился их отец. Она коснулась его лица, и он заговорил.
— Смерть экипажа моей дочери была варварской, — гневно заявил их отец. — Эти киборги — изгои еще раз доказали, что они представляют угрозу для нашего общества, для всего живого на Кирсе. Императора критиковали за суровый приговор киборгам и их гражданским пособникам, но это нападение на мою дочь доказало, что он был прав в своей оценке опасности, которую они представляли.
Камила встретилась взглядом с Сарой, когда их отец покачал головой и, казалось, был переполнен эмоциями.
— Я уже потерял одну дочь и не хочу терять еще, — он протянул цифровую рамку с изображением Камилы. — Я предлагаю денежное вознаграждение за возвращение моей похищенной дочери, Камилы. Ее биометрические данные и другие подробности можно узнать по адресу, отображающемуся сейчас на экране. Ее корабль "Проказница" был захвачен киборгами и, скорее всего, находится под их контролем. В последний раз "Проказницу" видели…
Камила отвернулась от экрана, пока ее отец продолжал говорить. Она высвободилась из объятий Миско и направилась к столу с данными. Голограммы убегающих киборгов привлекли ее внимание. Эскадроны смерти, которые император посылал за ними, были ничто по равнению с наемниками, которые откликнулись на призыв ее отца. Предложенная им смехотворная сумма денег привлечет самых худших наемников — кровожадных, неумолимых, которые ни перед чем не остановятся, чтобы ее найти.
Сколько невинных людей погибнет из-за нее? Сколько киборгов будет поймано? Сколько семей киборгов будет поймано и замучено?
Позади нее Сара попросила всех покинуть комнату. Миско сжал ее плечо и поцеловал в щеку, от этого нежного прикосновения ее тело наполнилось тоской. Когда он от нее отошел, она почувствовала себя опустошенной, холодной. Я не могу остаться.
Словно прочитав ее мысли, Сара оттащила ее от стола и обняла. Задыхаясь в объятиях сестры, Камила расплакалась.
— О, милая, — нежно произнесла Сара и осторожно покачала ее. — Все хорошо. Все будет хорошо.
— Не будет, — всхлипывала Камила. — Ты же знаешь, каков наш отец, когда что-то задумает. Он не остановится, пока я не вернусь на Кирс. Чем дольше я буду отсутствовать, тем сильнее император сможет вцепиться в него когтями. Шуй будет использовать его для манипулирования другими, чтобы заручиться большей поддержкой.
— Знаю, — Сара осторожно толкнула ее в спину и убрала волосы с глаз Камилы. — У нас еще есть маленькие спасательные капсулы с твоего корабля, если…
Камила с трепетом вдохнула и вытерла лицо.
— Могут ли они выследить меня здесь?
— Нет. Я позабочусь об этом.
— Сколько времени мне понадобится, чтобы вернуться на Кирс?
— Несколько дней, — неуверенно ответила Сара. — Нам придется найти способ замаскировать тебя от радаров. Не хочу, чтобы тебя засекли космические пираты.
— Сколько времени тебе для этого нужно? — Камила молча молилась, чтобы это было больше, чем пара часов.
— Недолго, — осторожно сказала Сара. — Максимум два-три часа.
Камила сглотнула.
— О.
— Тебе не обязательно улетать сегодня, — Сара положила обе руки на плечи Камилы. — Можешь пару дней переждать. Побудь с ним. Со своим киборгом.
Камила покачала головой.
— Нет. Чем дольше я остаюсь, тем труднее будет уйти.
— Ты…? Я имею в виду… — вздохнула Сара. — Ты его любишь?
Камила снова начала плакать и призналась:
— Я не знаю, что такое любовь. Я никогда никого не любила, кроме тебя, Уиллы и наших родителей, — она снова протерла глаза. — Все, что мне известно, это то, что мысль о том, что я уеду и больше никогда его не увижу, заставляет меня жаждать смерти.
 
— О, милая! — Сара крепко обняла ее. — Я думаю, что отказ от своего счастья из-за осознания, что это единственный способ сохранить его в безопасности — это и есть любовь.
От этого Камила расплакалась еще сильнее. Глупо было верить, что она может полюбить кого-то, зная его так недолго, но в ее связи с Миско было что-то необычное. Это определенно любовь, возможно на самой ранней стадии, но это была любовь.
— Ты собираешься рассказать ему? — осторожно спросила Сара.
— Не знаю, смогу ли я, — призналась Камила.
— Он заслуживает того, чтобы знать, — предупредила Сара. — Ты в долгу перед ним.
— Знаю.
Сара кивнула.
— Хорошо, я подготовлю капсулу с одного из наших кораблей к запуску. — Она взглянула на часы. — Почему бы нам не встретиться в четыре часа?
— Где?
— Ангар номер семь.
— Хорошо. Ангар номер семь. Четыре часа.
Камила вышла из ПСОСИ в оцепенении. За вторым рядом дверей, сразу за охранниками, ее ждал Миско. Он протянул руку, и она ухватилась за нее, черпая от него силу и храбрость. Он повел ее к отведенным покоям — просторной комнате рядом с комнатой Сары в охраняемом жилом крыле.
Аппетит пропал, и она направилась в ванную, чтобы принять душ, в котором отчаянно нуждалась. Миско последовал за ней и включил воду. Она сняла кроссовки, а он потянулся к подолу рубашки. Потянул ее вверх по телу, по рукам, остановившись, когда рубашка оказалась чуть выше ее носа. Он впился в нее поцелуем, застав ее врасплох и заставив захихикать.
Этот легкомысленный миг вырвал ее из печали. Она отбросила жалость к самой себе, отдавшись тому, что происходило здесь и сейчас. Неистово целуясь, они полностью разделись и умудрились забраться в маленькую душевую кабинку, не упав. Оказавшись в тесном и душном помещении, с помощью воды и мыла исследовали тела друг друга, разжигая пламя страсти.
Они даже не стали вытираться. Миско подхватил ее на руки и вынес из ванной, уверенно ступая по кафельному полу. Он опустил ее на жесткую кровать, и Камила фыркнула от неожиданного ощущения твердой постели, с которым встретились ее спина и попа.
— Уф!
— Извини, — с улыбкой извинился он.
— Забудь, — она потянулась к нему. — Иди сюда.
Он подчинился ее приказу, накрыв ее маленькое тельце своим, большим и теплым. Она извивалась под ним, желая освободить ноги, чтобы обхватить его за талию, и он застонал. Чтобы снова услышать этот звук, она обхватила его член рукой, несколько раз погладив. Когда опустила руку ниже, чтобы обхватить потяжелевшую мошонку, Миско задыхался, упираясь в ее бедро.
— Камила!
Она ухмыльнулась и прикусила его подбородок.
— Да?
— Перестань, — призвал он, накрыв ее руку своей. — Сперва ты.
— Ну, я не стану возражать, — сказала она, опускаясь на постель.
— Нет, вот так, — без предупреждения он поднял ее над собой с помощью своей впечатляющей силы. Провел вверх по своему телу, пока ее лоно не оказалось над его губами.
— О!
Миско схватил ее за бедра, притягивая киску прямо к губам. Она шокировано распахнула глаза от первого прикосновения языка к ее клитору. Застонала от возбуждения, когда он провел языком по ее телу. Миско ухмыльнулся, а затем простонал от удовольствия. Она подозревала, что где-то глубоко в своем подсознании он хранил эту фантазию. От его энтузиазма она лишь сильнее наслаждалась этой позой.
Камила наклонилась вперед, ухватившись за металлические прутья дешевого изголовья. Миско ласкал ее бедра, изгибы попки, спину. Проникал шершавым языком в ее влагалище, возвращаясь к половым губам, скользил по клитору. От его медленных прикосновений у нее сводило живот и дрожали ноги. Она чувствовала себя обнаженной, очень чувствительной к его прикосновениям.