Снежный плен 2 (СИ)

 - Том, у меня ничего с ним не было.
 На эти слова в Томе начала зарождаться злость, но он заставил себя не начинать скандал, а попытаться решить все мирным путем:
 - Послушай, родной, я люблю тебя и никуда тебя не отпущу. Просто это надо обсудить... Надо поговорить, иначе проблема не уйдет...
  
 - И это мне говорит Томас Трюмпер?- Билл ухмыльнулся, чуть нахмурившись.- Том, я люблю тебя и этот чертов Кляйн мне нафиг не сдался.
 - Я не хочу опять делать тебе больно,- терпел Том, пытаясь глушить в себе гнев- я же иду на встречу... Я пытаюсь исправляться...
 - Но что мне признаться в том, чего я не совершал?- Его бесит Том, бесит его уверенность в том, что он, Билл, изменил...
 Том пытался сосредоточиться, глубокий вздох, выдох, последняя попытка:
 - Билл, просто объясни... мы можем разобраться в этом вдвоем. Я не хочу тебя терять...
 - Родной мой...- Билл приткнулся лбом ко лбу Тома, поглаживая ладонями его лицо, глядя прямо в глаза зашептал:- Я только твой. У меня был только ты единственный. Я никогда и ни на кого даже смотреть не думал. Да я не смогу ни с кем... Том, люблю я тебя... Том...
 Трюмпер прикрыл глаза... он никогда не мог похвастаться хорошей выдержкой...
 От автора: Пришлось бить главу на части, ибо я совсем не успеваю сосредоточиться на ее написании, но понимаю, что вы тут ждете... Еще у меня какой-то дурной период, я не могу заниматься ни продами, ни минниками, ни чем-то подобным. Скорее всего я скоро уйду в недолгий отпуск, чтобы отдохнуть от ФБ и Фиков, чтобы набраться сил и поправить здоровье. Да, ваш Автор заболел... Может это все на фоне болезни у меня, апатия ко всему... Надеюсь, что пройдет. В любом случае надеюсь на вашу поддержку, ибо к писательству могут вернуть только читатели ^^ а у меня читатели, что надо :) Я в Вас не сомневаюсь :) До скорого. 
 6 глава (2 часть) 
 - Почему они не берут трубку? Оба!- Симона кружила по комнате, по очереди набирая номера парней.
 - Может они просто... ну... знаешь...- Алекс чуть ухмыльнулся, вновь заглядывая в экран телевизора, намекая на сексуальные игрища парней.
 - Уже пятый день?- она резко разворачивается к мужчине, сидящему в сером кожаном кресле, ее рыжие кудри взметнулись, рассыпаясь прядями по плечам.
 - Ну, они же совсем без секса не могут...
 - Алекс!- женщина почти взвизгнула.
 - Ладно-ладно.- примирительно поднял ладони,- я позвоню другу, он съездит к ним на квартиру узнает, что да как... довольна?- Он неспешно поднялся с кресла, и медленно направился в сторону Симоны.
 - Довольна.- Она осторожно выдохнула, вглядываясь в лицо Алекса.- Но знаешь... мне страшно...- когда отец Тома подошел почти вплотную к ней, Симона уложила голову на его плечо.- Мне страшно... если Том узнает, что вы с женой разводитесь из-за меня... Я боюсь, что он оставит Билла... у них итак не клеилось...
 Tom ©
 Эту ночь мы провели под разными одеялами. Но на одной кровати. И тела наши, будто магниты, все равно тянулись друг к другу. Я боялся уснуть, потому что знал, что когда проснусь, буду обнимать его, прижимаясь всем телом. Не хочу! И я ворочался полночи, пока не словил пинок от Билла и его шипение:
 - Ляжешь ты или нет? Что как блохастый пес дергаешься?!
 Но в итоге усталость взяла свое. Этот день был очень длинным и нервным. А это всего лишь первая моя ночь в постели и в тепле. И я точно рад, что мы все остались живы...
 Он не хочет признавать своей вины, что наталкивает меня на мысли о том, что Кляйн не врал, когда говорил про деньги моего отца. Но я не хочу в это верить. Сердце болит от того, что все не так... Я хочу быть рядом с ним, хочу как прежде... Пусть даже в этом чертовом снежном плену, но чтобы он был со мной на одной волне. Мне плевать, что мы снова затерялись в снегах. Тут тепло и есть жратва, опасность нам не угрожает. Меня волнует то, что мы с Биллом только отдаляемся друг от друга. Даже секс не спас нашего положения. Я думал, что секс снимет лишнее напряжение и мы сможем спокойно поговорить... Но в итоге он вновь вывел меня из себя. И да... я его снова ударил. А потом меня ударил Георг... до сих пор челюсть болит. Может мой лучший друг и прав в чем-то, но... он заступается за Билла и даже не пытается понять меня. Понять то, что вот он я... я хочу помириться, но я прошу-то всего ничего: да,признайся же ты мне уже и все! Но Билл и тут не может ничего сделать, кроме как доводить меня. А потом меня называют монстром и винят во всем мой ужасный характер! Да, у меня сложный характер, но я умею просить прощение и идти на уступки! А то что Билл ни хрена не хочет мириться... это никого не волнует. Ну, я же пробовал поговорить по-хорошему? Пробовал же? И что в итоге? Меня за это отпиздил Георг.
 Вывод один... С Биллом надо по-плохому.
 Под утро, как и говорил, я обнаружил в своих объятьях Билла. Парень еще спал, когда я начал отпихивать его от себя:
 - Каулитц, иди прижмись к Кляйну.- Ворчу я и отталкиваю от себя сонное тело.- И вообще, че ты спишь со мной в одной кровати? Вали к любимому на диван!!!- Не скрываю, что мне нравится говорить ему эти гадости.
 Билл как-то странно, словно кукла, перевалился на другой бок и шмякнулся с кровати...
 - Билл?- Он придуривается?
 - Трюмпер!!!- Георг тут как тут.
 - Ты у занавески нашей, спал что ли ?!
 - Почти!- Сквозь зубы цедит он и приседает на корточки перед Биллом, я подтягиваюсь к краю кровати:
 - Да он просто придуривается...
  
 - Что ты с ним сделал... Билл! Билл очнись же ты...
 Я понимаю, что Каулитц опять без сознания...
 Потом в нашей избушке началась скандальная беготня, когда Георг вопил, что в аптечке нет ничего подходящего и пинал меня, каждый раз, когда я попадался ему на глаза. В прямом смысле пинал. Билл так и лежал на кровати. Я боялся заходить за штору... Сидел у стола и пялился в окно. Не могу смотреть на такого Каулитца. Сердце сжимается. Мне страшно за него. Но я ничего поделать с собой не могу. Понимаю, что поступаю как настоящая свинья, что я должен быть мягче в любом случае, что бы там у них с Кляйном не случилось. Но не могу. Моя гордость и дурной характер... Не могу справиться с ними... От того, что мой разум вновь идет вразрез с моими чувствами и эмоциями, я буквально поделился надвое. Разум твердил мне, что я полный дегенерат, раз отказываюсь от своего любимого в такой сложный для него период. А эмоции и чувства, будь они не ладны, поют мне о том, что Каулитц притворяется и пытается взять все жалостью. А что... хороший шаг... Он же знает, что у меня, может, мозг и не слишком развит, но чувство вины и совесть развиты на все сто процентов. И я начинаю ненавидеть его за то, что мне опять некомфортно, мне не уютно в своем теле. Любое мое движение отдает болью. Да, это еще и из-за не совсем спавшей усталости, которая навалилась на меня за все те дни, что мы провели на холоде, в пути и в голоде. Но в груди больно от дурных чувств и моего раздвоенного существа... Я не я... я не могу принимать здравые решения, я почти не контролирую себя, каждую секунду порываюсь пойти к Биллу, но ноги не идут... Гордость и ненависть к самому любимому человеку в моей жизни, связывает меня...