Стародум. Книга 2 (СИ)

К началу осады они уже пробрались в крепость, отрезали защитников от арсенала с духовными клинками, а так же захватили всех людей, что не успели спрятаться за стенами. Среди этих людей была Мирина — жена Волибора, любовь всей его жизни. Ей не посчастливилось оказаться на пути врагов: женщину поглотила толпа разгневанных кукол безумца. Он так и не увидел её тела, но она определённо погибла.
  
Примерно это же самое случилось с женой князя: она к началу осады тоже находилась за стенами. Акамира была беременна вторым ребёнком, должна была родить через несколько недель. Людоед самолично перерезал ей горло на глазах у всех защитников крепости, в ответ на отказ князя открыть врата и преклониться перед новым господином.
Женщина погибла вместе с нерождённым ребёнком.
А чуть позже отправится на тот свет и сам князь.
Но чего Волибор не знал, так это того, насколько странные наступили времена.
С началом эпохи безумия люди получили силу: кому-то досталось больше, кому-то меньше. Большинство получило самую низшую ступень, им пришлось долго тренировать свои умения, чтобы как-то их применять. Другие сразу получили огромную мощь. Всё зависело от того, насколько человек нуждался в ней.
Так произошло с Нежданом. Точнее, у него даже имени не было, поскольку силу он получил ещё в чреве матери.
Именно она позволила малышу спастись.
Но Волибор этого не знал: он увидел, как убили Акамиру, Горислава. Он искренне полагал, что спас единственного наследника, но оказалось, что второй выжил своими силами. Уцелел. Самостоятельно боролся за жизнь и победил.
* * *
Мальчик появился на свет уже после завершения осады. Слишком маленький, недоношенный. Розовый комочек жизни посреди мёртвых человеческих тел.
Он даже мыслить не научился, а уже обладал неимоверным желанием жить. Он цеплялся за свет так усердно, так отчаянно… Казалось, он жил вопреки всему, что встало у него на пути. Тысяча причин указывала на то, что ему стоит отправиться в небытие, но он обошёл их все и получил такую силу, какой не было ни у одного человека до и после него. С самого рождения он стал сильнейшим существом, которого только видел этот мир.
Один из красноглазых людей отнёс его к своим хозяевам.
— Кто это? — спросил Юрий, принимая в руки грязного, орущего младенца, завёрнутого в тряпки.
— Ребёнок, — ответил мужчина.
Подчинённые люди и до вмешательства были не самыми умными, но стоило ему вставить руку в живот и сломать волю, как их мозги чудесным образом становились ещё меньше.
— Вижу, что ребёнок, откуда он?
— Родили.
— Кто родил? — взорвался Юрий. — Ты? Или твои дружки?
— Женщина родила.
— Пошёл вон, пока я не приказал тебе на нож прыгнуть!
Поклонившись, человек с красными глазами удалился.
На пригорке неподалёку от Стародума остались трое: Юрий, его старший брат Мартын и маленький, плачущий младенец. Они как раз завтракали, когда к ним принесли это мелкое недоразумение. Всё было тихо, спокойно, братья праздновали очередную победу, а теперь приходится смотреть на крохотное тельце, поставившее своей целью оглушить их.
Даже несколько духов раздражительности закружились в воздухе.
— Это княжеский сын, — заметил Мартын. — Я перерезал женщине горло, но этот сопляк как-то вылупился. Везучий, чёрт.
— Какой-то он… неправильный, — задумчиво произнёс Юрий. — Он и должен быть таким маленьким?
— Не должен. Просто родился раньше срока.
— Что будем с ним делать?
— А вот что…
Мартын протёр тряпочкой длинный кинжал, которым резал до этого зажаренный на костре кусок мяса. С оружием в правой руке он направился к малышу, но Юрий отстранился от него.
— Чего это ты удумал?
— Кинжал ему свой подарить…
— Правда? Зачем ребёнку твой кинжал?
— Прикончить его, тупица! Положи его на стол.
Юрию не хотелось отдавать новорожденного Мартыну, но он никогда не позволял себе ослушаться старшего брата. У Мартына мозгов вдвое больше чем у него. Его надо слушаться.
Положив малыша на стол, Юрий отошёл подальше, с ужасом взирая на происходящее.
Казалось, перед ним происходит худшее из всего, что только можно представить. Они вдвоём уже наворотили столько дел, что за несколько жизней не исправить, но это… нужно быть настоящим извергом, чтобы убить младенца.
— Может, не надо? — спросил Юрий.
— Отвернись, коли поджилки трясутся.
Сначала Юрий отвернулся, но затем повернулся вновь. Если и суждено этому маленькому человеку покинуть этот свет, то пусть он это сделает под взглядом человека, который ему сострадает. Он не хотел на это смотреть, но заставил себя из уважения к малышу.
— Ты пожил совсем мало, — произнёс Мартын. — Но так даже лучше. Жизнь это муки.
С этими словами он приложил нож к шее младенца и резко дёрнул в сторону. Лезвие высекло на коже несколько искр, не оставив на ней и царапины. Будто сталью по камню провели.
— Э… такой мелкий, а уже сила есть. Но у нас и на такого управа найдётся.
Без каких-либо раздумий Мартын схватил мелкого за шею и принялся душить. Навалился на него всем своим весом, сжимая крохотную шею обоими руками. Это так же не оказало никакого эффекта: всё равно, что пытаться свернуть дубовый ствол. Оказалось, что малыш перед ними едва успел родиться, а уже сильнее обоих взрослых мужчин. Он схватил Мартына за мизинец и сжал.
Послышался хруст ломаемых костей.
Мужчина отскочил в сторону, рассматривая повисший в сторону палец правой руки. Его будто раздробили ударом дубины.
— Сука… — прошептал он.
— Ты когда-нибудь слышал про людей, которых ранить нельзя? — спросил Юрий.
— Нет. Знаю пару, которых я напугать не могу. А этот сопляк и силу мою не чувствует, и ранить нельзя. Говнюку лес силы дал даже больше чем нам.
— Что делать будем?
— Что-что? Прибьём мелкого! Нельзя оставлять в живых кого-то настолько сильного.
— Может, не надо? — снова спросил Юрий.
— Не будь размазнёй, младший. Соберись.
— Конечно. Собраться. Это я умею.
Мартын распорядился, чтобы к ним прикатили бочку с водой. Не раздумывая, мужчина зашвырнул в неё новорожденного и тут же закрыл крышкой.
Но малыш пережил и воду, и огонь. Его сбросили с самого высокого дерева, а он этого даже не заметил. Оказалось, что нет никакого способа уничтожить этого маленького человека. Даже силы на него не работали: мелкий абсолютно неуязвим.
К нему притащили жабу, чтобы проверить, на какой он ступени, так бедное животное умерло ещё на подходе. Никогда прежде братья этого не видели, но тут же назвали это десятой ступенью. Перед ними оказался единственный человек, обладаюдий ею.
— Ладно, — вздохнул Мартын. — Я дарю тебе жизнь.
— Что ты с ним сделаешь? — спросил Юрий.
— Заберу к себе, выращу воина. Это будет мой наёмный убийца, который сможет выполнить любой приказ.
На этом и сошлись.
Людоед забрал малыша к себе и даже попытался воспитывать, но у парнишки оказался настолько дурной нрав, что его попросту невозможно было терпеть. Когда ты сильнее всех живых людей, и ничто не способно заставить тебя потерять хотя бы каплю крови, это влияет на характер.
Мартын вырастил большего эгоиста, чем он сам.
Капризный, несносный, переменчивый, со своим норовом.
В возрасте шести лет пацан сломал ему ногу и ушёл. За ним отправили погоню, но всех людей нашли мёртвыми: у каждого оказалась дыра в теле размером с кулак, будто их прошиб насквозь брошенный камень.
Больше второго сына Горислава Лютогостовича братья не видели.
  
Глава 4
 
Мы с Никодимом смотрим на человека, ворвавшегося в крепость.
  
Прежде мы считали, что в Стародум никто не сможет проникнуть без нашего разрешения. Однако этот парень так сильно ударил по камню врат, что он разлетелся вдребезги. И чем он это сделал? Кулаком?
— На колени, отребье! — повторяет приказ гость. — Холопы должны кланяться перед господином.