Спорим, это мальчик!
Со времени похода на футбол с Марком Крамером Сэм держалась довольно угрюмо и смотрела на всех враждебно, но, пока мы с ней пели, она вроде немного оттаяла. Даже сама подала одну идею музыкального плана.
Она исполняла последний куплет, изо всей силы вытягивая гласные, как вдруг случилась странная вещь. В последней строчке на высокой ноте голос Сэм, вместо того чтобы подняться еще выше по октаве, неожиданно сорвался на своеобразное рычание.
Я даже играть перестала.
— Это что было?
Сэм смутилась, кашлянула:
— Ничего.
— Высоковато? Я могу модулировать пониже, если хочешь.
— Да нет. — Сэм еще раз откашлялась. — Просто я подумала, может, поставить в этом месте хриплое подвывание.
— Подвывание?
— Ну да. Как у Уоррена Зевона в «Оборотнях Лондона». Знаешь Уоррена Зевона?
Я покачала головой. Сэм знает массу древних песен и рок-групп, о которых я и слыхом не слыхала.
— Да, подвывание в духе Зевона будет как раз к месту, — сказала она. — Обязательно нужно это вставить.
Мы попробовали еще раз, поменяли один аккорд, пропели в замедленном темпе, чтобы Сэм могла точно найти нужную ноту, но на этот раз я подпевала ей на терцию ниже, тянула, сколько могла, продлевая причудливый жутковатый диссонанс.
На третий раз мы превзошли самих себя. Дверь распахнулась, на пороге стоял Мэтт, зажимая уши руками.
— Ребята, вы что здесь, кошек мучаете? — поинтересовался он. — Кошмарные звуки!
Сэм глянула на меня и широко улыбнулась своей особенной улыбкой, которую я так люблю.
— Кажется, дело пошло, — сказала она.
Елена
В четверг Зая и Сэм подошли к нам на перемене. Судя по улыбкам, которые им никак не удавалось сдержать, они приготовили для нас нечто специфическое.
— Послушайте, — сказала Сэм. — Наше юное музыкальное дарование сочинило убойную песню, и мы собираемся сыграть ее на концерте.
— А мне казалось, Зая будет выступать соло, — сказала я с подозрением.
— Я передумала, — сказала Зая. — Мы с Сэм исполним песню под названием «Персональная тучка». А еще нам хотелось бы сделать номер в группе.
— В группе? — повторила Чарли. — Что за группа?
Чарли
Забудьте и не вспоминайте! В жизни не слышала о такой безумной идее. Во-первых, на репетиции оставался один день, максимум — два. Во-вторых, у Елены голосок, как будто скребут гвоздем по школьной доске.
Елена
К счастью, у меня неплохой голос (хоть и нескромно так говорить), и я прекрасно умею держаться на сцене.
Я немного беспокоилась насчет Чарли, у нее не очень сценическая внешность, но, в конце концов, мы уж как-нибудь ее прикроем.
Чарли
В тот вечер мы после школы собрались у меня, Зая прокрутила кассету с записью песни. Песня была немножко странная, но чем-то она забирала.
Я спросила:
— А нам что делать?
— Будете выкрикивать вот эту строчку из припева как можно громче, — объяснила Зая.
— Выкрикивать? — удивилась Елена. — Я думала, ты нас петь пригласила.
Ну, тут Зая произнесла целую речь насчет того, как важно и сложно будет попасть точно в ритм, и что наши выкрики — чуть ли не самая главная часть песни.
— А может, я спою второй куплет? — спросила Елена.
Наступила пауза. Нельзя же прямо ей сказать, что Елена Гриффитс, исполняющая соло, вылетит из актового зала школы ровно через десять секунд. Как ни странно, положение спасла Сэм.
— Вам и так придется учить слишком много текста, — сказала сна. — И потом, мы надеялись, что вы согласитесь исполнить небольшую подтанцовку — чтобы номер смотрелся более эффектно и сексуально.
Елена всерьез задумалась:
— Эффектно и сексуально? Да, пожалуй, это я смогу.
Джейк
Есть вещи, о которых невозможно говорить с друзьями. Мэтт и Тайрон знали, что мне дома тяжело — я это видел по их глазам, слышал по голосу. Когда они спрашивали при встрече: «Ну чо, все нормально?» — чувствовалось, что они не просто здороваются. Однако говорить о таких вещах как-то неловко.
Но груз проблем давил на мои плечи, словно мешок с цементом. Раньше, когда у нас была настоящая семья, я мог обо всем рассказать маме или хоть сестре Крисси, но теперь все изменилось.
Разговор мигом превратился бы в яростный спор, а потом — в скандал с вечным перетряхиванием все того же грязного белья. Что я не помогаю по дому. Что я замкнулся в себе. Что не занимаюсь с младшей сестренкой Лили. Что я тупой. Что я ни на что не гожусь.
— Типичный мужчина, — скажет мама.
А Крисси подхватит:
— Характерное мужское отношение к жизни.
И обе они засмеются злым ломким смехом, хотя все мы знаем в глубине души, что все это совсем не смешно.
В пятницу на большой перемене я отдыхал душой в стороне от всех на школьном дворе, и тут Сэм Лопес, чертовка и героиня школы, заметил меня и подошел.
И давай трепаться обо всем на свете: о том, что происходит в его жизни, о том, как он собирается выступить на школьном концерте вместе с Заей Хан, и так далее. Я что-то вежливо бурчал в ответ. Честно говоря, жизнь и приключения мальчико-девочки Сэма уже сидели у меня в печенках.
— А как поживает твой старик? — спросил он ни с того ни с сего.
— Нормально, — ответил я на автомате.
— Значится, ты с ним так и не поговорил?
— Значится, он мне пока не звонил. Мой папа — занятой человек.
Сэм посмотрел на меня, нахально прищурившись.
— Я ж тебе говорил. Кто-то должен сделать первый шаг.
— Спасибо за совет, мистер Семейный Психолог.
Недели две назад Сэм обозлился бы и ушел, но сейчас он только улыбнулся.
— Придешь завтра на концерт?
Я пожал плечами.
— Вообще-то не собирался, но мама настаивает. Она обожает появляться на таких сборищах. Чтобы почувствовать себя настоящей родительницей.
— Отшей ее.
— Что?!
— Отшей мамулю. Для нее еще будут другие концерты. Скажи своему папке, что хочешь пойти с ним.
— Это же вечер субботы. У него наверняка другие планы.
— Ставлю пять к десяти, что он согласится.
— Сэм, я в этом не уверен.
— Иногда приходится быть взрослее, чем сами взрослые.
В эту минуту я заметил, что к нам приближается Марк Крамер, а за ним чапают двое его дружков из шестого класса низшей ступени, Джим Кили и Лайам Мерфи.
Марк
Комментарии окружающих у меня уже вот где сидели. Два дня подряд парни из моего класса доставали меня по поводу моего свидания с Сэм. Говорили, мол, по слухам, я спрятался под сиденье на трибуне, пока она сражалась с приезжими болельщиками. Мол, малявка из восьмого разоблачила меня. Я не тот крутой парень, каким стараюсь казаться. Может, в другой раз мне попробовать пригласить на свидание семиклашку? Это уже были не просто шутки.
Между нами, мне не особенно-то и хотелось снова идти куда-нибудь с Сэм. Ее поведение в тот вечер разрушило чары. Может, в глубине души я немного старомоден, но если есть выбор (а выбор у меня есть, уж вы мне поверьте), я предпочитаю встречаться с девочкой, которая и ведет себя более-менее как девочка.
С другой стороны, тут дело принципа. Марк Крамер не допустит, чтобы какая-то тощая девчонка выставила его дураком перед друзьями.
Итак, вот что я сделаю. Предложу ей встретиться в эти выходные. Пойдем куда-нибудь в безопасное место, где она не сможет ввязаться в драку. Я добьюсь, чтобы она стала моей девчонкой, хочет не хочет. А потом пошлю ее куда подальше.
В школе скоро все об этом узнают. Марк поразвлекся с Сэм. Все опять в норме. Мистер Гроза Девичьих Сердец снова с нами!
Мэтью
Знаете, когда по телевизору показывают документальный фильм о природе, стадные животные ведут себя так, словно они всего-навсего части единого огромного организма. Так же и в школе. Все без слов чуют, когда назревают неприятности. Ничего еще не произошло, а все стадо уже насторожилось.