Браконьер (СИ)
– Мне нужно на четыре дня уехать во Владивосток. Может, на неделю или десять дней. Так что я хочу подписать договор на разовое оказание услуг с оплатой мясом и серыми рогами в количестве трех штук. Не люблю оставлять дела в подвешенном состоянии.
Я передал Марине подготовленный дома документ в трех экземплярах (на всякий случай у меня было с собой еще с десяток копий). Девушка ознакомилась и не нашла никакого подвоха, которого не было и не предполагалось. У Ретоповых не было ни одного возражения, и мы легко подписали предложенный мной документ, по которому мне оставались "авторские" права на создание эмульсии, а сама эмульсия принадлежала гильдии.
Мы также легко распрощались, и мне пожелали легкого воздушного пути, раз уж я вставил, что лечу на самолете. Я стоял совсем рядом, когда Мишин смартфон зазвонил, и на экране появилось имя Игнат. Если не мне изменяла память, это имя оценщика Трофимовых, и сталкиваться с ним мне не хотелось. Следующую неделю я собирался активно поработать над восстановлением внешности, но до неузнаваемости все равно не справлюсь. Сейчас Мирославу Геннадьеву нужно исчезнуть.
Все три запланированных дела были сделаны – переработать ядра рогатых кроликов в эмульсию; вернуть спортивную сумку; подписать договор – и я с чистой совестью вызвал такси. Как только отъехал, мимо меня проехала серебристая ауди, и лицо водителя мне было знакомо. Это был мужчина с аватарки в "Империале" с именем Игнат. Как вовремя я сбежал! Не хотелось бы столкнуться с ним лицом к лицу.
В итоге, как и планировал, такси высадило меня рядом с каким-то дешевым отелем, название которого я тут же забыл, и я пошел к дверям на случай, если водитель не успел отъехать. У самого входа остановился, заяндексил ближайший магазин экипировки, развернулся и пешком отправился на остановку. Всего в десяти остановках на интерактивной карте нашелся туристический склад-магазин, так что я решил затариться основным уже сегодня, раз уж появилось немного свободного времени. Деньги были, бездны пока еще не было, но я собирался исправить этот косяк до конца следующей недели.
В пятницу в конце рабочего дня я встрял в пробку в душном автобусе, так что спустя три остановки еще семь прошел пешком. Так было гораздо быстрее по времени и комфортнее для тела. Особый комфорт в жаркий день добавило два съеденных мороженных.
Склад-магазин я узнал, стоило только прибыть на место. Раньше это был маленький туристический магазинчик, в котором я часто отоваривался перед рейдами. В те времена за прилавком стоял хозяин лично, а сейчас вряд ли мне предоставится шанс увидеть его лично.
В последующие два часа я вскипятил мозг консультанту, которого приговорил таскаться за мной и записывать все артикулы необходимых мне товаров. Несчастный парнишка лет семнадцати, явно подрабатывавший неполный день во время летних каникул, кипел-кипел, но терпел. Я обещал сделать крупную покупку и даже кинуть три процента чаевых за допуслугу.
От автора:Большая просьба поделиться впечатлением о прочитанных главах и поставить лайк. Обратная связь от читателей помогает продвигать книгу и радует автора)
Глава 13: КЛАДбищенский квест
Самое лучшее время для посещения кладбища с не самыми благородными мотивами – ночь с субботы на воскресенье. Как известно, по воскресеньям не закапывали, а значит не будет никого, кто бы мог помешать мне или спалить меня. Но причина моего появления на кладбище именно в субботу поздно ночью максимально тривиальна: в пятницу я закончил с делами, а в субботу с самого утра искал необходимое мне захоронение.
Поиски растянулись на весь день: пешочком пройтись по Новому Бадалыку в поисках одной-единственной могилы – тяжелое дело. Мне удалось узнать, что мое тело было похоронено здесь, но где конкретно здесь выяснить не удалось. Но вышло узнать номер сектора и номера участков, в котором хоронили во второй половине сентября две тысячи третьего года. И тут я облажался пополной программе, обнаружив могилу с именем Алексей Земский и моими датами рождения и смерти рядом с апрельскими могилами! Что они делали с моим мертвым телом целых семь месяцев?!! Скрывали факт отравления?
А может все-таки найти Катю и поинтересоваться, какого хуя она меня на самом деле отравила, а после мурыжила мой труп целых семь месяцев?!! Не хотел в новой жизни связываться с ней и интересоваться о ее дальнейшей судьбе. Итак всю жизнь за нее положил и в переносном, и в прямом смысле. Я ж не какой-то додик, который будет мстить женщине за отказ. Отказала – фиг с ней. Хороших, и даже идеальных женщин в РИ и в Красноярске в частности много. А траванула Катя явно с подачи папеньки, с которым я никогда не ладил, а меня – простолюдина, получившего титул барона за заслуги перед Отечеством – он ненавидел люто...
То, что могила принадлежала именно моему первому телу, я не сомневался. От земли слабо фонило энергией бездны, которая с каждым годом по чуть-чуть набирала силу. Я почувствовал эту энергию, когда подошел впритык. Если бы прошел мимо хотя бы в метре, пропустил бы. Чтобы фону энергии бездны набрать достаточно сил для обнаружения, понадобилось лет четыреста или всего один придурок, шляющийся по старым захоронениям.
К моменту обнаружения потеряшки стемнело, а я был достаточно экипирован... но это все равно не помогло мне закончить с рытьем могилы до рассвета. Летом начинало светать рано, в три-четыре утра. Гроба все не было и не было. Зато была энергия, которая при жизни была поглощена моими костями. С момента озарения я стал копать осторожнее: раз гроба нет, а кости есть, значит была похоронена урна с прахом. Вытащив прохудившийся за два десятилетия деревянный крест (даже на памятник не раскошелились, суки!) откопал урну примерно в полуметре или чуть больше от уровня земли.
Кремация – способ с самой огромной энергопотерей. Моя прокачанная бездна даже после идеального поглощения скатится до самого начального уровня освоения. Был бы гроб – были бы кости – я бы смог поглотить бездну с минимальной потерей силы.
– Дай мне, Боже, бездну хотя бы размером с туристический рюкзак! – помолился я и перекрестился. – Хоть воды и еды возьму с собой побольше.
Двухнедельное выживание в тайге рассчитано на проверку выносливости и терпимости к лишениям охотников, которые нередко во время рейдов застревали на восемь-десять дней в изломах. В прошлом рекорд длительности был почти четыре недели, но в среднем – не больше десяти дней.
Отмахнувшись от неактуальных на этот час мыслей, я минут за десять закопал то, что вырыл с рассчетом поиска гроба, и сел рядом. Процесс поглощения бездны из праха в сути своей был тем же самым, что поглощение пыли золотого рога, но дело шло гораздо быстрее и проще. После кремации и прошедших с тех пор двух десятков лет поглощать было практически нечего.
По завершении поглощения мое тело изнутри налилось холодом. Вскоре это неприятное чувство пройдет, оставив после себя стандартную температуру тела в тридцать четыре градуса по цельсию, как только бездна станет частью моего тела. Наконец я снова буду с межпространством! Пока – с сумкой.
Как только урна была возвращена в землю, я пообещал себе не позднее, чем через пять лет поставить памятник, которого прошлый я – Алексей Земский – был достоен! Сейчас эта могила выглядела так, будто бы здесь был захоронен какой-то бомж, а не ректор-спаситель АПИКа и самый лучший охотник-собиратель за всю историю РИ!