Мой папа - медведь (СИ)

Я остановился на обочине, вышел из машины и содрал футболку. Потом обмылся из баклажки с водой, смывая чужую и свою кровь. Она смешивалась и стекала по ногам, а я стоял, оперевшись на капот, и пытался отдышаться. Почему-то не было ощущения правильности. Наоборот. Я будто свернул не в ту сторону на развилке. Но я ведь не мог остаться в долгу и не отомстить за смерть Рустама. Почему мне тогда так дерьмово? Почему кажется, что…. я не сбегу от смерти?
  
Я скосил взгляд на рану. Ничего особенного. Жизни точно не угрожает. Старость?
Я снова усмехнулся сквозь сжатые зубы и взялся за рану - промыл её, потом плеснул антисептика и взвыл на всю округу. Хорошо, что ночь и пустая загородная дорога. А ещё дико хотелось жрать. Регенерация работала…
Всё будет хорошо. Только бы быстрее доехать….
Дорога домой заняла полтора часа. Вымотанный и злой, я кое-как поднялся по ступенькам и толкнул двери.
- Почему не спишь? - прохрипел недовольно, сделав шаг за порог.
Диана подняла на меня взгляд от подушки и сразу же уселась, раскрыв в изумлении глаза.
- Боже, что с тобой? - прошептала сипло, подскакивая мне навстречу.
- Стоять! - процедил я, когда она оказалась в шаге.
Но это не уберегло ее от созерцания подробностей результата, с которым я явился. Она скользнула отчаянным взглядом снизу вверх и остановилась им на ране под ребрами.
- А теперь разворачивайся и иди в спальню, - приказал я угрожающе.
- Тебе нужна помощь, - хрипло возразила она, поднимая на меня взгляд. - Ты ранен.
- Не нужна, - отрезал я и прошел в дом, игнорируя Диану. - Как ты себя чувствуешь?
- Прости, Кирилл, но я не могу сделать вид, что не вижу этого… - прошептала она, нерешительно направляясь следом. - Что произошло? Где.… где ты был?
- Мстил, - спокойно сообщил я, открывая холодильник.
- Что?... Кому?
Я молча вытащил все, что годилось для утоления голода и восстановления сил.
- Пластырь у нас есть? - поинтересовался спокойно, обернувшись.
- Да. - Диана бросилась к соседнему шкафу и вытащила аптечку. Попробовала и дальше мне ассистировать, но я решительно её отстранил:
- Пожалуйста, брось….
- Ты понимаешь, что ты продолжаешь жить жизнью, которая угрожает безопасности Тиши? - голосом, дорожавшим от страха, потребовала она. - Кирилл, что ты творишь…
- Ты будешь последним человеком, чьего мнения я вообще спрошу, - процедил я, глядя ей в глаза. - Пошла вон….
- Чёрт, какой же ты идиот, - разочарованно выдавила она. - Что ты…
Она вдруг бесстрашно вырвала из моих рук пластырь, который я собирался прилепить на рану, и застыла с ним, глядя на меня с отчаянием.
- Не делай этого!
- Не лепить пластырь? - вздернул я бровь.
- Не отказывайся от сына в пользу своей мести! Ты потеряешь его! И хорошо, если его просто заберут, а не пристрелят, как Рустама! Если ещё не поздно.…
- Помолчи, - приказал я глухо.
И схватил ее за горло. Пальцы сжались и впились в ее тонкую кожу, а Диана вздрогнула и прикрыла глаза, пережидая… Вернее, это я сначала так подумал. А в следующий миг она вперила в меня горящий гневом взгляд и зарядила мне кулаком в челюсть. Нет, больно не сделала, да и я вообще едва ли дернулся. Но внутри что-то встало на место. И… совсем не то, что бы я предпочел поставить. Но тормоза отказали. Губы дрогнули в усмешке, и я рванул Диану к себе. Она только успела выставить ладони и шлепнуться ими мне в грудь, как я запустил свободную руку ей в волосы и набросился на её губы.
  
43
 
Выпустив ее рот, я спустился укусами по изгибу ее челюсти к шее и толкнул к столу. Диана взвизгнула, когда мои зубы сжались на ее коже, и даже отвесила звонкую пощечину. Кажется, пропищала, что я придурок… но какое это уже имело значение? Я перехватил ее поперек ребер и шлепнул задом на стол. Стянуть с нее штаны - дело одного вздоха….
Нервный рывок джинсов с бедер, рваный вздох и выдох, всхлип, шлепок взмокших ладоней по столу… И во всем - сплошной знак минуса, несогласие и борьба. Но Диана все больше путалась в моих руках, дергалась, сопротивлялась, пока не увязла окончательно. Не знаю, откуда, но я не сомневался, что ее возражение вот-вот сойдет на нет. Она уже задыхалась от запаха желания, все больше прикрывала глаза, а метка проступала все ярче россыпью следов от моих клыков.
- Тише, - приказал я хрипло, когда мы замерли нос к носу.
Её взгляд подернулся пеленой, и она, наконец, сдалась. Позволила моим губам снова завладеть ее и… я попытался немного растянуть прелюдию, насладиться ей, почувствовать власть над ее телом и желанием, вспомнить, как я её хотел… Но, когда я сдернул с нее трусы, все мои попытки разлетелись вместе с хрупким кружевом. Диана раскрыла глаза, когда я рывком подтянул ее за ноги к себе:
- Хватайся за плечи…
Мне хотелось смотреть ей в глаза, когда она станет моей. Но я не смог… Запахи и звуки оказались более волнующими, сочными, осязаемыми…. И я… кажется, я мог их пить. Или даже жрать - таким голодным я чувствовал себя сейчас.
Диана хваталась за мои плечи, но… она могла делать, что угодно сейчас - все это не имело бы значения. Потому что я делал все за нее - держал её крепко за бедра и изматывал ожиданием. Мне нравилось, как она дрожит, как дышит, как… боится…
И как сдается.
Я вошел в нее рывком, не давая привыкнуть, не заботясь… Я не обещал заботы. Мне хотелось показать ей силу, заставить подчиняться, и я вжал её в себя, вынуждая выгнуться и вздрогнуть.
Было что-то особенное в этом полураздетом сексе.
Он добавлял происходящему огня. Пряжка ремня билась о столешницу и временами шлепала Диану по оголенной заднице, подстегивая. Стол поскрипывал под моим напором и хрустел под пальцами, когда я не находил в себе силы спрятать когти. Ткань моей футболки глухо треснула, когда мне захотелось видеть всю Диану и, что там, попробовать ее на вкус и зуб…
Диана обхватила меня ногами, когда я склонился к ее груди, и забилась подо мной в агонии. Кажется, даже пыталась возражать, но ничего не закрывает женщине рот лучше, чем ее оргазм. А как приятно горят следы от ее ногтей на плечах! Дианка вся взмокла и, кажется, совсем потерялась в желаниях. Она так жалобно стонала, пытаясь сдержать второй оргазм, что я не устоял от победного оскала. И по морде снова весомо прилетело. Вот же… боевая белка!
Я отомстил ей третьим оргазмом - стянул ее со стола, поставил на дрожащие ноги и развернул к себе попой. Диане показалось, что у нее появилось твердое основание для возражений, и она уперлась было руками в столешницу, но я быстро ее разубедил, сунув ей пальцы между ног. И она так правильно отказалась от сопротивления, что мне сорвало крышу. Когда она откинулась спиной на меня, я с удовольствием впился зубами в метку и….
…зарычал.
*****
Я, кажется, сползла на колени, и, честно говоря, думала, что Кирилл меня так и бросит. Таким он показался мне… незнакомым сегодня. Смешно. С чего я решила, что знаю его вообще?
- Диана…
- Пошел к чёрту! - вызверилась я с удовольствием.
- Какая ты злая после трех оргазмов, - посетовал он с усмешкой и подхватил меня на руки. - Иди сюда…
- Пусти меня….
- Угу, как же, - хрипло промурлыкал он мне на ухо так, что у меня все сжалось внутри, - ты же еле стоишь…
- Ты понимаешь слово «нет»? - вяло ворочала я языком.
- А ты говорила мне «нет»?
- Нет, но ничего не предвещало моего согласия!
- Малышка, несогласные три раза не кончают. - Он толкнул двери в ванную. - У тебя, кстати, спала температура…
- Она спала ещё днем!
- Давай, залезай в душ, - устало попросил он.
  
И куснул меня за затылок. А меня ошпарило возвращением в реальность.
- Чёрт, - спохватилась я, хватаясь за створки кабинки, - у тебя же пулевое!
  
44
 
- Диана, мать твою, залезай! - прорычал он.
Сам же стянул с себя джинсы, а я уставилась в панике на кровавые разводы, оставшиеся от них.