Источник рода (СИ)
– Какая у тебя секция на этих торгах? – уточнил Юхнин.
– Я займу этой цыпочкой самую последнюю, тридцатую. А тех четырех выставлю в десятой.
– Я буду завтра. Не открывай полог без меня.
Юхнин с видимыми усилиями наконец-то отцепил меня от себя и с сожалением положил обратно в повозку. Подрагивающими длинными пальцами провел по щеке до груди, нежно сжал её. У меня в голове возникли фразы из непереводимого русского фольклора. Варенька озадаченно охнула.
– До завтра, птичка моя! – и впился в губы жадным поцелуем.
– Грах! – угрожающе надвинулся Тайлер. – Не вздумай испортить мне товар!
Юхнин оторвался от меня и резко ушел.
– Ненормальный, – выдохнул эльф и вытер влажной салфеткой мое лицо.
За это я была ему благодарна. Губы после поцелуя гарха горели огнем. К повозке подошли ещё 3 темных эльфа. Я смогла рассмотреть их впервые, до этого встречала только светлых. Темные были мощнее, шире в плечах и выше ростом, кожа отливала дымчатым серебром, волосы у всех четырех длинные, заплетены в сложные косы и перевязаны несколькими шнурками с камушками. Если бы я не знала, чем они занимаются, вполне симпатичные эльфы.
– Босс, – пробасил один из них. – Юхнин не остановится, он закусил удила по полной.
******************************************************************
Тайлер задумчиво тер подбородок с легкой небритостью.
– Я смотрю, одна цыпочка очухалась. Покормите её и влейте ещё зелья, пока она полностью не пришла в себя. И ту, серую, покормить нужно. Они и так двое суток провалялись без еды. Ещё схуднут, Боркан не любит тощих.
– Так это, ты ж их Юхнину пообещал, – напомнил самый молодой на вид эльф с длинной белой косой.
– Я обещал ему выставить её – он ткнул в меня пальцем, – в тридцатой секции. И это обещание выполню.
Значит, нас с Гулей разъединят. Что же делать?
«Сначала, поесть, – моя советчица заелозила на шее, – когда ты сытая, кровь вкуснее. А потом подвинься к Гуле, я нейтрализую остатки зелья и ты попытаешься открыть замок. Вернее, МЫ попытаемся. Там нужна магия определенной частоты вибрации. Попробуем подобрать».
Я почувствовала, как по венам распространяется жаркий огонь.
«Вообще-то, мне больно! По-другому нельзя было?» – от жгучей боли у меня потемнело в глазах.
«Как могу! Спасибо бы лучше сказала, а то так и валялась бы бревном», – обиженно засопела Варенька.
«Спасибо!», – пробурчала я, когда боль остановилась.
Незаметно озираясь, подвинулась к Гуле. Через некоторое время она чуть дернулась. Я забеспокоилась.
«Не боись, это я подключилась к ней», – прошептала Варенька. «Давай, замок на шее сзади, приложи ладонь!»
Я медленно потянулась рукой и нащупала легкий бугорок, почти не различимый, на ошейнике Гули. Сразу же по пальцам пробежалась волна жара. Замок щелкнул, и ошейник разделился на 2 равные части. Я быстро стянула его с девичьей шеи и положила под себя.
«Может, мне его на себя одеть?» – предложила, стараясь придумать куда его спрятать.
«Нет, ты что? Нам твои крылья могут пригодиться! А пока ты его снимешь, нас могут и придушить», – ну вот, все благие намерения оборвали на корню.
«Ага, благими намерениями выстлана дорога в ад. Ничего не напоминает?» – фыркнула Варенька.
«Думаешь, у нас есть выход?»
«В любой ситуации есть 2 дырки – вход и выход, – философски заявила мелкая. – И не говори, что ты не в курсе. Это же твое любимое изречение. Если выхода нет, разворачиваемся и идем в обратном направлении ».
Я закатила глаза. Засранка!
« И ничего не засранка! Я очень чистоплотная! У меня биологических отходов почти нет! – возмутилась Варенька. – Только листики…иногда.» – добавила смущенно.
Я даже представила, как поголубели её лепесточки.
«О! Вовремя! Я сейчас подпущу немного ядику, не переживай, совсем чуть-чуть, чтобы обездвижить тебя!»
В этот раз я почувствовала приятную истому. На ум пришло сравнение – сладкий яд. А что? Очень даже подходит. Мелкая захихикала.
«И мне понравилось!»
К повозке подошли 2 эльфа и 2 эльфийки. Мужчины приподняли нас с Гулей, а женщины стали ложками кормить кашей. Правда, Гулю перед этим недолго били по щекам, чтобы привести в чувство. Каша была очень вкусная, с маленькими кусочками нежного мяса. Накормили «от пуза». После кормежки эльфы ушли, прислонив нас к стене повозки.
– Гуленька! – прошептала я. – Я сняла тебе ошейник, ты можешь ночью сбежать! Сейчас нам, наверное, зелье принесут обездвиживающего, сделай вид, что выпила.
Гуля удивленно посмотрела мне в глаза и кивнула.
– А как же Вы, госпожа?
– Доберись до наших. Они помогут. А я постараюсь дождаться.
В огромных серых глазах плескалась благодарность и бесконечное счастье.
– Спасибо, госпожа! Я Вас никогда не забуду!
– И никогда не соглашайся работать во дворце! Опять ошейник оденут.
– Нет, уже не оденут. Я тогда мелкая была, контролировать свой оборот не могла, вот и надели. А маг потом умер, и снять больше никто не смог, сколько ни пытались.
– Ладно, вон уже идут по наши души! – я глазами показала на приближающегося пожилого эльфа с двумя маленькими бутылочками зелья.
Мы изобразили частичный стазис, гневно сверкая глазами, пришлось проглотить зелье, весьма приятное, надо сказать, на вкус. Оно подействовало буквально через несколько секунд, обволакивая тело приятной истомой и накрывая вселенским безразличием. Через пару минут я отключилась, привалившись к Гуле спиной.
Проснулась от ощущения холода. Сквозь щель между половинками полога удалось рассмотреть только то, что снаружи если не ночь, то очень поздний вечер. Темно и холодно. И это летом! Хотя, чему я удивляюсь? Мы в полупустыне, судя по разговорам, обрывки которых долетали до моего слуха. А там всегда так: днем– духота, ночью – дробота. Я поежилась и обнаружила, что могу двигаться. А заодно – отсутствие Гули.
«Варя? А где Гуля?» – мысленно задала вопрос.
«Хи-хи, – раздалось в голове. – Ты проспала самое интересное. Эта оглашенная, как только стемнело и я вывела токсины (ну надо же, какое слово она знает!) выползла наружу, обернулась в свою ипостась, перепугала этих ушастых вусмерть. Тайлер выскочил, конечно, на шум, она его знатно поваляла по земле, и улетела. Жаль, далеко не улетит – крылья слабые», – она с огорчением вздохнула.
«Ну хоть вырвалась отсюда, – порадовалась я за горгулью, – значит, можно ждать помощи.»
«Я бы сильно на это не рассчитывала, – обломала Варенька. – Неизвестно, куда нас продадут».
«Ты забыла? У меня же муж есть! У нас с ним связь! Он найдет меня везде», – я с гордостью подняла руку, чтобы продемонстрировать брачную вязь и пораженно уставилась на…наручь. Сделанный из невесомого материала, он нагло поблескивал в лунном свете. Перевела взгляд на другую – там нахально сиял его брат близнец.
«Что это?»
«А это очень дорогой артефакт, – пояснили глупой и обалдевшей мне. – Он блокирует все потоки. Его одевают на преступников и рабов. Вот даже не знаю, к кому нас причислили».
«А ты не можешь также как и ошейник размагичить их?»
«Нет, – грустно сообщила Варенька. – Это высшая магия, запретная, незаконная. Придется выворачиваться самим и надеяться на твоих мужиков».
«Вообще-то, у меня один муж, – напомнила я этой засранке. – И я люблю его одного».
«Кто бы говорил! – фыркнул цветочек. – А также «люблю одного демона» и «как меня достало это блондинистое Высочество!» Что, разве не так?»
«Откуда ты про Керри узнала? – аж задохнулась от возмущения. – Ты опять в голове у меня лазила?»
«Да ладно тебе! Я питаюсь не только твоей кровью, но и эмоциями. Не жмись. От тебя не убудет, а мне приятно».
«Ты понимаешь, что есть воспоминания, которые слишком личные?» – попыталась достучаться до совести соседки. Хотя, о чем это я? Какая совесть у растения?
«Совесть у меня есть, как и у всякого живого биологического вида. И я не лезу в личные воспоминания. Только в эмоциональные», – буркнула Варя и замолчала. Надолго.