Спорим, это мальчик!

Я пригласила американскую супружескую пару, а также мистера и миссис Бертон к себе в кабинет. Мэтью остался дожидаться за дверью.
В кабинете я сказала им напрямик, что все это — их сугубо семейное дело и незачем втягивать школу в совершенно, как говорится, недостойную историю.
  
Оттолин
 
— Какую-какую? — рявкнул Катастрофа, стоя посреди директорского кабинета. Сама директорша сидела за письменным столом с такой гримасой, как будто кто-то навонял у нее под самым носом. Бертоны сидели рядышком, бледные, встревоженные и очень английские.
— Недостойную, — повторила старая карга, страшно возмущенная тем, что Катастрофа уперся кулаками в стол и наклонился к ней, сверля ее взглядом. — Я не желаю, чтобы нашу школу вмешивали в эту историю.
— Да школа ваша и так замешана по самое не хочу, можете мне поверить, дамочка, — сказал Катастрофа чуть потише. — Обрядили моего сына девчонкой, выпустили в таком виде на сцену, а теперь — не замешаны? — Он нацелил в директрису указательный палец. — Ну-ка, приведите сюда немедленно моего сына, мы его сейчас же забираем с собой, и, может быть, я не стану жаловаться в полицию на все эти ваши штучки.
  
Миссис Картрайт
 
Сказать по правде, это предложение звучало вполне разумно, хотя угрожающий тон не произвел на меня благоприятного впечатления. До сих пор моя карьера развивалась весьма успешно, и мне был совершенно не нужен скандал с американским ребенком, которого увезли из родного дома и который сам не знает, мальчик он или девочка.
Я протянула руку, сняла телефонную трубку…
  
Миссис Бертон
 
Вдруг Дэвид сделал такое, чего я ни в коем случае от него не ожидала. Он вскочил на ноги, нажал на рычаг телефона и произнес вполне мужественным голосом:
— Не звоните.
Хулиганствующий папаша Сэма уставился на миссис Картрайт:
— Звоните, леди.
— Нет. — Мой муж не собирался отступать. — Нам доверена ответственность за Сэма, и, если это действительно его отец, пусть обращается в суд.
Мистер Лопес медленно повернул голову, почти коснувшись носом лица Дэвида.
— Может быть, пусть мальчишка сам решает?
— Может быть, — сказал Дэвид.
Миссис Картрайт медленно опустила трубку на рычаг, поднялась с места и подошла к двери. Открыла дверь и сказала:
— Мэтью, будь так добр, приведи сюда Сэма Лопеса.
Я услышала голос Мэтью:
— Да, миссис Картрайт.
Директриса снова села за стол.
— Как все это неприятно, — проговорила она.
  
Мэтью
 
Когда я вошел в класс, там оказалась целая куча народу. Там были Джейк и Тайрон, мистер Смайли, миссис Шерман, а также мистер и миссис Хан и парочка их младших детишек. Еще была Елена со своей мамочкой — та стояла рядом с родителями Чарли, мистером и миссис Джонсон.
Я даже на секунду позабыл обо всей этой драме вокруг Сэма. Вот они стоят толпой, дружно болтают. Не воюющие стороны: дети против родителей, мальчишки против девчонок, «Заразы» против «Сараев», а просто… семьи. Надо же.
Потом я увидел Сэма.
Он все еще был в юбке, но кто-то одолжил ему белую школьную рубашку — прикрыть голые плечи, волосы свисали растрепанные, как у настоящего хиппи. В эту минуту он не выглядел ни мальчиком, ни девочкой, просто потерянным и несчастным.
— Они все у Таратайки в конторе, — сказал я ему. — Тебя вызывают.
Сэм встал. Зая шепнула: «Удачи», — и Сэм пошел к двери, как на казнь. Только слабо махнул рукой в знак того, что услышал.
— Вот и закончилась операция «Саманта», — сказал он сипло, пока мы шли по коридору.
— Угу, — отозвался я. — Похоже, дни твоего девичества ушли в прошлое.
— Я не смог удержаться, — сказал Сэм. — Смотрю — он сидит в зале с широкой улыбкой на лице, совсем такой же, как раньше, когда мы все были вместе. И вдруг вот просто нутром понял — нельзя больше от него бегать. Пришло время стать самим собой.
— Теперь ты хочешь вернуться к отцу?
Сэм пожал плечами. Похоже, ему не хотелось об этом говорить. Мы уже подошли к директорскому кабинету. Сэм, не постучавшись, толкнул дверь и вошел.
 
Я потоптался у порога и тоже вошел.
  
Оттолин
 
Катастрофа обернулся посмотреть, кто это вошел в кабинет, и увидел, что за спиной у Сэма стоит английский мальчишка, Мэтью.
— А ты проваливай! — велел ему Катастрофа.
Миссис Бертон сказала:
— Мэтью все это тоже касается.
— Сэм, — сказала директорша, — ты хочешь, чтобы Мэтью остался здесь, или не хочешь?
В это время Сэм смотрел в пол, как будто искал ответа на все свои проблемы среди узоров ковра. Но тут он поднял голову и сказал:
— Конечно хочу.
  
Елена
 
Мы пытались вести себя, как будто ничего не случилось, болтали о разных пустяках. Кто-то из родителей (это была мама Тайрона) предложил пойти в пиццерию, но нельзя же было бросить Сэма и Мэтью одних сражаться с папашей-психопатом и его подружкой в Таратайкином кабинете.
В конце концов мы все выползли в коридор и стали дожидаться их под дверью кабинета.
  
Миссис Картрайт
 
Я обратилась к довольно необычной группе людей, собравшихся в моем кабинете. Я объяснила, что школа «Брэдбери Хилл» ни в коей мере не может нести ответственности за семейные недоразумения и конфликты, имеющие место за пределами школьной территории, но признала, что было бы желательно найти разумный выход из положения, чтобы ученица Лопес хотя бы знала, с кем она (он) пойдет сегодня домой.
Я спросила как можно спокойнее:
— Не будет ли кто-нибудь столь любезен объяснить, каким образом в моей школе оказался ребенок из Америки, лишенный возможности общаться со своим отцом и с самого начала учебного года носивший женское платье?
  
Мэтью
 
Стало очень тихо. Потом заговорила мама. Она рассказала все. По ее словам выходило, что все случившееся не так уж и серьезно. В семье всякое бывает.
  
Катастрофа
 
Я кое-что повидал в своей жизни, но, я вам клянусь, никогда еще мне не приходилось слышать такой туфты.
— Давайте-ка разберемся, дамочка, — сказал я тихо, тоном змеи, изготовившейся ужалить. — Вы явились на похороны моей бывшей жены и, пользуясь тем, что меня не оказалось поблизости, умыкнули моего сына. Так? Вывезли его из страны, подальше от родных. Или я что-то недопонял?
Миссис Бертон смерила меня холодным английским взглядом, который я уже успел изучить.
— Такова была воля моей сестры. Она думала, что вы все еще в тюрьме. Она верила, что мы сможем создать для ее сына здоровую семейную обстановку.
— Позвольте только напомнить вам одну незначительную подробность. — Я старался держать себя в руках, но потом взорвался. — В течение трех месяцев вы обряжали его в юбку, черт подери! Так-то вы представляете себе здоровое семейное воспитание?
— Это настоящее извращение, вот что! — воскликнула Оттолин. — Вы, наверное, сломали всю психику бедному ребенку. Он теперь уже и сам не знает, кто он — Сэм или… — Она запнулась. — Саметта? Самина? Самма?
Этот дохляк Бертон посмотрел на Оттолин, как на какую-то мелкую уголовницу. Потом обратился ко мне:
— По-вашему, психика Сэма сейчас в худшем состоянии, нежели в те времена, когда он жил вместе с мистером Лопесом? Я почему-то в этом сомневаюсь. Кроме того, я хотел бы спросить, связано ли наследство Сэма…
Я не желал его больше слушать.
— Сэм — мой сын! — рявкнул я. — Я забираю его с собой!
И я стукнул кулаком по столу. Со всей силы.
  
Мэтью
 
От удара Катастрофиного кулака по столу Сэм вдруг словно очнулся. В первый раз с тех пор, как мы вошли в кабинет, он прямо, не мигая, посмотрел в глаза своему отцу.