Развод. Цена искупления (СИ)
Я потягиваюсь, скидываю с себя остатки сна и иду к нему.
— Доброе утро, — целую его в висок, но он не реагирует сразу. Только через пару секунд кладёт руку мне на бедро, чуть притягивая ближе.
— Ты сегодня рано встала, — произносит он.
— Мне надо разобраться с тканями, — выдыхаю, прислоняясь к нему. — Скорее всего, мне придётся самой туда ехать.
Он молчит, но его рука на моём бедре чуть напрягается. Он уже все знает…
— Значит, ты всё-таки уезжаешь?
Я не сразу отвечаю.
— Это ненадолго, Макс. Я просто хочу лично убедиться, что вопрос решится.
— Вик, ты понимаешь, что рискуешь не успеть к благотворительному ужину? — в его голосе нет раздражения, но есть явное недовольство.
Я поднимаю голову, смотрю на него.
— Я знаю. Но у меня нет выбора.
Он убирает планшет, встаёт, берёт меня за запястья, внимательно разглядывает.
— Ты уже взяла на себя чертову уйму дел, Вик. И теперь снова. — Он наклоняется ближе, его дыхание обжигает мою кожу. — Я не хочу, чтобы ты загоняла себя.
— Макс… — начинаю я, но он не даёт мне договорить.
— Ты всегда пытаешься всё держать под контролем. Всё сразу. Ты не робот.
— Я не робот, но я и не могу сидеть сложа руки, — резко отвечаю. — Это моё детище, я не могу вот так всё спустить…
Максим смотрит на меня долгим взглядом.
— Ты всегда была такой, — говорит он, качая головой. — Упрямая.
— Ты меня такой сделал, — ухмыляюсь, но вижу, что он всё ещё напряжён.
— Ты такой же, Волков, — пытаюсь смягчить его.
Он отходит, проводит рукой по затылку, а затем снова поворачивается ко мне.
— Хорошо. Ты уедешь. Но, Вик, если ты не успеешь к ужину…
— Я успею, — перебиваю его. — К тому же я перепоручила это дело Алисе и Роме. Давай дадим ребятам шанс проявить себя.
— Если не успеешь, я не позволю тебе снова так работать на износ, — твёрдо говорит он. — Я серьёзно. Мне плевать на ужин, я хочу, чтобы моя жена была дома, рядом со мной.
Я знаю, что он серьёзен. Макс никогда не говорит просто так.
Я подхожу, касаюсь его лица ладонями.
— Я знаю, — тихо говорю. — Я всё успею, целая неделя ещё. Я пойду собираться, милый.
Он несколько секунд смотрит на меня, затем выдыхает и целует — медленно, властно, так, что на секунду я забываю обо всём.
— Береги себя, — шепчет он, отстраняясь. — Как только всё организуешь, набери меня, отвезу в аэропорт сам.
Глава 22.
Максим
Работа кипит.
Я просматриваю отчёты, отдаю распоряжения, отвечаю на звонки. Всё идёт по привычному графику, но что-то всё равно не так. Вернее, не кто-то, а что-то.
Мне некомфортно.
— Это нужно согласовать с юристами. Пусть проверят договор ещё раз, прежде чем мы его подпишем, — говорю, кидая ручку на стол и устало откидываясь в кресле.
Передо мной стоит зам, кивает, делает пометки в планшете.
— Уже передал, ждём заключение.
— Хорошо. Что с тендером?
— На финальной стадии. Завтра будет решение.
Я киваю.
— Держите меня в курсе.
Подчинённый выходит, оставляя меня одного.
Секунда тишины, прежде чем я снова хватаю телефон. Привычка. Посмотреть, нет ли сообщений от жены.
Есть.
"Вопрос с тканями практически решила. Завтра-послезавтра отправка. Как у тебя день?"
Как у меня день?
Хочется выругаться.
Да пиздец у меня день.
Мне всё непривычно и не так, как должно быть. Моя жена всегда рядом, в досягаемости для меня. А сейчас… Нужно было самому решить её вопрос, но она, конечно, не позволит. Знаю, проходили. Настырная и упрямая.
Набираю ответ:
"Поздно сегодня домой. Как ты?"
Вижу, как прочитала. Долгие секунды ничего, а потом:
"Тоже поздно. Устала. Но всё хорошо."
У нас разница во времени восемь часов, и она ещё работает?
Блять.
Где-то внутри меня это раздражает.
"Устала." Конечно.
Но это же Вика. Она не скажет, если вымотана до предела. Если у неё болит голова. Если за день выложилась так, что сил нет дойти до кровати. Но всегда меня дождётся с работы, накроет ужин, будет рядом.
Но сейчас…
Она слишком привыкла справляться сама.
И в этом тоже есть моя вина.
Пока я строил бизнес, она растила сына, занималась его воспитанием, своим хобби, что быстро переросло в успешное ателье.
Моя бизнесвумен.
Прокручиваю в голове нашу жизнь. Уже больше двадцати лет вместе. Двадцать. А иногда я всё равно чувствую, что она несёт на себе слишком много.
Я всегда видел её сильной. Она такая с первого дня. Та самая девушка в алом плаще, что на той вечеринке смотрела на меня с вызовом.
С тех пор она всегда рядом.
Я провожу пальцами по вискам, закрываю глаза.
Её нет дома.
Нет рядом. Даже не то, что в пределах города. Она на другом конце страны.
Это ощущается физически. Возвращаться в пустой дом странно.
Я привык к другому. К её голосу, к её движениям по дому, к привычному теплу рядом.
Чёрт.
Я машинально поднимаю трубку, собираясь набрать её номер, но в последний момент останавливаюсь.
Восемь часов разницы.
Она так же устала, как и я.
Отбрасываю телефон и встаю, прохаживаясь по кабинету.
Времени уже за полдень. Вообще-то, сейчас бы можно было вырваться и пообедать с женой.
Мы часто так делаем. Пересекаемся в центре, выбираем уютный ресторан, где можно спокойно поговорить. Без рабочих звонков и встреч.
Но её нет в городе.
И этот факт раздражает.
Чёрт, как это непривычно.
И… неправильно.
Я всегда знал, что она многое делает сама. Доверял ей. Но видеть, как она в очередной раз берёт на себя больше, чем должна, и не могу даже обнять её вечером, сказать, что всё под контролем, – это выбивает.
Она меняет меня.
С каждым годом всё сильнее.
Раньше я не замечал таких мелочей. Или не думал, что они важны.
Но теперь…
Я еду домой.
Привычка.
Когда ты не один, когда знаешь, что дома есть человек, который тебя встретит, ты невольно заканчиваешь дела быстрее.
А сейчас…
Пустой дом.
Кухня.
Пустая спальня.
Аппетита всё так же нет. И я, схватив сэндвич, оставленный домработницей, жую его в сухомятку.
Бросаю пиджак на стул в холле.
Телефон вибрирует.
"Ты скучаешь?"
Не спит…
Скулы чуть напрягаются. Улыбаюсь сам себе.
Я не отвечаю сразу.
"Скорее злюсь. На тебя. Потому что уехала."
"Ну, я не навсегда