Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ)

Приподняв юбку, я спустилась со ступенек, обошла лужу и пошла навстречу «своим людям».
— А вы долго, госпожа. — Джастер улыбался, но серые глаза смотрели серьёзно. — Всё хорошо?
Кузнец стоял рядом и держал в охапке какие-то свёртки. Вид у него был хмурый и уставший. Видимо, поездка опять всколыхнула в нём неприятные воспоминания, и он снова переживал прошлое.
— Не совсем, — я не стала притворяться. — Если вы закончили свою прогулку, то нам лучше вернуться обратно.
— Как скажете, госпожа. — Шут изобразил поклон, и Микай, встревоженно смотревший на меня, тоже неловко кивнул.
В молчании мы направились в «Золотое яблоко». Кузнец сосредоточенно шагал, прижимая к груди многочисленные свёртки. Я старательно обходила лужи, поднимая юбку и беспокоясь о чистоте туфель и платья. Только Джастер шёл с безмятежным выражением на лице, глядя на бегущие по небу облака и беспечно улыбаясь солнцу.
В «Яблоке» Джастер и Микай сразу пошли ко мне, хотя я думала, что кузнец оставит покупки в их с Шутом комнате.
— Что случилось, госпожа? — Шут перешел к делу, едва за нами закрылась дверь. — Совет отказался выплатить награду?
— Нет, с этим всё в порядке. — Я прошла в комнату и села на стул. — Я узнала кое-что другое.
Джастер тут же занял своё любимое место у окна, и Микаю ничего не оставалось, как сложить свёртки на стол и тоже присесть.
Когда я закончила короткий рассказ, кузнец ещё больше помрачнел и нахмурился, а вот Джастер снова стал похож на «пса», которого я знала.
— Вот как, значит, — он задумчиво тёр подбородок. — Вот же старая карга! Хитро придумала…
— Что придумала, чой-то я не пойму никак.
— А чего тут понимать? Город, отрезанный от торговли, без еды, без возможности хоть как-то попросить помощь, сдаётся на милость победителя — а именно этой карги, в обмен на избавление от страшных бед. Не сомневаюсь, что гонец, отправленный с письмом конклаву, давно уже червей кормит. Или нежить на Гнилушке покормил, потому и ответа совет не дождался. Надо бы найти того лодочника и спросить, как тот человек выглядел.
— Я поищу. — Микай поднял голову и посмотрел на меня. — Не серчайте, госпожа, токма вас тута не знают покуда, а я всё ж свой, со мной им говорить легче будет.
— Согласен, — поддержал его затею Шут. — У госпожи дел и без того хватит. Надо же будет снимать колдовство.
— Ты всё равно хочешь уйти? — Я с тревогой смотрела на Шута.
Он кивнул.
— Теперь это ещё важнее, чем я думал. Надо проверить, какие подарки она ещё припасла.
— А ты сдюжишь супротив её подарков-то?
Джастер весело улыбнулся.
— Я ж «пёс», а не колдун. Всё колдовское, что найду, я вам с госпожой оставлю.
Микай вздрогнул, недоверчиво покосившись на него, а мне стало не по себе. Я-то надеялась, что он останется и подскажет, что с водяником делать, а ещё лучше — поможет, потому и пообещала подумать!
А он…
— Джастер…
— Вот после ужина и пойду, — сказал он, сделав вид, что ничего не понял, и встал. — Пошли, Микай, госпоже отдохнуть и подумать надо, да и тебе отдых не помешает. А мне ещё много чего до ужина успеть сделать надо. Это оставь, я сам заберу.
Пока Шут перебирал свёртки, кузнец молча вышел из комнаты, оставляя нас одних.
Конечно, я не собиралась упускать эту возможность.
— Джастер, что мне делать?
— Подклад надо найти и сжечь. Это самое главное. А потом уж видно будет, что там останется.
— Подклад?
— Вещь, которую в воду бросили. Только руками её не трогай, возьми с собой сачок или багор.
— Но это же… Это же на том берегу!
— Угу.
— Но я… как я…
— С водяником ты справишься, не бойся. Плыви на лодке и Микая бери. Силы ему не занимать, пригодится. Игвиля тоже возьми.
— А ты…
— С остальным я разберусь. Ты не волнуйся и не бойся. Всё, мне надо идти. У меня сейчас действительно много дел.
Он сгрёб все покупки в охапку и вышел из комнаты.
Ужин прошёл в тяжёлом молчании. И без того я расстраивалась, что Джастер уходит, а теперь, когда стало ясно, что придётся разбираться с водяником без помощи и поддержки Шута, настроение было совсем не радостным. Сам Шут ел молча и несколько отрешённо, словно мыслями уже был не здесь, а на берегу Волокушки. Микай тоже думал о своём и не поднимал взгляда от тарелки.
 
После ужина я решила, что лучшее, что могу сделать, — это лечь спать.
Но неожиданности на сегодня ещё не закончились.
Я уже закрыла ставни и собиралась ложиться, когда в дверь постучали.
— Кто там? — недовольно спросила я, косясь на платье, которое только что сняла.
— Это я, госпожа, — отозвался Шут. — Вы ещё не спите?
— Нет! — Я стрелой метнулась к двери, открывая замок. — Нет! Входи!
— Я зашёл попрощаться перед дорогой и попросить приглядеть за лютней. — Шут прошёл в комнаты и положил инструмент на стол. Торба была перекинута через плечо, меч висел на поясе.
— Ты уже уходишь? — мне сдавило горло от чувств. — Сей…час? Но ведь уже темно, ворота закрыты!
— Да, — он кивнул. — Но мне это не помешает. Микая я предупредил, он утром обо всём позаботится. Что?
Сама поражаясь тому, что делаю, я подошла к нему и встала на цыпочки, потянувшись к его губам. Не могу я его отпустить просто так, даже не поцеловав.
Не могу и всё.
И он ответил на мой поцелуй. Глубоко, нежно и так проникновенно, что проще было бы умереть, чем дать ему уйти прямо сейчас.
— Останься со мной сегодня… — тихо попросила я, обнимая его за шею и прижимаясь к горячему сильному телу всей собой. — Пожалуйста…
Вместо ответа Джастер обнял меня, повернул ключ и щёлкнул пальцами, устанавливая свою защиту.
Я думала, что знаю его. Я ошибалась.
Такой нежности я не знала никогда. Я купалась и растворялась в его ласках, отдавалась ему так, как никогда прежде. Мне казалось, что соединились не только наши тела, а нечто большее. Нечто волшебное, тонкое, невидимое и воздушное окутывало нас, перетекало от меня к нему и обратно, качало на волнах бурно вскипавшей страсти и ласкало в такой нежности, что впору захлебнуться от чувств. Каждая частичка меня пела в его руках, от его поцелуев и прикосновений. И мне хотелось отплатить ему тем же. И я старалась, вкладывала всю себя, чувствуя, слыша, как распаляется его огонь от моих ласк и поцелуев, и сгорала в пламени ответной страсти, снова и снова желая этого.
Было глубоко за полночь, когда я поняла, что даже пальцем не смогу пошевелить, и в сладкой истоме просто лежала на его груди, слушая, как успокаивается его сердце, обнимая, греясь, наслаждаясь запахом клевера и захлёбываясь в переполняющих меня чувствах.
Великие боги… я люблю его. Всей душой и всем сердцем…
— Я люблю тебя… Не сердись только…
Вопреки моим страхам, Джастер лишь крепче обнял меня, прижимая к себе и легко гладя по волосам.
— Я знаю, Янига. Спи. Всё будет хорошо.
— Обещай, что вернёшься. — Я попыталась в темноте рассмотреть его лицо, но ничего не вышло. — Пожалуйста. Обещай.
— Непременно, — тихо ответил он с едва заметной грустной улыбкой в голосе. — Непременно. Спи.
Темнота укрыла меня одеялом, и я уснула.
30. Ведьма и водяник
Утро началось с зябкого сумеречного света, пробивающегося между ставнями. Я закуталась в одеяло, сохраняя тепло. От постели едва заметно пахло клевером. Джастер…
— Возвращайся поскорее, — тихо пробормотала я, обнимая подушку. — Пожалуйста.
Вот ведь как… Он и прежде уходил в лес, оставляя меня одну, но тогда не было никакой Вахалы, войны за надел, и тем более, никакой Игры. Я знала, что он просто где-то бродит по лесу и вернётся, принеся трав для зелий и еду. А сейчас…
Сейчас он ушёл помочь мне защитить надел от посягательств Вахалы. Колдовские штуки он нам с Микаем оставит, как же…
Я не сомневалась, что со всеми «подарками», если они будут, Джастер справится легко и просто. Он и Вахалу наверняка может убить, не особенно напрягаясь, что бы он там ни говорил. Если уж даже я, по его мнению, могу ей противостоять…