Открытие Вампиров (СИ)

Анджей тем временем плотно занялся тренировками и помогал Радомилу навести порядок в Совете. Мы с мамой делали ремонт дома. Нам удалось восстановить его после пожара. Элб успевал внести свой вклад в каждый из трёх проектов. Мама даже не была против того, что Элб поживёт у нас, но не он один. Тамари с Эрикой были просто в восторге от исследований Радомила и каждый из них был не прочь подтянуться в точных науках.
Мама и Радомил перестали скрывать свою любовную связь. И все опасения мамы на то, что со стороны общества будут не соглашения и обвинения в сквозном поведение мамы, но этого не произошло.
В этот вечер мы собрались за нашим новым большим столом. Мама приготовила утку с рисом, рулетики с ветчиной, три салата: мимозу, оливье и курицу с ананасами. Последний был весьма сомнительным, но на вкус оказался просто волшебным.
— За восстановление Совета! — поднял фужер Радомил и раздался звон бокалов. — У нас с Каролиной есть объявление для вас всех.
После того как все отложили столовые приборы в сторону и обратили всё внимание на Радомила, он продолжил:
— Мы долго обдумывали это и пришли к единогласному решению. — он немного замялся. — Мы решили вернуться в Польшу.
— Что? А как же Совет? Ведь ты мечтал его возглавить! — воскликнул Анджей.
— Я нашёл кое-кого на своё место. — признался дядя. — Я думаю, что ты и Александр отлично справитесь с этим. Как говорится: "дорогу молодым".
Я не была удивлена. Мама не была здесь до конца раскрыта и Радомил чувствовал это. К тому же ей и правда нужна была обстановка более спокойная. В нашем доме было слишком людно и воспоминания нет-нет, да цеплялись. А сейчас ей волноваться и переживать противопоказано. Маме нужно беречь своё чудо. Пусть она и скрывает это, но от меня не укралась эта тайна. Помогли ли новые способности почувствовать скорое появление на свет маленькой сестрёнки или это было что-то другое, я не знала, но была счастлива за неё.
— Раз сегодня день объявлений, — начал Тамари своим крепким басовым голосом, — мы с Эрикой тоже решили сменить геолокацию. Вернёмся на Эквадор. Может на год другой, чтобы не оставлять вас надолго без присмотра.
Эрика, точно кошка, прижалась к своему мужчине. Всё пережитое так же помогло им соединиться вновь, поняв, насколько они дорожат друг другом.
Позже я покинула застолье, решив подышать воздухом и обдумать всё то, что мы смогли пережить. Надежду на возращение отца, я утратила в той проклятой пещере. После всего между мной и Радомилом всё ещё висела натянутая струна. Я никогда не смогу назвать его папой, а он вряд ли сможет признаться в искренности своих чувств. Но я любила его. Как дядю или как отца, не важно. Мы даже не вспоминали о Ветте или Януше. Слишком рано? Наверное, может быть гораздо позже мы все соберёмся и обсудим произошедшее, но не сейчас. Сейчас наши раны слишком болезненны и по-прежнему кровоточат.
— Я знаю, что тебя так тревожит. — Элб оказался рядом незаметно.
Именно эта связь между нами меня и поражала. Он всегда чувствовал мой внутренний мир, так же, как и я его. Мы всегда оказывались рядом, когда это было не обходимо одному из нас.
— Придёт ли когда-нибудь это время? — он обвёл мою талию и поцеловал волосы.
— Обязательно, моя любовь, обязательно… — трепетно прошептал мне на ухо.
Низ живота сладко завибрировал. От его прикосновений я теряла все чувства на свете, кроме тех, которые он дарил мне в эти моменты.
— Ты будешь председательствовать в Совете? — поинтересовалась я, пока рассудок окончательно меня не оставил.
— Не сейчас. — он развернул меня к себе, заглядывая в глаза. — Прежде всего я должен исполнить твою маленькую мечут.
Я вопросительно уставилась на него, на что он расплылся в прекрасной заботливой улыбке.
— Я арендовал небольшой домик на берегу Байкала.
— Что?! Ты серьёзно?
Когда я была маленькой, отец обещал меня отвезти туда. Поистине, я считала это озеро необыкновенным. Поэтому моя радость была почти детской, от чего особенно искренней. Я зарылась лицом в его грудь. Он по-прежнему пах лесом и хрустальной горной рекой.
 
— Я люблю тебя. — возвышенная, счастливая, я пропела эти слова.
Элб поднял моё лицо за подбородок, заставляя снова взглянуть в глаза. Черты его лица выразились отчётливее, придавая довольно серьёзный и безумно сексуальный вид.
— Безмерно… — прошептал он.
— Безвозвратно…
— И навечно… — добавил он, наклоняясь ко мне.
Наши губы сомкнулись в горячем поцелуе. На вечно…
Забыла добавить! С моей подружкой с заброшенной стоянки всё хорошо! Правда Машку ждёт адаптация к новой жизни… и новым возможностям!