Разреши мне любить

 
Ольга Рузанова
 
Разреши мне любить
  
Глава 1
 
Варя
– Спят? – шепотом спрашивает Арина.
– Да. Уложила.
Я принимаю от нее два одинаковых бумажных пакета с логотипом магазина детских товаров и, обняв плечи одной рукой, крепко целую в щеку.
– Блин… я так хотела посмотреть на них!.. В следующий раз приеду пораньше.
  
– Еще успеешь, Ариш, – улыбаюсь, отступая на шаг, – и посмотреть, и поиграть, и понять, как здорово, когда они спят.
– Шумные, да? – смеется тихо.
– Да. Не то слово.
Повешав куртку в шкаф, Арина поправляет волосы, глядя в зеркало, и идет за мной вглубь квартиры. Останавливаясь у каждой комнаты, восторженно ахает. Я на ее месте вела бы себя точно так же, но я не на ее месте, поэтому терпеливо жду, когда она все осмотрит.
– Это настоящий камин, Варь?
– Нет, имитация.
– Как настоящий, – проговаривает она и поднимает голову вверх, к висящим над ним двум парным картинам, – Боже, как красиво!
– Пара лебедей.
– Это очень модно сейчас. Мы с папой были в прошлом году на выставке в Праге. Такие картины стоят баснословных денег.
– Наверное…
Обойдя всю квартиру и заглянув даже в кабинет, которым пока никто не пользовался, Арина приводит меня, наконец, на кухню, где я накрыла для нас небольшой стол с закусками и вином для нее.
– Шикарно, – выносит заключение, усаживаясь на белый стул, – Все очень стильно.
Мы переехали сюда меньше трех недель назад, и еще не до конца обустроились. Нужно купить много чего из посуды и текстиля, а так же переделать кое-что для удобства детей, но я интуитивно не тороплюсь.
Сняв два бокала с держателя над барной стойкой, один наполняю белым вином, во второй наливаю лимонной воды.
– Ты не пьешь?
– И раньше не пила. Забыла?..
– Нет, но думала, вдруг, что-то изменилось.
Усмехнувшись подруге, я сажусь рядом и складываю руки на столе.
– Ничего не изменилось, Ариш.
Не считая того, что мне пришлось слишком быстро повзрослеть.
– Ты изменилась, – проговаривает осторожно, кружа глазами по моему лицу, – Стала другой.
– Какой?
Она пожимает плечами, словно не может объяснить, какой именно, и снова внимательно меня осматривает.
– Серьезной.
– Собранной, – подсказываю я.
– Да, именно…
– Ты тоже такой станешь, когда у тебя родится ребенок.
– Мне пока не грозит, – отмахивается она со смехом и берет кусочек сыра с тарелки, – Как ты справляешься, Варь?
– У нас приходящая няня.
– А ночами? Если они ночью не спят?
– Тогда я не сплю вместе с ними, – отвечаю, поглядывая на стоящую на кухонном острове радионяню.
Это единственный важный для меня гаджет последние почти два года. Муж говорит, мои зацикленность на детях и жажда контроля до добра не доведут.
– Станис помогает?
– Он все время на работе или в командировках. Но… – прерываюсь на то, чтобы вдохнуть воздуха, – он хороший отец.
Арина понимающе кивает, а я соскакиваю, чтобы достать из холодильника заказанные специально по этому случаю пирожные.
– Почему вы решили вернуться?.. Из-за твоей послеродовой депрессии?
– Климат Лондона не пошел мне на пользу, – улыбаюсь, уходя от ответа.
Вынимаю капкейки по одному и красиво расставляю на блюде.
– Серьезно?! – подкатывает глаза Арина, – Верится с трудом, но я все равно дико рада!
Подруга даже примерно не представляет, какие чувства меня одолевают сейчас. Это нечто похожее на потребность преступника снова побывать на месте преступления.
– Денежко тоже в городе. Знала?..
Покинувший мои легкие воздух встает в горле плотным пузырем. Я разворачиваюсь к ней лицом и вжимаюсь поясницей в каменную столешницу.
– Он разве не в Кисловодске?
– Нет, вернулся еще осенью. Аля сказала, ему в федерации бокса должность дали.
– И разве с Алей они не расстались?..
Арина, играя бровями, склоняет голову набок.
– Снова вместе.
Пытаясь справиться с головокружением, я прикрываю глаза и буквально вижу, в какие руины превратятся наши жизни, когда всплывет правда.
Мне становится жарко до ощущения липкой спины, а кисти и ступни, напротив, леденеют.
– Вот как?..
– Да, – подтверждает Арина, не замечая моего состояния, – Мы сейчас почти не общаемся, но я поняла это по фото с ее страницы. Может быть, в этот раз у них что-нибудь получится.
– Да. Скорее всего…
Пытаясь уменьшить давление в груди, глубоко вздыхаю и возвращаюсь к своему занятию. Ставлю пирожные на стол и включаю чайник.
Дальнейшая беседа и встреча в целом становятся мне в тягость. Подпитываемые страхом, который оказался значительно ближе, чем я рассчитывала, мои мысли раскручивают карусель.
Я не думала, что он в городе. Я не готова.
Мне стыдно от испытываемого мной чувства облегчения, когда около полуночи Аришка уходит. Даже не убрав на кухне, я на цыпочках пробираюсь в детскую. Усаживаюсь в широкое кресло между двумя кроватями, прижимаю ладонь к глазам и хватаю воздух ртом.
Подобные приступы удушья случаются о мной довольно часто, и я научилась прогнозировать и блокировать их. Переключение потока мыслей и глубокое, полностью контролируемое, дыхание. Это одна из практик, которой я научилась, посещая психотерапевта в Лондоне.
– Ма-а-а… – вдруг раздается тихий голосок Арсеньки.
– Тш-ш-ш… Молочка?
Оторвав кучерявую голову от подушки, он хлопает сонными глазками и сразу садится.
Зная, что он непременно разбудит брата, быстро поднимаюсь с кресла и беру его на руки. Обняв за шею и готовый вот-вот уснуть, сын пристраивается на моем плече.
Я несу его на кухню. Удерживая одной рукой и покачивая, наливаю в поильник и подогреваю молоко.
Арсений, в отличие от Ромки, все еще просыпается ночами для того, чтобы перекусить, но зато утром спит гораздо дольше брата. Я не знаю, чего мне хотелось бы больше – неспокойная ночь, но возможность поспать утром, или наоборот. Пока об этом приходится только мечтать и подстраиваться под них обоих.
Выпив половину, Арс зевает и снова укладывается на меня. Вернув его в кровать, я сижу в детской, пока сама почти не засыпаю.
Потом навожу порядок на кухне, принимаю душ и, поставив на тумбочку у кровати радионяню, ненадолго отключаюсь.
Мне снова снится этот сон. Я в каменном лабиринте безуспешно ищу выход. С каждым шагом проходы становятся все уже и ниже, пока мне не приходится опуститься на колени, чтобы ползти вперед.
Холодно, страшно и абсолютная уверенность в том, что я снова упрусь в тупик. Меня разбивает паралич – безмолвно крича, не могу даже пошевелиться.
Просыпаюсь внезапно от ворвавшегося в скованное ужасом сознание детского хныканья.
 
Глава 2
 
Варя
Гулять с моими сыновьями тот еще квест – событие масштабом в полдня. Особенно, если сейчас на календаре февраль с локализацией в России.
Для того, чтобы ни у кого не испортилось настроение, мы должны быть сытыми и выспавшимися, одновременно одетыми, выведенными на улицу и с удобствами усаженными в двухместную прогулочную коляску.
В одиночку справиться нереально, поэтому все препятствия преодолеваются с помощью нашей няни Марины.
Сегодня гуляем по тому же сценарию. Одетые в теплые пуховики и шапки, мальчишки с любопытством глазеют по сторонам.
Им в новинку суровый климат и белые сугробы. Снегопад в Лондоне они видели всего пару раз и, разумеется, его уже не помнят.
– Дог! – вскрикивает Ромка, заприметив бегущего на поводке перед своим хозяином французского бульдога.
– Собака, – поправляю мягко.
– Бака… – вторит мне Арсенька.
  
Коляска тяжелая и широкая, но при этом удобная и достаточно маневренная. Легко переехав невысокий бордюр, я качу ее по заснеженной аллее парка. Гуляющий в верхушках голых деревьев ветерок сдувает с них белые хлопья, которые опускаются на наши шапки и носы.