Лето с детективом (сборник)

Но день отплытия еще не был назначен, и Анита наслаждалась прогулками по ни с чем не сравнимому португальскому Эдему. Фуншал она исходила вдоль и поперек, посетила все его достопримечательности, включая Кафедральный собор с позолоченным алтарем и потолками из резного дерева, а также крепость Сантьягу, дворец Сан-Лоренсу и множество церквушек, часовен и прочих сооружений, каковые притягивали ее взор в силу своей необычности. Завершив осмотр города, она переключилась на окрестности. Город окружали разбросанные по холмам и равнинам усадьбы влиятельных лиц. Аниту эти дома, равно как и их обитатели, интересовали мало, поэтому она предпочитала совершать моционы на побережье или под кронами реликтовых лавров.
  
Алекс поначалу сопровождал ее, но вскоре нашел себе другое занятие, захватившее его с головой. В городе обнаружился карточный клуб, где собирались аристократы. Играли в покер, вист, бридж, пили мадеру и непринужденно переговаривались. Это злачное место затянуло Максимова, словно зыбучий песок. Анита не препятствовала – здесь, на маленьком пятачке посреди океана, сама обстановка настраивала ее на глубокие размышления о вечности. А когда размышляешь, лучше, чтобы никто не отвлекал.
Вот и в тот погожий летний день она направила стопы к океанскому берегу. Путь пролегал по узкой, плохо протоптанной тропинке через лес. Из-под ног разбегались юркие ящерицы, где-то в ветвях курлыкали голуби. Дул освежающий ветерок, шумела листва… парадиз, да и только!
Выйдя на взморье, Анита приложила ладонь к глазам козырьком и обвела взглядом океанскую гладь. Она любила стоять на краю водной пустыни, смотреть на отражавшиеся в волнах солнечные блики и примечать белые паруса проходивших мимо судов.
Но сегодня пустыня казалась совершенно безжизненной, если не считать рыб, резвившихся в скрытых от глаз глубинах. На горизонте – ни единого суденышка. Безлюдно и прибрежье, только мухи жужжат вокруг. Этот закуток не пользовался популярностью среди жителей Фуншала и постояльцев городских гостиниц. В большинстве своем обленившиеся, настроенные на праздный отдых и пресыщенные красотами, они редко гуляли по глухим лесам и диким пляжам, где не встретишь ни кофеен, ни палаток с лимонадами, ни лотошников со снедью.
Анита не причисляла себя к неженкам, и прогулки по лавровым чащобам ей нравились. А уж облюбованный ею участок берега казался выше всяких похвал. Чудный вид, завораживающая прелесть первозданного мира…
Вволю насмотревшись на необъятные просторы, она не спешила уходить. Что делать в городе? Алекса раньше обеда из-за ломберного стола не вытащишь, а идти в Фуншале по большому счету некуда. Не искупаться ли прямо здесь?
Подобная мысль могла показаться благовоспитанной даме вульгарной. Но Анита не была ханжой и полагала, что женщинам, пускай и принадлежащим к высшему обществу, ничто человеческое не должно быть чуждо. Тем паче, что берег был пустынным и ни единая душа не могла прознать о фривольном поведении русско-испанской аристократки.
Приняв решение, Анита зашла за лежавший на желтом песке большой валун и принялась разоблачаться. На острове, представлявшем собой миниатюрный Вавилон с весьма смелыми обычаями, смешением стилей и фасонов, она дерзнула отказаться от строгой континентальной моды и одевалась а-ля антик – так, как было принято в годы первой французской революции. Вместо тугих корсетов и тяжелых платьев, наглухо зачехлявших тело от подбородка до пят, она носила свободные одежды из полупрозрачного батиста с дерзким декольте и высоким подолом. Удобство такого наряда заключалось еще и в том, что снять или надеть его было чрезвычайно легко. Весь процесс занимал считаные минуты, даже помощь служанки не требовалась.
Анита, привыкшая к самостоятельности, быстро справилась с завязками и застежками. Под верхней одеждой обнаружился предусмотрительно надетый купальный костюм – облегающее фланелевое платьице без рукавов длиною до колен. К нему полагались панталончики и специальные туфли для ходьбы по песку, но Анита решила ими пренебречь. Все эти детали гардероба отнюдь не облегчали купание и были введены в обиход исключительно из эстетических соображений. Но к чему обращать внимание на эстетику, если тебя все равно никто не видит?
Раздевшись, Анита погрузилась в воду. Навыкам плавания она обучилась еще в детстве, а после замужества ей нередко доводилось практиковаться, плескаясь с Алексом в речушке, что текла неподалеку от их псковского поместья. Они плавали наперегонки, и Максимов выражал довольство успехами супруги.
Сейчас, правда, Анита не собиралась устраивать заплывов на скорость. Отдых – он и есть отдых. Она неспешно проплыла саженей пятнадцать и, перевернувшись на спину, раскинулась морской звездой, подставив лицо солнечным лучам. По счастью, кожа у нее от природы имела ярко выраженный смуглый оттенок, что избавляло от необходимости прикрываться зонтами и широкополыми шляпами, дабы не утратить столь ценимую в свете интересную бледность.
Анита смежила веки и отдала себя на волю волн. Океан нынче ласков и покоен, далеко не унесет.
Она пролежала так минуту или две, как вдруг услышала шумный всплеск, словно что-то массивное обрушилось с берега в прибой.
Ах, конфуз! Кого там принесла нелегкая?
Анита приняла вертикальное положение и столбиком ушла под воду, оставив снаружи лишь голову с убранными в пучок волосами. Она тревожно огляделась, выискивая непрошеного свидетеля. Солнце, отражаясь от зеркальной зыби, слепило, пришлось встать к нему спиной и приноровиться к скачущим вокруг хрустальным светлякам. Поначалу она не разглядела никого, но вскоре вода в дюжине аршин от нее взбаламутилась, и из океанских недр показалась облепленная зеленовато-белесой шерстью морда с огромными клыками и черным носом.
От изумления Анита застыла, перестала работать конечностями и, естественно, пошла ко дну. Благо, глубина близ берега была невелика, босые ступни скоро коснулись песчаного ложа. Она пружинисто оттолкнулась и вновь всплыла, ожидая, что видение, вызванное, очевидно, тепловым ударом, исчезнет.
Но нет! Мохнатое чудище продолжало маячить в поле зрения, отдувалось и фыркало, разевая страшную зубастую пасть. Брызги долетали до Аниты, окропляли ее, это было ощутимо и потому исключало всяческие сомнения в реальности происходящего.
– Diablo! Какого черта?.. – пробормотала она, от страха мешая наречия.
Ей еще ни разу не встречались на Мадейре хищники – ни морские, ни сухопутные. Тут, как уверяли старожилы, даже акулы не водились. Из крупных животных попадались лишь тюлени-монахи, но они слыли существами робкими и селились подальше от людских глаз.
То, что пялилось сейчас на Аниту злыми круглыми зенками, робостью явно не отличалось. Оно выдернулось из воды до покатых плеч, покрытых такими же светлыми, с прозеленью, шерстинками, и недобро зарычало. Анита, загипнотизированная видом громадных клыков, среагировала не сразу. Но когда в ее сторону протянулась мощная когтистая лапа, ступор сам собой прошел, и, хвала всем святым, включился инстинкт самосохранения.
Анита зашлепала руками и ногами и рванула к берегу с такой скоростью, какую не развивала никогда в жизни. В несколько взмахов она преодолела отделявшее ее от пляжа расстояние, выскочила на песок и обернулась. Очень хотелось верить, что чудо-юдо останется средь пологих волн, а еще лучше – рассеется, словно кошмарный мираж.
Где там! Широко загребая лапами, оно устремилось вслед за намеченной жертвой и ступило на песчаную отмель в тот момент, когда Анита еще не успела добежать до камня, за которым лежали сброшенные перед купанием предметы одежды.
  
О, какой грозный исполин предстал перед нею! Весу в нем было не меньше сорока пудов, а рост достигал пяти футов с лишком. Плоская голова с круглыми ушами сидела на длинной шее. И в нее, по всей видимости, приходили мысли отнюдь не миролюбивого свойства.
Анита потянулась к ридикюлю, в котором всегда держала острый кинжал в кожаном чехле. Но какой кинжал мог бы остановить эдакую глыбищу?..