Третий оттенок любви (СИ)

Вероника удивлённо уставилась на выжидающих мужчин, но всё же послушно продиктовала адрес.
— М-м-м, так вот какая она… сила Избранной. Я несколько дней пытался перевести эти бессмысленные закорючки, — Диниир многообещающе улыбнулся, щуря чёрно-карие глаза. — И ты знал о том, что она связана с Чёрным Демоном?
На последней фразе маг повернулся к Феликсу, но получил от того только недовольный сдвиг соболиных бровей на переносице и неизменное холодное молчание. Такая же эмоция отразилась и на лице Вероники. Так что Диниир поспешил перевести тему:
— Ну, и чего мы ждём? Тёмное писание само себя не заберёт.
В следующий миг по одному щелчку паучих пальцев имперский маг исчез. Будто его здесь и не было.
От такой неожиданности оживились и все остальные в комнате.
— Мы не можем ему это позволить! — Феликс порывисто протянул Веронике руку, и та по инерции доверчиво ухватилась за неё, шагая за рыцарем следом. В портал. Ведь голос Авей-Лона только поддакнул в голове: "Поспешите!"
На улицах родного городка царила мрачная уже совсем осенняя ночь, затянутая тёмными тучами, готовыми вот-вот обрушиться на жестяные двухскатные крыши протяжённого частного сектора. "Какой бесконечно долгий кошмар, — Вероника зябко обхватила руками плечи, на которых до сих пор была одна тонкая ночнушка, и огляделась по сторонам, пытаясь понять, когда же рассвет. — Скорей бы это закончилось". Однако тяжёлые облака не давали взглянуть даже на малейший проблеск чистого неба.
Единственное, что успокаивало и одновременно нервировало Нику — это Феликс Ла Грансс, всё так же держащий её за руку. Однако когда девушка попыталась отстраниться, рыцарь не отпустил. Мужчина мягко прижал Веронику к себе, пока та вдруг поспешно не отдёрнула кисть, бросая на спутника колкий взгляд.
Феликс застыл, снова холодно нахмурившись. И только в его глазах, устремлённых на Нику, отразилась безумная буря эмоций, из которых ярко выделялось удивление.
— Я всё знаю о тебе, — не стала таить девушка. — О прошлом. О катастрофе… Ты ничего не сказал мне.
Серо-зелёные глаза в сумерках сверкнули голубоватой, плохо сдерживаемой магией, а черты лица мужчины окаменели. Эта секунда молчания многое могла означать.
— Ты бы мне не поверила, — наконец заговорил он, но по его голосу сложно было судить, раскаивается ли беловолосый рыцарь.
Однако такого ответа явно было недостаточно для Вероники: сейчас же её заполнила обида, но она, плотно сжимая губы, промолчала.
— Вивьенна, — свойственная холодная жёсткость смешалась с настойчивой мольбой, только девушка была упряма и непреклона.
Без сожаления она оборвала его:
— Мы спешим.
И двинулась прямо к голубоватому, чуть обшарпанному забору, пытаясь унять усилившееся сердцебиение и смесь чувств, сжавших горло.
Девушка с опаской надавила на железную ручку калитки, которая тут же обожгла её сырым холодком. Как и предполагалось, дверь негромко стукнула, но не поддалась. Пока не подошёл Ла Грансс и не прикоснулся к жестяному полотну. Феликс что-то едва слышно шепнул, и его пальцы мягко прошли сквозь преграду. Девушка поспешила повторить трюк, прижав свою ладонь рядом. И та, не встретив сопротивления, проскользнула внутрь, словно вместо куска железа оказалась тоньчайшая стенка мыльного пузыря.
— Проходи, — шепнул мужчина, отодвигаясь в сторону и пропуская вперёд.
Вероника кивнула и, не оглядываясь, двинулась внутрь чужого участка.
— Тут правда может жить Чёрный Демон?.. — сомнения охватили вторженку, когда она осмотрела горшки с пышными цветами, выставленные на крыльце.
— Внешность может быть обманчива, — с загадочной двусмысленностью ответил Феликс, проходя мимо и направляясь ко входной двери в дом.
Точно таким же образом незваная парочка проникла в тёмную прихожую. И тут запоздалый страх и адреналин приобняли Нику за плечи, вызывая лёгкую дрожь в конечностях. Стараясь ступать как можно беззвучнее, босая гостья вышла в коридор и внимательно прислушалась.
 
— Здесь никого, — коротко бросил беловолосый, как вдруг с верхних этажей послышался грохот. — Кроме него, конечно.
— Отпечатки! Мы же оставим отпечатки, по которым нас отследят! — заволновалась Ника, глядя на свои оголённые ноги.
Феликс так же проследил за её взглядом и невольно задержался на рассматривании тонких щиколоток девушки.
— Да, после этого ночного приключения мне ещё долго сидеть в душе, — раздражённо отмахнулась Ника, по-своему расценив этот взгляд.
Грохот сверху повторился. А когда Вероника с Феликсом взбежали на второй этаж, то обнаружили знакомого разъярённого мага, вырывающего из ни в чём не повинного комода очередной ящик с одеждой. Диниир бурей прошёлся по одной из верхних спален. Сейчас трудно было себе представить, как раньше расставлялась мебель в этой комнате: кровать выдвинута на середину и разломана, стол, на котором, кажется, стоял компьютер, превратился в груду щепок, а диван, вероятнее всего ютившийся у одной из стен, безжалостно перевёрнут и вспорот.
Никогда прежде Ника не видела своего бывшего возлюбленного таким. Его кучерявые волосы встали дыбом на голове, кожа вся выбелилась, а глаза налились бездонной чернотой, из которой по лицу расползлись такие же чёрные вены.
— Оно где-то здесь! — ревел имперец, вытаскивая очередной ящичек. — Я чувствую Его тьму! Тёмное писание здесь!
Вероника отшатнулась от дверного проёма, когда в неё полетел очередной ошмёток мебели. Однако чего девушке было бояться, если рядом другой маг? Да ещё и рыцарь (хотя после вскрывшейся правды, Ника поостереглась бы снова ему довериться). Деревяшка врезалась во внезапно возникший голубоватый барьер, а Ла Грансс грозно двинулся внутрь комнаты, к Динииру.
— Достаточно, господин придворный маг! — беловолосый совершенно неожиданно и молниеносно материализовал свой духовный меч и без промедления всадил его в пол, между ног Диниира. Тут же вокруг бесноватого вандала возникло светящее синее кольцо и сковало его, заставив замереть в одной позе.
Феликс тем временем повернулся к спутнице и взглянул в её испуганные глаза.
— Ты и так знала, что я обладаю магией, — отчуждённо оправдался он.
— Ну, да… — она припомнила, какая участь настигла Рому в тот злополучный вечер.
Мужчина хмыкнул, будто прочёл её мысли, и ловко щёлкнул пальцами. Каждый неживой предмет в комнате (исключаяя Диниира, хотя сейчас его можно было описать именно так) задвигался и нехотя пополз на своё законное место. И вот через полминуты Вероника стояла на пороге аккуратно прибранной спальни.
Светлые обои, гардины под цвет им, пол устлан чистеньким ламинатом — всё привычное и никаких мрачных символов на стенах или залитых кровью алтарей. Девушка беспомощно оглянулась. "Хотя и Тёмное питание — всего лишь моя старая Nokia," — размышляла Вероника, стараясь не думать о том, что всё происходящее напрямую связано с ней самой.
И, уже не обращая внимания на двух замерших мужчин, приступила к поискам. Она всего лишь хотела побыстрее выбраться из этого места. Пустая, минималистичная комнатка с каждой проведённой в ней минутой давила своей пустынностью и сгущающимся мраком. Ника в бело-голубом свете магии едва могла разобрать предметы на столе.
— Чёрт возьми! Да, мы никогда не найдём его, — волнение пришло вместе с дискомфортом помещения, заставив гостью повысить голос. — Я ничего не чувствую! Может стоило оставить это дело ему, этому чёртовому магу?
Она резко обернулась, чтобы указать на скованного Диниира, как вдруг чуть не уткнулась носом в грудь Феликса. Ника даже не услышала, как он подошёл, но от неожиданности не успела возмутиться, а беловолосый перенял инициативу:
 
— Успокойся, прислушайся к себе, — мужчина почти шептал, наклонившись к её уху, а Вероника позабыла как дышать. — Представь образ в голове. Призови его, — мягко наставлял Феликс, не отступая ни на шаг, но и не касаясь девушки. — Так работает магия.