Открытие Вампиров (СИ)

— Прекрати истерику, Мира. — раздался твёрдый жёсткий голос. — Лучшего мужа, чем Кирилл Полонский, мы тебе не найдём.
— Радомил, — вздохнула мама. — Возможна ли отсрочка? Подождём до восемнадцати?
— Ни каких отсрочек. После её поведения за столом, Полонские проявили огромное уважение к нашему роду, и согласились с Кириллом. Мы ответим им тем же, и с большим желанием пойдем на это соглашение. — Радомил был серьёзен как-никогда. — Собирайся, Каролина. Мы сегодня же отправимся к ним для обсуждения дальнейших деталей.
— Не-ет! — я зарыдала от безысходности.
— Радомил… — было начал Януш.
— Я всё сказал! Моё слово — закон! — он пронзительно посмотрел на Януша, затем на маму. — Или вы хотите в этом усомниться?!
Януш опустил глаза. Мама отвернулась к плите, трясущимися руками принялась протирать стол.
— Нет! — крикнула я ещё громче.
На кухне задрожали окна. Радомил как-то неожиданно вздрогнул, но сразу же взял себя в руки и со всей силы ударил по столу, отчего одна ножка с треском переломилась.
— Быстро ушла в свою комнату!
Анджей удержал стол, сохраняя всё, что на нём было.
— Дядя Радомил, не разговаривайте так с моей сестрой. — сдавленно произнёс брат.
Радомил опешил.
— Что ты сказал, щенок?
— Радомил, оставь его. — Януш поднялся, перекрывая ему путь к Анджею. — Тебе нужно остыть.
— Остыть… — тяжело дыша повторил Радомил. — Мы ещё это обсудим. — адресовал Анджею. — Каролина, у тебя час. — быстрым шагом покинул кухню.
  
Глава 9. На зло
 
Я лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. От моих слёз она промокла почти на сквозь. Ветта сидела рядом со мной, осторожно поглаживая по спине. Анджей угрюмо расселся в кресле, рядом с окном.
Состояние опустошённости пришло не сразу. Сначала было отрицание, потом необузданный гнев, сменяющийся истерикой и истошными удушающими слезами. После всего этого обычно приходит смирение, но не в моём случае. Я чувствовала огромную обиду и предательство со стороны старших родственников.
— Мира, ты как? — спросила младшая сестра.
— Лучше всех. — пробормотала в подушку.
— Анджей, я пойду проведаю Ивонну. Ты побудешь с Мирой?
— Иди, Ветта.
Когда дверь за сестрой закрылась, я оторвала голову от подушки, села, поспешно протирая лицо рукой.
— Анджей, — начала я, немного гнусаво из-за забитого носа. — Прикроешь меня?
— В каком смысле? — удивлённо посмотрел на меня.
— Я в подвал спущусь.
— Днём?!
— Радомила и мамы нет.
— Януш дома.
— Он не станет меня беспокоить. Просто скажи, что я отдыхаю, и попросила меня не трогать.
— Это хорошо. Но зачем тебе к нему? — брат снизил голос. — Что ты задумала, Мира?
— Хочу порадовать дядюшку.
Анджей проверил коридор. Проследил, чтобы никто не шёл, и только когда подал знак рукой, я юркнула в подвал, запирая за собой дверь. Без освещения пробежала по коридору, оказываясь перед камерами. Глаза достаточно быстро привыкли к темноте. Я без труда подошла к решёткам, дотронулась до замка.
— Otworzyć! — негромко сказала, протирая рукавом красный нос.
Вампир сидел спиной, облокотившись на железные прутья. Он даже не покачнулся и не проронил ни одного слова.
— Otworzyć! — повторила, приходя в ярость.
Поставила ноги на ширине плеч, ухватилась за него двумя руками, закрыла глаза, пытаясь собрать в себе силы.
— Płonąć ogniem! — яростно крикнула.
— Ведьма, ты обожжёшь руки! — тревожно вскрикнул вампир и попытался вскочить, кандалы лишь на немного приподнялись, и с грохотом рухнули обратно, утягивая его за собой.
Резкая боль пронзила ладони. Я с трудом оторвала руки от раскалённого металла. Запахло припаленной кожей. Мои ладони горели от боли. И от этой боли я будто обезумила.
— Klucz do wszystkich drzwi! — выставила руки перед собой.
Громоздкий замок слегка колыхнулся и замер, так и оставшись неприступным. Я обессиленно повалилась на колени, со всеми оставшимися силами ударила кулаком по бетонному полу.
— Проклятая клетка! — на костяшках выступила кровь.
 
— Кто подпортил ведьмочке настроение? — уже спокойно спросил пленник. — Тебе не достались хлопья на завтрак?
— Почти… — я посмотрела на свои обожжённые ладони. Кожные покровы обуглились.
— Как твои руки?
— Откуда ты узнал, что я обожгу руки?
— Ты схватилась за холодный метал и для чего-то хотела накалить его. Не думала же ты, что он просто сгорит в твоих руках?
— Я не знаю, о чём я думала. — честно призналась.
— Ночь ещё не наступила. — определил вампир. — Но ты уже здесь, и пытаешься покалечить себя. Тебе сон плохой приснился?
— Лучше бы всё это было сном. — вздохнула я.
— Сколько бы гроза не длилась, Мира, рано или поздно выйдет солнце. Нужно переждать непогоду.
— А если я промокла до нитки и мне холодно?
— Нужно найти сухое место, просушить одежду.
— Но что, если я не могу постоянно находиться в этом месте?
Вампир проигнорировал мой вопрос. А затем решил задать свой:
— Ты хотела открыть замок. Зачем?
— Разве непонятно? Чтобы ты смог свалить отсюда.
— Кому хочешь навредить? Родственникам или себе?
— Дяде.
— Когда он узнает кто освободил меня, что он с тобой сделает?
— Ничего. — я обняла себя за плечи, немного сутулясь. — Возможно именно в эту минуту, мой дядя подписал договор. Тем самым "продал" меня замуж.
Вампир молчал. Довольно долго молчал. Я тоже молчала. В ладонях шла неприятная пульсация. Ожоги постепенно затягивались.
— Тебя это задевает? Вы же ведьмы так живёте. Вы не вольны в своих выборах. Думала тебя это обойдёт стороной?
— Этот колдун должен был взять в жёны мою старшую сестру! Я даже не знаю его! Как так можно? Мать даже не попыталась возразить Радомилу! — возмущалась я. — Мне семнадцать! Я не хочу, чтобы он овладевал моим телом! — я запнулась на последнем предложение.
— Можешь снять с меня повязку? — мягко спросил вампир.
Я не отвечая поднялась, подошла к решётке. Одним движением рук развязала узлы, повязка осталась у меня в руках. Вампир подвинулся, усаживаясь плечом к решётке. Я отзеркалила его позу.
— У тебя не было интимных связей? — спросил вампир.
— Эй! Я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь. — я отвернулась от него.
Я почувствовала на себе его острый взгляд. Он прошёлся по моему профилю. Спустился ниже. Я медленно сглотнула. Вампир смотрел на мою тонкую шею, на выразительные ключицы. Мне стало не ловко. Я потянула замочек кофты вверх. Этот жест рассмешил пленника.
— Здесь и обсуждать нечего. Я чувствую твою невинность.
— Зачем тогда спрашиваешь, если чувствуешь?! Мог бы деликатно промолчать. — я посмотрела на него.
Вампир сидел, склонив голову вниз.
— Я помогу тебе сбежать. — слёту заявила я. — Говори, как?
— Сбежать… — лукаво ухмыльнулся. — Есть одно условие.
— Чего? — я была в замешательстве и одновременно в лёгком изумлении.
— Да, я сбегу, но только при одном условие. — невозмутимо пояснил.
— Можно узнать при каком? — глумливо протянула я.
— Когда ты откроешь темницу, тебе придётся меня поцеловать.
Я вспыхнула от такой наглой решительности.
— Прости, что? — я шарахнулась в сторону.
— Я объясню. — посмотрел на меня янтарным выразительным взглядом. — Издревле заведено в ведьмином роду не иметь близости с живыми мертвецами. Они считают нас отвратительной массой, недостойными отребьями, проще говоря — мусором. — он говорил всё это со звериным оскалом.
— У меня не получается состыковать поцелуй и твои объяснения. — я развела руками.
— Ты так считаешь? — внимательно проследил за моим лицом.
 
— Я хочу тебя освободить! Как я могу так считать?! — я с досадным негодованием заглянула ему в глаза. — Элб! Ты хочешь, чтобы я доказала тебе это поцелуем?
— Прежде всего, я хочу быть уверенным, что ты это делаешь не на зло своему дяди, а на самом деле хочешь помочь мне. А невинный поцелуй будет тому доказательством.