Правильный конец (СИ)

— В смысле неприятно? — озадачился тот, осмотрев себя. — Вчера ты слизывала сливочное пиво с моего тела и говорила, что я похож на этого, как его… Герукла!
— Геракла. Сходство, может, и есть, но сообщить тебе об этом я определённо не могла. Прикройся!
Воспользовавшись замешательством Крэбба, Гермиона спрыгнула с кровати и шустро завернулась в простыню. Тут же сбоку она увидела свои походные вещи — чистые, отглаженные и сложенные стопочкой, которую увенчивала её волшебная палочка. Она потянулась за одеждой, но внезапно почувствовала большие руки на своей маленькой попе.
  
Гермиона взвизгнула и, резко развернувшись, ударила Крэбба кулаком с зажатой в нём палочкой прямо в нос.
— Ай, за что?! Тебе же понравилось сзади! — прогнусавил он.
Гермиона даже не нашлась, чем ответить на эту грязную инсинуацию.
«Бред какой-то!» — подумала она и сгребла вещи в охапку, пока Крэбб выл и пытался перекрыть уже льющуюся из носа кровь.
Гермиона осмотрелась и мигом выбежала из комнаты.
Она захлопнула дверь и немного отдышалась, пытаясь прийти в себя и осознать, что произошло. Понимая, что до сих пор держит ладонь на двери, она её отдернула и побежала.
Чуть ли не галопом несясь по коридору, она всё ещё оглядывалась назад, не замечая отсутствия картин на стенах и полной темноты за окном. Внезапно она врезалась во что-то твердое и рухнула на каменный пол замка, барахтаясь в собственной одежде, которая накрыла её и…
— Гермиона?! — услышала она ошарашенный голос Гарри Поттера.
— Да-да, Гарри, — пробормотала она, поправляя перекосившуюся из-за падения простыню.
Гарри смотрел неё как громом поражённый. Он запахнул на груди невесть как оказавшийся на нём голубой в звёздочку пеньюар, снял с головы один из элементов её туалета и поднялся на ноги. Возникла пауза. На их лицах отражался ужас от недавно увиденного и облегчение, когда они увидели родное лицо. Постояв ещё несколько секунд, Гарри протянул подруге руку, стараясь не заострять внимание на промелькнувшем среди краёв простыни тёмном пушке между её ног.
В этот момент вдалеке забарабанили в дверь и грубый голос начал громко звать Гермиону. Гарри вопросительно на неё посмотрел, но она только закатила глаза и, быстро собрав с пола свои вещи, потянула его за угол.
Так, на пару шлёпая босыми пятками по каменному полу, они окружными путями пробежали через половину Хогвартса, целого и невредимого, и вскоре вновь оказались в Выручай-комнате, которая так и осталась палаткой.
— Что это на тебе надето? — с нервным смешком поинтересовалась Гермиона, сваливая охапку одежды на свою кровать.
Гарри осмотрел себя и чертыхнулся, густо покраснев при этом — его коротенький полупрозрачный пеньюар совсем ничего не скрывал, а кроме него на нём ничего больше не было. Пришлось стащить с кровати простыню и задрапироваться в неё по примеру Гермионы.
Внезапно они переглянулись и, не сговариваясь, побежали в душ, смывать с себя чужие прикосновения.
— Знаешь, могу то же самое спросить и у тебя… — бросил Гарри через стенку душа, но звук льющейся воды не дал возможности нормально поговорить.
— Не спрашивай, — Гермиона рухнула наконец на свою кровать в одном полотенце и потёрла виски. Голова болела нещадно. — Так. Надо успокоиться. Просто сесть и подумать.
— Ну давай попробуем, но, по-моему, тут впору выброситься из окна.
Гермиона вскочила на ноги и снова резко села, увидев, как Гарри стоит к ней оголённым задом и натягивает бельё. Надо сказать, его обнажённый вид не вызвал у Гермионы никаких отрицательных эмоций.
— Что? — спросил он, повернувшись и уже натягивая брюки.
— С кем был ты?
— Ты что-то поняла? — сразу приободрился Гарри, но на вопрос не ответил и вдруг сжал кулаки и зарычал: — А ты с кем? И что он сделал? Я совсем дурак, я сейчас пойду туда и…
— Не торопись, он ничего не сделал, не успел, — о словах про ночь Гермиона решила просто не думать, не чувствуя в теле никакого дискомфорта.
— Так где ты проснулся?
Её вопросительный взгляд вынудил его покраснеть и выдавить:
— Дамблдор. Ты бы видела, что он учудил. Твою мать…
— Гарри!
— Да что?! Ты бы знала, что там было, — он стряхнул с себя наваждение, проведя рукой по лицу. Он попытался было стереть из памяти вид голого старика с компрометирующей татуировкой на впалой груди, но у него ничего не вышло.
С изумлённого взгляда Гермионы можно было писать картину — настолько он был красноречивым.
— Но он же умер! — пискнула она. — Как и Крэбб. Гарри, я не понимаю! Что происходит? Мы спим?
— Не знаю. Что самое главное, кроме тебя, я никого больше не повстречал, и… замок. Он изменился.
— А что с ним? — спросила Гермиона, пытаясь сосредоточиться и удержаться от падения в истерику.
— Ты не заметила? Он целый. Всё такое, каким было до сражения, и картин нет, — Гарри посмотрел на испуганную подругу и вдруг иронично хмыкнул: — И, знаешь, я готов пройти ещё не одну сотню извращенцев, главное, чтобы Волдеморт не вернулся.
Гермиона задумалась и медленно кивнула.
— В конце концов, что с нами может произойти? Для начала надо выйти из замка и разведать, что творится в остальном мире.
Гарри кивнул и зашарил под подушкой, куда накануне положил карту Мародёров. Активировав её, он в изумлении воззрился на выходы из замка — их как будто не было. Не было на карте и Кребба с Дамблдором. Голова закружилась, горло сжал спазм, но он уверенно улыбнулся Гермионе.
Ведь она всегда верила в него. Верила, что он сможет выбраться из любой передряги. Главное, чтобы она была рядом.
Слово «всегда» вдруг замаячило перед глазами, но он моргнул, тряхнув головой.
Гарри встал, подал ей руку и потянул вверх. Это получилось немного сильнее, чем он рассчитывал, от чего она впечаталась в него, охнув от неожиданности.
— Прости, — улыбнулся Гарри и взъерошил свои волосы.
— Ничего, пойдём выбираться, — сказала Гермиона, и они, привычно держась за руки, покинули Выручай-комнату.
«Вместе», — думала она.
«Всегда», — осознал он.
========== Глава 2. Нет выхода ==========
Гермиона проснулась мокрой и практически на грани оргазма, который и настиг её несколько секунд спустя. Она затряслась, задыхаясь от накативших ощущений.
Придя в себя, она посмотрела вниз и обомлела: пока что это было самым фантастическим пробуждением, несмотря на иногда ужасающую фантасмагоричность предыдущих.
«Малфой?! Драко Малфой?! Ну что ж, после его отца мне уже не должно быть страшно».
Он стоял в коленно-локтевой позе между её раскинутых ног. Его блестящее от влаги лицо не оставляло сомнений, что именно его язык подарил ей утренний заряд бодрости.
— Ну как?
Его голос звучал жалобно, но Гермиона, не обращая на него внимания, начала озираться по сторонам. Её одежда привычно лежала на стуле рядом с кроватью, над которой висел полог насыщенного зелёного цвета, такого же, как и шёлковое бельё, на котором она лежала.
— Ну как что? — всё-таки спросила Гермиона, подтянула ноги к груди, закрывая Драко обзор на своё тело, и медленно потянулась к своей палочке, как вдруг вздрогнула от крика вскочившего Малфоя.
— Ты издеваешься?! Мы же договаривались! Мы женимся, ты рожаешь мне наследника, с помощью этого, вашего… искусственного… как его там…
— Оплодотворения?! — спросила Гермиона и, нащупав свою палочку, с облегчением выдохнула, но продолжила слушать, чтобы не вызвать подозрения.
— Да! Помогаешь избежать тюрьмы мне и моей маме, и вытаскиваешь оттуда моего папу… А потом трахаешься с кем хочешь! С Уизли, Поттером да хоть с Хагридом!
Гермиона замерла, медленно подтягивая к себе одеяло. Она помнила всех, с кем ей приходилось просыпаться в этот безумный день, и разные способы пробуждения уже не так пугали её, как возможность оказаться под Хагридом.
  
— Малфой, Драко, — спокойно произнесла Гермиона и подошла к своим вещам.
— Дракусик.
— Что? — не поняла Гермиона и стала надевать рубашку на голое тело, ибо бюстгальтера она так и не обнаружила.