Вельруф (СИ)

Так вот, энергия эта как бы есть во всех топологиях… почти. Как и почти везде есть гравитация и прочее. Я немного офигел от того, что в этом параллелье есть места, со слов и образов Спящего, лишённые гравитации. Или фотоны имеют массу покоя. Или… ну в общем, мозг за ум заходил, как понятно.
И на Морграде, из-за существования “магической руды”, а точнее, магического кристалла, сформировалась совершенно чудовищная по плотности и толщине прослойка этой самой магической энергии. И, например, Спящий с ней взаимодействовать просто… не умел. В тех краях, где он жил, её было столь немного, что её разве что учитывали как переменную в сверхточных действиях-экспериментах. И, кстати, когда я уточнил про “эффект наблюдателя” Спящий это подтвердил, в плане, что одно из проявлений.
  
Ну да не суть. Суть в том, что “как” выбраться с Морграда — Спящий знает. Но ему нужно прорваться через этот слой “магии”. А она неподатливая, работать с ней тяжело.
В общем Спящий, её аккумулирует, чтобы использовать как “точку опоры” или большую дубину — просто сделать пробой, область разреженного магического пространства, куда он рассчитывает радостно ускакать.
В общем-то масса довольно интересных сведений. Например, не Спящий создал болотников. А Болотники за счёт “расширяющих сознание веществ”, можно сказать, “открыли разум” Спящему. И, что подтверждала реальность, особо он от них ничего не требовал, кроме вполне, как по мне, приличного бартера (уж точно не хуже корпораций-божков): псионическая энергия взамен магии.
И наконец, опять поднялся вопрос, на кой, собственно, болт я припёрся. На что я честно ответил: даже без данных от Спящего, ситуация на Морграде неприятная. И хотелось бы свалить.
— Понимаемо, — понимающе ответило это существо. — В общем-то, мне осталось набрать не так много энергии. А вытащить отсюда я смогу и десять таких, как ты: сложно пробить канал, а совершить переход не составит проблем. Правда…
Последнее “правда” было не словом, а потоком мыслеобразов, приправленных сомнениями.
— А что не так? И, кстати, на всякий случай: Белиар влияет на посмертие умерших в Морграде?
— Теоретически — может, на их уровне, — отмахнулся от довольно важного для меня вопроса он. — Как на самом деле, просто не знаю: и не слишком интересно, да и в текущих условиях мои возможности прискорбно ограничены. А задумался я, человек, о том, что с тобой будет, когда и если я тебя заберу с собой, — после чего наступила ощутимая пауза.
— Эм-м-м… сожрут, что ли?
— Да кому ты нужен. Нет, просто пытаюсь смоделировать, как объяснить. Но ты, хотя бы, не младенец. Может, и так поймёшь.
И завалил меня образами. И его сомнения я понимаю. Дело в том, что “просто выпустить” в путешествиях во всяких параллельных мирах и прочей хренотени — не вариант. Нужна конкретная точка, топология которой является “адресом”, куда тебе надо.
И “адреса” той же Земли (куда я не факт, что хотел бы вернуться) Спящий банально не знал. И вот сюрприз-то — я не знал тоже. А пожелания из серии “хочу где мне будет хорошо” вполне могут закончится попаданием в центр звезды, мир с “единым разумом” поглощающим все остальные. И, возможно, быть частью этого сверхразума и вправду “хорошо”. Но мне моя личность дорога, как память о бесцельно прожитых годах, вообще-то!
При этом, “взять с собой” меня Спящий не отказывался. Но… его сородичи не слишком социальны, это раз. Сам Спящий — это… ну, семья, по большому счёту, взаимопроникающих (правда, сохраняющих личностные разграничения) разумных. Нет, себя то он идентифицировал как “я”, но с моей точки зрения был он коллективным разумом, как и его сородичи. Ну и мелочи, по поводу того, насколько чуждыми будут мне существа подобного могущества и умственных способностей, меняющих тела, как перчатки, в зависимости от внешних потребностей…
Ну, в общем, сомнения Спящего понятны. И его странные выводы, что роль “домашней зверушки” самого Спящего, которую он, в принципе, готов мне предложить, меня не устроит. Меня и вправду не устраивало, уж чёрт знает, с чего.
— Слушай, Спящий, а колдовать в этом твоём измерении я смогу? Ну, оперировать этой самой магической энергией. Её же мало, вроде? — поинтересовался я.
— Её не “мало”. Её — бесконечно. Насколько мне известно — везде, хотя теоретически топология может лишить доступа к ней, но мне такие места не знакомы.
— А плотность тут — как катализатор?
— Я не знаю, человек. Вероятно, что так. Но, после того как с этой энергией научишься взаимодействовать — сможешь где угодно. Только ты не умеешь.
— Как это не умею, — возмутился я, — когда я магичу?!
— Ты — ничего не делаешь. Ты — канал энергии, за которую божества рестуктурируют и управляют той частью, что остаётся в тебе.
— Это если рунами этими дурацкими пользоваться. И свитками. А я могу без них.
— Можешь?
— Угу.
— Потоками неструктурированной энергии? Это и у меня выходит. Но так воздействовать можно только в этом месте, перенасыщенном энергией.
Это, очевидно, Спящий говорит про мои первые попытки “в колдовать”. Просто сгустки энергии в виде молний, которыми я оперировал как большой дубиной.
— Нет, я могу именно колдовать, — законно погордился я. — Без рун. Придавать энергии свойства, характеристики, объём и тип работы.
— И как же? — скепсис в этом мыслепосыле можно было резать ножом.
— Ну, я нашёл алфавит… Наверное, алфавит, — попробовал сформулировать я. — Закорючки, которые воздействуют на магию.
— Представь, будь любезен, эти “закорючки”, — с ОЧЕНЬ большим напряжением обратился ко мне спящий.
А до жирафы в моём лице дошло: Спящий не знает, не умеет, не практикует и не связывался с древней магией. То есть, теоретически, мог: те же обитатели Хориниса, бороться с которыми его и призвали (кстати, да, создал некомфортные условия, с его слов, что подтверждалось аккуратно “закрытыми дверями” — не убежали или умерли, а просто покинули Хоринис), оперировали древней магией. Но… видимо, пока они были тут, он им мозги не вскрывал. А после — некому было: на Хоринисе из магов были исключительно “удалённые сотрудники корпорации “Боги колонизейтед”.
Но представил одну букву-закорючку, оттранслировал. И через секунду:
— Что ты за них хочешь? Много ты их знаешь? Все ли запомнил?
Прямо лавина мыслеобразов и слов, отчего у меня немного мозги начали сбоить. Но я превозмог, собрался, невербально выразил протест этому ментальному давлению, которое тотчас прекратилось.
— Около трёх десятков. Не просто запомнил — они у меня есть в виде записи. Что я за них хочу… Не знаю, если честно. Наверное — ничего, — подумав, ответил я. — Ты мне предложил забрать меня с собой, — пояснил я приступ небывалого альтруизма не столько Спящему, сколько внутреннему хомяку, задействовавшему какие-то лютые мощности внутренних заводов. — Так что даже если я откажусь… А, скорее всего, откажусь. Так вот, сообщить их тебе будет просто равновесно.
— Ты представляешь ценность своего дара?
— Для тебя — да. Но в целом — не настолько он и ценен.
— Приму с благодарностью. И готовностью оказать ответную услугу.
Ну, в общем, достал я пластинку, и стал транслировать букву за буквой. В ответ — тишина и ощущение напряжённого внимания.
А через секунду, не больше, от окончания… Русские слова в голове!
— Благодарю. Твой дар бесценен. Я покину это место через несколько мгновений, человек Мирослав, принявший имя Вельруф. Но “равновесны” не только пожелания, но и дела. Я оставлю тебе всё, что понял. И то, что ты сможешь понять из данного мне. Прощай.
  
И всё. Совсем всё, ощущение Спящего — исчезло, не только “внутри”, но и снаружи. Пока я паниковал, ручками дёргал и ножками сучил, в необъяснимом страхе от присутствующего в моём сознании ксеноса.
— Эм-м-м… ну, скатертью дорога, наверное, — наконец, вслух произнёс я, потому что ситуация выходила бредоватая.
Хотя-а-а… Нормальная. Спящий — мозг непредставимой для меня силы. Может, личностные характеристики и бинарная логика давали нам некие точки соприкосновения для взаимопонимания, но по большому счёту — десятки, а то и сотни охренительно умных людей в одном флаконе, каждый из которых вполне может быть мозговитее меня. Ну, как-то примерно такой порядок.